Системный разведчик. Адаптация. Том 3 - Валерий Юрич
Полное доверие. Абсолютное. Заслуженное годами. Доверие, которое Михаил сейчас предавал — или наоборот, оправдывал. Все зависело от точки зрения.
Я закинул Саньку на плечо. Он был легче, чем могло бы показаться с первого взгляда, или же я стал сильнее после пусть короткой, но все-таки передышки. Однако я склонялся к первому варианту. Санькино тело, лишенное поддержки Деймоса, постепенно начало терять ту сверхъестественную мышечную массу, которую приобрело за время прокачки. Через сутки он будет весить на десять килограммов меньше. Через неделю — станет обычным парнем.
Если, конечно, у него будет эта неделя.
Мы двигались быстро. Михаил — впереди, с винтовкой. Двое бойцов — по флангам. Еще двое — замыкающие. Я — в центре, с бессознательным Санькой на горбу. Маскировку не включал. Не было смысла жечь зэн, когда ты среди своих.
До подземной части базы мы добрались без особых затруднений. Пара скоротечных перестрелок с деморализованными группами противника не в счет.
Коридоры нижних уровней были пусты. Штурм шел наверху, но его отголоски доносились и досюда: приглушенный грохот, вибрация стен, осыпающаяся пыль — все это сопровождало нас на всем протяжении пути. Однако здесь, внизу, базу словно бросили. Лишь мигающий аварийный свет заливал бетонные стены красными сполохами.
— Лифты? — бросил Михаил через плечо, когда мы подходили к первому холлу, в котором виднелись парные металлические двери.
— Не работают, — покачал я головой. — Шахты заблокировало после моего вмешательства в работу энергоядра. Лестница техобслуживания — за вторым поворотом налево.
Он не стал вдаваться в подробности. Понимал, что я уже был здесь. Просто коротко кивнул. А значит, хоть в чем-то решил довериться мне. И это внушало сдержанный оптимизм.
Достигнув лестницы, мы спустились на три уровня. Ниже — только порода и тоннели канализации. А еще процессорный зал с энергоядром, в котором я уже успел похозяйничать.
У входа в зал Михаил поднял кулак — стоп. Бойцы замерли. Он повернулся ко мне.
— Внутрь войдем только мы с тобой. Парни останутся здесь.
Разумное решение. Я понятливо кивнул.
Рябой и остальные, не задавая лишних вопросов, рассредоточились по коридору, заняв позиции у дверей и возле ближайшего изгиба коридора. Ни единого слова. Ни одного рассеянного взгляда. Только четкие отточенные движения. Хорошие солдаты. Слишком хорошие, чтобы служить лжецу.
Дверь процессорного зала была приоткрыта, замок деактивирован. Я даже не стал особо удивляться этому факту. Похоже, Майя успела и тут поработать, заранее расчищая нам путь.
Я вошел первым и осторожно уложил Саньку на пол у стены. Михаил двигался следом за мной. Остановившись на пороге, он огляделся и присвистнул.
Зал его впечатлил. Меня, признаться, тоже, когда я увидел его впервые. Огромное пространство, уходящее вверх на три этажа. В центре — энергоядро: массивный цилиндр из полупрозрачного материала, внутри которого пульсировало голубоватое свечение — медленно, тяжело, как сердце засыпающего великана. Вокруг — паутина кабелей, трубопроводов, охлаждающих контуров. Бронекокон. Консоли по периметру. Большинство из них было выключено, но несколько, в том числе и центральная еще мерцали россыпью индикаторов.
— Протокол Пепел заморожен на шестидесяти двух процентах, — деловито сообщила Майя. — Энергоядро в режиме аварийной стабилизации после нашего вмешательства. Энергон сконцентрирован, контуры распределения перегружены. Идеальные условия. Лучше не придумаешь.
— Что ж, тогда за дело, — ответил я искину. — Держи все под контролем. В случае нештатной ситуации приоритет — жизнь Саньки. Остальное вторично.
— Слушаюсь, товарищ, майор, — козырнула Майка, приложив к макушке ладошку, вместо штатного головного убора.
Я невесело усмехнулся и повернулся к Призраку:
— Подключай консоль, Миша, — спокойно произнес я, глядя ему в глаза. — Пора начинать.
Глава 26
Не обратив абсолютно никакого внимания на слишком панибратское обращение, Михаил кивнул и подошел к центральному терминалу. Действовал он сейчас вполне решительно. Что бы ни творилось в этот момент у него в голове, но пальцы работали четко. И, похоже, он отлично знал, что надо делать.
Вскрыв боковую панель консоли, он нашел нужный разъем и вставил устройство. Оно вошло с мягким щелчком, и по его корпусу побежала цепочка огоньков — белых, затем голубых и под конец — ослепительно-синих.
Ядро отозвалось. Пульсация участилась, голубое свечение стало ярче. По стенам зала поползли тени.
— Инициатор активирован, — разнесся по всему залу холодный металлический голос. — Устанавливаю связь с консолью. Загружаю из архивов координаты Альфы. Калибровка портального контура… — пауза. — Расчетное время: девяносто секунд.
В этот момент Санька застонал.
Я стремительно обернулся. Он слегка пошевелился. Пальцы заскребли по полу, голова перекатилась набок. Веки дрогнули, приоткрылись. Мутный, бессмысленный взгляд, как у человека, которого только что вывели из наркоза.
— Г… где…
Я подошел, присел рядом и взял его за плечо. Он вздрогнул, попытался отстраниться. Похоже, сказался рефлекс гладиатора, вбитый бесконечными тренировками.
— Санька, это я, — как можно мягче проговорил я.
Его глаза медленно сфокусировались и пробежали по моему лицу — туда, сюда, как стрелки сломанных аналоговых датчиков. Потом внезапно остановились, и в них засветилось узнавание.
— Ви… Виктор Михайлович?
Голос был сиплый, разбитый, но живой, человеческий. Со мной говорила не пустая оболочка, не «объект Альфа». Это точно был Санька. Парень, из моего двора, из моей прошлой жизни.
— Ага, — я слегка кивнул. — Не дергайся. Все нормально.
— Где я? Что… что происходит? Я помню… — Его лицо исказилось и по нему пробежала нервная судорога. — Я помню арену, тренировки, кровь. Меня… меня заставляли убивать людей. Я не мог остановиться. Виктор Михайлович, я не мог…
Вот дерьмо! Прошло не так уж много времени со времени нашего появления в Омеге. А если судить по Санькиным словам и тому, что он сотворил с бойцами Призрака, речь идет о нескольких месяцах, если не годах. Похоже, парня жестко натаскивали с утра до ночи, вкладывая в него все доступные ресурсы.
— Это был не ты, — перебил я. — Тебя контролировали. Кристалл в твоей голове. Я его вытащил. Его больше нет. Понимаешь? Ты свободен.
— Но где я, Виктор Михайлович? Мне порой кажется, что я умер тогда, у подъезда, когда… ну, вы помните. И после этого попал в ад. А теперь вы… Вы здесь. Как же я рад вас
