Доброволец - Николай Петрович Марчук

которые вздумали отбить своих. И еще, рядом с портом есть возвышенность, что-то вроде высокого холма, там расположены зенитки и крупнокалиберные пулеметы. Они могут стрелять не только в сторону моря, но и по городу. Так что все не просто так, – развел руками Валера и почему-то посмотрел на меня.

Вся компания вслед за морячком одновременно уставилась на меня. У кого-то взгляд был выжидательный, у кого-то – вопросительный, а некоторые смотрели с иронией и интересом.

– Ну и что вы на меня зырите? Вон, на Винта глядите, это он предлагает нам аферу.

– Иваныч, я по твоей самодовольной роже вижу, что ты уже придумал, как все обтяпать по-быстрому, – перевел на меня стрелки Винт. – Не даром же ты третий день ко всем с расспросами пристаешь. Колись уже, чего придумал?

– Есть у меня пара идей, но для начала надо решить, кто в нашем отряде командир.

– Иваныч, с этим все просто, кроме тебя других кандидатов я не вижу, – тут же отозвался Винт. – У меня другие задачи, и мне некогда вами командовать, тем более что до сего момента ты и так замечательно справлялся со своими отморозками. Ты только в следующий раз поосторожней со взрывчаткой, – пошутил Степан.

– Ну, раз других кандидатов на пост главнокомандующего нашей банды нет, то вот мой план. – Я сделал длинную паузу, а потом выдал: – Мы не будем отбивать Корнилова и его дочь, мы их… купим!

– Чего?! – первым от удивления отошел Винт. – Это как?

– Корнилова будут продавать? – переспросил я. – Так почему же мы не можем его купить?

– Ты хоть представляешь, о какой сумме идет речь? – спросил Степан.

– Нас с Митяем в последний раз продали за сто золотых монет. Думаю, Корнилова будут продавать за десятки тысяч, – подал голос бывший раб Валера. – Это огромные деньги, несколько килограммов золота. Наш сейнер можно продать максимум за пятьсот монет, и то вряд ли. Чтобы быстро забрали, ему цена – двести пятьдесят монет, если добавить весь наш товар, то еще монет сто или сто пятьдесят.

– Я знаю, где взять золото, вернее, надеюсь, что оно там есть. Пусть не золото, но знатно поживиться мы сможем, – уверенно заявил я. – И, между прочим, на это место указал Гарик, – кивнул я на турчонка. – Так что в следующий раз, перед тем как наезжать на Исмаила, подумайте.

– И где же располагается эта пещера с сокровищами? – хитро прищурился Винт.

– В паре километров от того поселка, где причалил наш «жабодав», – ответил я. – Там имеется большая вилла, где живет богатый мужик, в прошлом он был врачом-стоматологом, имел свою собственную клинику в Стамбуле. В доме есть охрана, есть гарем, есть слуги. В общем, есть чем поживиться. Со слов Гарика, есть даже ангар, где стоит прогулочный катер, который перевозится на специальном прицепе, а еще есть дорога от виллы к побережью.

– Все-таки везучий ты мужик, Иваныч, – ухмыльнулся Петрович. – С таким командиром не пропадешь.

– Убью! Кир-рюша не спит! Всем пиздец!!! – неожиданно раздался возмущенный писк попугая из-под стола. – Кто тут смелый?! Порву, как тузик гр-релку!!!

– Жив, засранец?! – обомлел я. – Ну, раз и попугай живой, то тогда точно все будет хорошо! – засмеялся я. – Петрович, разлей еще по одной, надо отметить воскрешение Кирюхи!

Когда закончился бой с сейнером и я попал в схрон пиратов, то нашел на полу мертвого попугая. Видимых повреждений на тушке не было, но птица не подавала признаков жизни, а поскольку я не орнитолог и не знаю, как проверять пульс у попугаев, то решил, что Кирюша все-таки отправился к праотцам. Я положил птицу в коробку и решил потом похоронить, но три дня выдались настолько насыщенными, что я просто забыл об этом. А оказывается, птица жива. Ну что ж, это действительно хороший знак.

– На, держи свою пайку! – Петрович сыпанул под ноги семян.

– Водки!!! Водки налей!!! – потребовал попугай и неожиданно затянул хриплым голосом: – Только рюмка водки на столе, ветер плачет за окном…

* * *

– Гарик, ты, главное, не пытайся врать, – инструктировал я турчонка. – Повторяй как заведенный одну и ту же фразу, как я тебя учил. Понял? И делай все что хочешь, но чтобы в их машины не садился. Можешь обосраться там при всех или обоссаться, можешь упасть на землю и начать ее жрать. Понимаешь, они должны тебя оставить внутри усадьбы, ну или пусть снаружи, но только не с ними в машине.

Турчонок часто кивал головой в знак понимания, он был бледен, кожа на лице побелела, синяки, ссадины и кровоподтеки стали видны еще лучше, а свежие порезы на лице и груди смотрелись очень эффектно. Стороннему наблюдателю сразу было понятно, что пацаненок побывал в знатной переделке и чудом избежал смерти. Исмаил сам вызвался выступить в роли ключа-отмычки от укрепленной, обнесенной крепким забором усадьбы богатея-стоматолога.

Осмотрев в бинокль подходы к вилле, я лишь бессильно скривился и сжал зубы, понимая, что хрен мы всемером возьмем штурмом эту крепость. Приземистое двухэтажное П-образное здание, стоящее на приличном удалении от высокого трехметрового забора, рядом с виллой – небольшой сад фруктовых деревьев, пара хозпостроек, смахивающих на сарай, овчарня и прилегающий к ней загон для овец, гараж и дом для прислуги, тут же – торчащие из земли трубы-вытяжки подземного убежища. Все толково и мощно. Верхние окошки второго этажа малюсенькие, офигительно похожие на амбразуры. Эх, были бы у нас гранатометы и людей побольше, можно было бы долбануть в одну точку в заборе, проделывая проход, а потом еще устроить одновременную атаку с двух сторон.

Я уже прикидывал вариант, чтобы устроить засаду на любого, кто бы покинул ворота виллы, но сколько нужно было этого ждать, непонятно. Винт сам долго пялился в бинокль и углядел минные заграждения снаружи забора и какие-то хитрые датчики. Короче, не вилла, а самая натуральная неприступная крепость!

И тут Гарик предложил следующий план: он в одиночку приходит к воротам виллы и сообщает, что сбежал от пиратов, которые в данный момент беспробудно пьют поблизости на морском берегу рядом с потерпевшим кораблекрушение кораблем. Мужская часть обитателей виллы, коих, по мнению Исмаила, должно быть не меньше дюжины, обязаны клюнуть на эту наживку и, тут же загрузившись в грузовики, помчаться на берег добивать морских разбойников.

Винт заявил, что ничего не получится, турчонка тут же выведут на чистую воду и расстреляют, я думал по-другому. Вообще настроения в нашем отряде ходили странные. Винт откровенно нервничал, требовал бросить маяться ерундой, гнать сейнер в порт Синопа и уже там, на месте разбираться,