Плут - Иван Солин

правдоподобный предлог, ну и продолжила бы наблюдать за тем, как выкручивался бы негодяй. Но внимательной оказалась не она одна, и результат тебе известен. Так что, помимо меня, я уверяю тебя, ты имеешь друзей, которые не дадут тебя в обиду, Лери. А теперь вот, у нас ещё и появился шанс увеличить их число! Я всё же рад, что ты решила, так же как и прочие девочки, вступить с нами в Клуб Рукоделия, хотя и волнуюсь на счёт реакции твоих, и без того не особо дружелюбных одноклассниц.

— Да... Прости... Я... Конечно, ты прав. Мне... мне стоит и их поблагодарить. Я... я очень рада, что у меня наконец появился друг(едва сдерживая слёзы), то есть друзья(улыбнуашись). Мне пора. Увидимся. Ещё раз за всё спасибо, Вило, — о как же трудно ей было не расплакаться, а мне, бесчувственной скотине, не прижать её к себе и не вымолить прощения осушая поцелуями её слёзы, но, увы, я не персонаж дамского романа, поэтому: не в этой жизни. Пусть и данная девушка, чем больше я её узнаю, меня неслабо так волнует. Чего только стоят её слова напоследок. — Я буду ждать, когда ты решишь.

Проницательная. Хотя, скорее, это из меня — так себе лицедей.

Её сиятельство удалились, а я едва сдержал желание заказать сто граммов. Которые в этом мире, к слову, вполне себе есть и, как и в нашем, до того как спирт начали делать из картофеля, стоил недёшево. Короче говоря, хлебного вина я всё же не стал заказывать, а потерев руками лицо, чтобы привести себя, тряпку такую, в порядок, встал и направился к остальным девчатам. Куда, собственно, и умчала Лери, хотя, скорее всего, по дороге завернёт в туалетную комнату, чтоб слегка выплакаться.

И да, сюда, в эту самую вот «Облачную Гавань» с любимым мороженым златовласки, которое в этом мире определенно не умеют делать, мы всей компанией завалились не только лишь ради того, чтоб поднять настроение недавно пережившей покушение Лери, но и дабы поближе познакомиться с приглашенными мною «рукоделицами». Ну а заодно и ещё раз обговорить ряд моментов по поводу нашего вступления в их клуб со столь забавным названием.

В общем, помимо меня и златокудрой, внизу сейчас лопают сладости платиново-, сине-, чёрно-, малиново-, ало-, зелено-, кажись никого не забыл, -волосые красавицы и, как можно понять, все мы теперь — члены Клуба Рукоделия. Именно так.

Студентка Ви́дская, она же глава Клуба и та самая малинововолосая со странной чёлкой, а в миру её сиятельство Лулиз Жарови́дская, внезапно, старшая сестра графини и главы их рода, что, видимо, обусловленно её ничтожным для статуса и далеко не графским рангом лишь Рыцаря, так вот, Лу была несколько обескуражена, когда, помимо двух Рыцарей, в смысле моей платиноволосой «сестрёнки» и ее синеволосой соседки по коттеджу, то бишь студентки Дарской, а также черноволосой Бельской, вполне себе Первого Рыцаря по силам, ну и вроде как зверушки, я привёл ещё и златокудрую студентку Пышскую, которая вообще Командор. Но наш новый лидер оперативно взяла себя в руки и, пошушукавшись в сторонке с Лери, которая, как видно, из одного с ней клана Жаричей, видимо убедилась в серьёзности намерений в миру маркизы, ну и не была против такого пополнения, хотя и поглядывала на меня таким взглядом, мол, я же говорила.

О чём это она — я, конечно, догадываюсь, но... я ж не виноват, что вся моя разноцветноволосая команда даже не особо-то и задумывалась, прежде чем дать согласие на вступление, когда я предложил им присоединиться ко мне в Клубе Рукоделия. Но мы ещё посмотрим, может быть, за мной будут готовы идти и не только из-за моих красивых глазок, так сказать, а я сумею-таки придумать нам идеологию и скрепляющий наши ряды цемент, образно говоря, несколько иного характера. Мда.

Выходя из опутанной душистым вьющимся растением беседки, я бросил взгляд вниз и опять увидел его. Уже не первый раз я замечаю эту примечательную ауру, хотя её носитель теперь не в облике ротозея-мещанина, а словно лавочник в фартуке, который копошится в клумбе у входа в кондитерскую, то и дело поглядывая по сторонам, каждый раз непременно задевая своим колким взглядом и меня.

Видение, которое ни раз уже сослужило мне службу, я теперь активирую чаще, а не только чтобы глазеть на всякие там примитивные сигналки на входах в лавки и ресторации, ну или же на накрученные, хотя и зачастую корявые, на воротах особняков и просто богатых домов, которые встречались по дороге сюда. Через свою способность я периодически осматриваю и просто окружающих людей, тренируя внимательность или выискивая нестыковки. Как раз одна такая и бросилась в глаза. Пусть этот вот любитель маскарада — всего лишь Сержант, что вполне допустимо в тех образах, которые он на себя натягивает, так что тут ничего примечательного, но слегка корявая его аура мне сразу запомнилась своей нетипичностью, так сказать, а когда я стал постоянно натыкаться на нее, да ещё и вроде как у разных персонажей, то не мог не обратить на это внимания.

Что ж, значит за кем-то из нас следят. И поступать так может много кто. От приставленных к нам шпиков Имперской Безопасности, до кого-то из телохранителей, хоть от клана или рода, хоть от самой Академии. Да даже тривиальный криминал не стоит исключать. Мало ли.

Ладно, пойду-ка я покручусь на улице, вон, например, в той замечательной подворотенке, укрытой от посторонних глаз. Тем самым и проверю: не за мной ли это, и как они поведут себя, останься я вне поля зрения свидетелей.

Сказано-сделано, и вот я, оперевшись на свою трость, сегодня в цивильном клетчатом костюмчике преимущественно фиолетовых тонов и в уже не так вымораживающем меня котелке серо-голубого цвета, позёвывая пялюсь на закатные облака, жить которым уж совсем немного, так как ещё несколько минут и стемнеет. А тем временем, подтверждая, что они всё же по мою душу и намерены действовать, воспользовавшись представившейся возможностью, ко мне стягиваются трое занятных персонажей.

Один — в чуть потрёпанной, но чистой полицейской форме. Однако его выдает Рыцарский ранг, что у простых постовых, так сказать, я ещё не встречал.

Второй — в облике какого-то пропойцы, который якобы свернул в подворотню, скрываясь от блюстителя порядка. Но вот его холодные глаза равнодушного убийцы как-то мало сочетаются с лицом, искусно измазанным сажей, видимо, чтобы не так бросалась в глаза идеально выбритая рожа.

Третьим