Максим Парамохин - Две грани нейробука (СИ)

— Я не кибер. Я из ФИОМСа, и не враг вам. Я хочу помочь.

— Зачем? Зачем тебе помогать нам? Почему ты идешь против своих?

— Они для меня — не свои. И они поступают неправильно. Нельзя обращаться с людьми так, как делают киберы.

— Да, да, Глейзер рассказывал про ваш фиомсянский рай. Мог бы выдумать легенду поправдивее.

— Хватит, Лэнди, — оборвал его Майкл. — Джантор наш союзник. Да, у него есть нейробук, и в этом его главная ценность. Он гораздо лучше представляет их способности, может понять, как они действуют. И управлять их техникой.

— Ты уже говорил, — кивнул профессор, вертя в руках пистолет киберов. — Мыслекомандный спуск. Мы захватили несколько единиц их оружия, но никак не могли понять, как они стреляют. Теперь знаем.

— Бесполезное знание, — скривился Лэнди. — Ведь у нас-то нейробуков нет.

— Можно сделать радиоуправляемый спуск, — предложил Джантор. — Кнопка, при нажатии посылающая сигнал стрелять. Как на обычном оружии. А я обеспечу вам коды доступа.

— Вот видишь, — победно глянул на Катсона Майкл. — Этот парень очень полезен

— Все равно он кибер.

— Довольно, Лэнди, — Ноуд поморщился. — Свое мнение ты высказал уже сотню раз, и мы его поняли. Но большинство решило, что нам стоит привлечь Джантора. Если не нравится — можешь уйти.

Катсон нахмурился, погладил автомат. Но остался.

— Что еще помимо стрельбы из киберского оружия ты умеешь? — спросил Джантора профессор.

— Я взламывал управление и перехватывал контроль над полицейскими машинами. Еще над их боевыми роботами «Кобра».

— А как насчет машин побольше? — поинтересовалась Дороти Норманн, единственная среди лидеров Сопротивления женщина. Полноватая дама лет пятидесяти, с бледным круглым лицом и короткими рыжими волосами, она руководила сетью агентов, работавших в «Оклахома Корпорейшн». — «Кобры» слишком слабы. Сумеешь перехватить контроль над «Рысью», или даже «Гризли»?

— Может, он сразу взломает главную систему управления огнем, — ни к кому конкретно не обращаясь, произнес Катсон. — И мы обрушим на киберов их собственный ад.

— А если взломает? Надеюсь, хоть тогда ты заткнешься, — не выдержал Майкл. Остальные также глядели на командира «Ангелов Смерти» неодобрительно. Поймав их взгляды, он демонстративно отвернулся.

С минуту Джантор размышлял. Вспомнил, как Вэй хотел угнать киберский беспилотник.

— Наверняка сказать трудно. Из того, что я знаю о вашей криптографии, создать систему, устойчивую для моих методов взлома, ни вы, ни киберы неспособны.

— А ты можешь обучить наших парней? — спросил Райан Филдс. Высокий, плотный, лысеющий мужчина координировал деятельность хакеров Сопротивления.

— Нет. Дело в том, что я использую нейрологику. Это те принципы, по которым обрабатывает информацию мозг. И они кардинально отличаются от тех, что применяются в электронных компьютерах. Собственно, ваша криптография развивалась в те времена, когда существовали только такие. И против них она вполне эффективна, за счет экспоненциального роста времени взлома в зависимости от длины пароля. Если код из пяти символов удастся взломать за минуту, то на десять потребуются уже сутки, на двадцать — почти век. Но для нейрологики зависимость линейная. На пароль из двадцати символов у меня уйдет лишь четыре минуты. Более того, поскольку нейроалгоритмы совершенствуются в процессе работы, с каждым разом получается быстрее. Даже если киберы создадут пароли, на которые изначально уйдут сутки, после энного числа попыток я опять буду справляться за пару минут. В общем, против нейрологики ваша криптография бессильна.

— И реализовать ее на наших компьютерах нереально? — полуутвердительно спросил Ноуд.

— Не то, чтобы совсем нереально. Но для полноценного моделирования одного-единственного нейрона требуется вычислительная мощность порядка десяти петафлопс. А поскольку каждая сигнатура задействует от одного до ста миллионов нейронов, и сравнительный анализ идет по миллионам сигнатур одновременно, в общем, для реализации нейрологики уровня человеческого мозга требуется электронная вычислительная мощность порядка десять в пятнадцатой степени петафлопс.

У половины присутствующих отвисли челюсти, другие явно не понимали смысл озвученного числа.

— Это очень много? — спросила Айрин.

— В тысячу раз больше, чем вычислительная мощность всех электронных процессоров ФИОМСа. Наверное, можно как-то придумать схему попроще, но мы с этим никогда не заморачивались, потому что нейробук позволяет выполнять основанные на нейрологике вычисления, используя собственный мозг человека. Но вам это недоступно.

— Хочешь сказать — человеческий мозг мощнее всех компьютеров мира? — изумилась девушка.

— Не совсем. Понимаешь, разные типы логики подходят для разных задач. К примеру, алгебраические операции быстрее выполнит электронная машина, средненький процессор за пару минут произведет расчеты, на которые миллион математиков затратит миллион лет. Но вот с распознаванием образов у электроники большие проблемы, тогда как нейрологика справляется легко. Есть еще квантовая, она используется в квантовых компьютерах, и применяется для своего спектра задач. Хотя для алгебраических расчетов или распознавания лиц совершенно непригодна.

Пару минут все молчали. Одни явно под впечатлением, другие, судя по виду, не поняли и половины того, что он сказал.

— Ладно, когда ты готов применить свою нейрологику? — наконец спросил Ноуд.

— Не знаю. Например, завтра. Но сперва я хотел бы узнать, чем располагаете вы? Как я понял, ваши силы не так уж и малы.

— Вот видите, — сразу оскалился Катсон. — Он хочет все о нас разузнать, а потом сдать киберам, — Лэнди вскинул автомат, наводя на Джантора.

— Хватит, — Майкл встал между ними. — Опусти его, черт возьми.

Катсон стоял, буравя Джантора взглядом.

— Прекрати, Лэнди, — профессор положил руку на ствол, отводя оружие, затем повернулся к Джантору: — Зачем тебе слишком много знать о нас? Мы предпочитаем не делиться информацией больше, чем необходимо. Даже я не знаю про всех бойцов Лэнди, хакеров Райана или агентов Дороти. Каждый может попасть в лапы киберов, и лично я не тешу себя надеждой, что выдержу любые пытки. Но даже если арестуют нас всех — хотя бы часть Сопротивления уцелеет.

— Мне пытки не страшны, но дело в другом. Я должен знать, чем мы располагаем, чтобы понять, как наилучшим способом использовать наши ограниченные ресурсы.

— Ты болтаешь так, словно мы уже выбрали тебя главой Сопротивления, — Катсон сплюнул. — Все, что от тебя требуется — перехватывать контроль над киберскими машинами. Чем более мощного робота ты взломаешь, тем больший мы нанесем им ущерб.

— Я не хочу наносить им ущерб.

Секунд десять все молча смотрели на него.

— Тогда чего ты хочешь? — спросил Ноуд.

— Победить. Прекратить эту жестокую и бессмысленную войну. А чтобы найти решение задачи, надо знать начальные условия. Уж вы-то, профессор, обязаны понимать. Я готов доверять вам, но и вы должны доверять мне.

С минуту Ноуд размышлял.

— Нам следует обсудить это наедине.

Джантор и Айрин вышли.

— Катсон безмозглый идиот, — топнула ногой девушка. — Пристрелил нескольких киберов, и теперь мнит себя крутым. — Ты бы мог десяток легко перебить, верно?

Он вздохнул. Почему все они так рвутся убивать? Должно быть другое, разумное решение.

Лидеры Сопротивления совещались почти полчаса. Джантор слышал громкий голос Катсона, спорившего с ним Майкла. Наконец дверь распахнулась. Глава «Ангелов смерти» мрачно оглядел Джантора, демонстративно поправил автомат и пошел прочь.

Вышел Майкл, глянул вслед уходящему Катсону.

— Ты не обижайся на него слишком сильно. Его жену и дочку сбила полицейская машина. Гнали куда-то, тормозить не стали. Обоих насмерть, — на секунду Майкл замолчал. — С тех пор у Лэнди лишь одна цель — отправить на тот свет еще одного кибера. Идем. Мы расскажет, какими силами располагаем. Но без конкретики, фамилии, базы и склады останутся тайной. А ты останься, — придержал он шагнувшую следом Айрин. — Тебе точно не следует знать лишнего, — не обращая внимания на обиженную девушку, Майкл закрыл дверь.

На первый взгляд силы Сопротивления выглядели внушительно. Помимо «Капитолийской» они занимали еще десяток подземных станций на западной, северной и восточной ветках метро. Там скрывались те, на кого киберы вели охоту, располагались тренировочные центры, военное производство. Изготавливали автоматические винтовки, пистолеты, пулеметы и 30-ти миллиметровые гранатометы, боеприпасы к ним, взрывчатку. Имелось также небольшое количество сохранившихся со старых времен тяжелых пулеметов, противотанковых гранатометов, три десятка ПТУР и несколько ПЗРК.