Алекс и Алекс (СИ) - Афанасьев Семен

— Как вам будет угодно, — моментально расслабился пациент и прикрыл второй глаз.

Энзи-старший благодарил всех богов за то, что не отключил, как обычно, комм на время совещания. Несмотря на крайне неудобный звонок, будто что-то извне пошептало: возьми трубку.

Звонили из Корпуса, где учился сын. Сама звонившая имела на себе белый летний халат врача, выбивающиеся из-под одежды формы порномодели и армейский чин капитана медслужбы.

— Капитан Карвальо, медсектор Корпуса, — выдала докторесса таким контральто, что все присутствующие коллеги мужского пода моментально захмыкали и принялись вытягивать свои шеи (в попытках разглядеть звонящую получше). — С вашим сыном произошла неприятность по моей части, он сейчас в регенеративной капсуле.

Дальше комм показал Тэда, лежащего с какой-то хреновиной над левым глазом и имеющего крайне бледный вид.

Энзи-старший вопросительно посмотрел на модератора совещания. Тот кивнул и замахал в воздухе рукой, указывая на двери.

— Внимательно вас слушаю, — продолжил Энзи-старший, выходя за двери комнаты для встреч.

— Штатная техника не справлялась. Сложный случай. — Продолжила доктор сына. — Или всё окончилось бы протезом вместо глаза, или нужно было вызывать внешнего специалиста.

Лютер Энзи сглотнул слюну и молча кивнул.

— Ваш сын подтвердил, что оплата услуг приглашённого врача, не покрываемая в данном случае Корпусом, будет оплачена вами. Процедуры в таком случае предписывают вначале получать ваше согласие, но ваш сын совершеннолетний и счёт шёл на минуты… — докторессе было явно неприятно излагать детали, в которых она являлась просящей стороной.

— Госпожа капитан, я всецело полагаюсь на вашу профессиональную оценку, — перебил докторшу сенатор округа, экономя её и свои нервы. — Мы оба понимаем, что здоровье моего сына дороже любых денег.

Контекстом автоматически подразумевалась неуместность любого протеза там, где его можно было избежать.

— Благодарю за понимание, — с облегчением выдохнула капитан.

Которой вполне пошла бы совсем другая работа, не смог не отметить мысленно Энзи-старший.

— Вот специалист, которая спасла глаз вашему сыну. — Продолжила тем временем эта врач-испанка.

Или не испанка? Не важно. Речь сейчас о сыне…

— Здравствуйте, — поприветствовал вторую докторессу Лютер, повторно давясь собственной слюной. — Сколько я вам в итоге должен?

Да что у них там за штат? С другой стороны, бабы-врачи лучше других баб имеют возможность выглядеть премиально, именно за счёт использования служебного положения. Так что, ничего удивительного.

— Я бы не брала денег в данной ситуации, — со смешным акцентом ответила азиатка (с выражением лица и взглядом, которые назвать смешными язык не поворачивался). — Но у нас есть свой профсоюз. Его требования на этот счёт более чем однозначны.

— Могу представить, — позволил себе скупую улыбку сенатор, великолепно ориентировавшийся в подобных ситуациях и отлично читавший между строк. — Итак?..

— Будьте любезны. Вы бы не могли поручить вашему секретарю связаться с Ассоциацией Традиционной медицины Хань? — абсолютно верно определила статус своего собеседника китаянка.

Хм, а она ещё и не дура. Впрочем, если врач, то это автоматически исключено. Тупому медицинский не закончить.

— Я перешлю сейчас всю клиническую динамику вашего сына, — продолжила азиатка. — И стоимость моего вмешательства вы будете обсуждать с Ассоциацией. Окей?

— Без проблем, — чуть удивился Энзи-старший. — Но деньги-то куда слать?

— На те реквизиты, которые даст Ассоциация. — Вежливо поклонилась китаянка и отключилась.

Через несколько секунд ком запищал, принимая немаленький массив информации, который Лютер тут же переслал на своего секретаря с инструкциями, что делать дальше.

Он бы так и вернулся на совещание, тем более что (слава богу) с Тэдом всё было в порядке. Но то же самое предчувствие заставило его распаковать полученный файл и мельком просмотреть его по диагонали.

Лютер Энзи не был медиком. Но абсолютно случайно он профессионально разбирался в электронике и технике по специализации «Медтехника», поскольку руководил крупными производствами в том числе этой номенклатуры.

Из файла он понял далеко не всё, но главное уловил: у сына каскадно нарастали дегенеративные изменения, которые проще можно было назвать отторжением.

Что китаянка-врач мгновенно исправила ситуацию своей искрой, было понятно. Собственно, именно за это и предстояло заплатить.

Но вот что это было за повреждение… Вопрос на миллион монет. Судя по дисфункции регенерационного блока последнего поколения (работу которого Энзи-старший отлично опознал в присланном файле), к повреждению глаза сына была причастна точно такая же искра.

Только этим и объяснялись три момента: катастрофические процессы в нервной ткани поначалу; молниеносный разворот каскада вспять и жалкие пятнадцать секунд, которые китаянке на это потребовались.

Честно говоря, эта новость стоила бы даже потерянного глаза (протезы сейчас такие, что сын видел бы не хуже).

А вот то, что Корпус стал принимать учащихся на программы подготовки, коих раньше не было… Эту информацию определённо следовало обдумать после совещания.

Лютер Энзи отлично знал в деталях обо всём, происходящем в Корпусе (должность сенатора и особый правовой статус учебного заведения к тому просто обязывали). Он прекрасно предполагал, при каких обстоятельствах его отпрыск получил в глаз.

Но вот кто смог справиться в драке с полноценным пятым энергетическим рангом (почти шестым)? Это был вопрос. Если предположить азиатскую искру, всё вставало на свои места. Но какой из кланов, чёрт возьми, протащил эту азиатчину в программу обучения? Либо — что там вообще произошло?

С совещания его наконец позвали внутрь, поскольку дальнейшая работа не имела смысла без него. Он моментально встряхнулся и кивнул, направляясь к двери. И обещая себе начать аккуратно разбираться с новыми веяниями внутри Корпуса сразу после этой встречи.

Переговорив с отцом ушибленного в глаз, ЮньВэнь в офис, однако, направилась не сразу.

С разрешения местной врачихи она уже отсюда залезла в профайл Алекса. История сегодняшнего происшествия по случайности была записана в месте, оборудованном автоматическими системами мониторинга.

Отсмотрев подробно драку в столовой, она решила повторить воспроизведение со звуком, для чего ей пришлось надевать наушники.

Глупая маленькая единичка действительно был сегодня ни в чём не виноват, на рожон первым не лез и вообще поначалу никого не трогал. Сидел себе и тихо ел у окна, мечтательно глядя на сосиски в банке.

ЮньВэнь абсолютно не впечатлилась нравами учебного заведения (видали и не такое; да и эти нравы не новость); но саму драку она повторила замедленно на экране ещё раз, и ещё, и ещё.

Надо признать, единичка не сплоховал. Тот случай, когда…

Когда даже слов нет. Сама она, разумеется, в аналогичной ситуации была способна и не на такое. Теоретически.

А на практике вон, даже с ним показала себя не с лучшей стороны… В самый первый раз.

При очередном просмотре, пытаясь поймать какую-то ускользающую деталь, она наконец смогла сформулировать, что её смущало: культура движений. Такое впечатление, что его действия лежали на стыке пары школ, из которых она уверенно опознавала только одну (спасибо отказавшему глазу вон того придурка на кушетке). А что, если по своей второй школе он был далеко не единичкой? Это бы объясняло его непонятный гонор и непроходимое упрямство.

Вообще, давно уже есть тактики и варианты работы даже с местными одарёнными (вернее, против них). Но то, что ЮньВэнь сейчас видела на экране, шло явно не из её дома.