Когда солнце взойдет на западе - Анна Кей

«Во всем виновата Генко», – в итоге решила Аямэ, кивая собственным мыслям, за что получила два удивленных взгляда, но легко отмахнулась от них.

Если бы не эта лисица, ставшая центром многих проблем в прошлом, Аямэ бы вряд ли втянули в разборки богов. Она бы вела тихую борьбу со старейшинами своего клана, спорила на встречах с Рюити и Рётой, порой встречалась с Хитоси, но никак не общалась с ёкаями как с близкими друзьями.

Аямэ покосилась на Цубасу.

А некоторые становились еще ближе, чем просто друзья.

Эта мысль заставила перевести раздраженный взгляд на Такуми. Это ведь он посеял в ней зерно сомнений, заставив принять факт, что родным может стать кто-то вне семьи. Раньше Аямэ верила, что, кроме Рэн, не будет ни одного человека, кто бы стал ей по-настоящему дорог, но теперь сомневалась в этом.

«Ах, так во всем виновата даже не просто Генко! Это особенность всех лисиц».

Поджав губы, Аямэ закатила глаза и шумно выдохнула, из-за чего Цубаса и Такуми вновь посмотрели на нее.

– Вас что-то тревожит? – заботливо спросил Такуми.

– Просто мысли, не обращайте внимания, – покачала она головой.

Они вновь погрузились в тишину, весьма напряженную и неудобную. Аямэ пыталась отвлечься, прокручивая в голове все, что с ней случилось за последнее время. Вспомнившийся разговор с матерью вызвал злобное удовлетворение, Совет старейшин – раздражение, Цубаса… О нем размышлять не стоило, потому что эти мысли уводили ее все глубже в рассуждения о том, в какой момент ее отношение к нему изменилось. Так что в итоге Аямэ решила начать разговор, обратившись к Такуми:

– Как вы оказались здесь?

– Просто следовал за котобуки. Он появился рядом с моей деревней, принеся туда благословение, и я решил, что первое путешествие за почти сотню лет вполне может пройти в компании священного зверя.

– Значит, слова, что именно я подтолкнула вас покинуть деревню хотя бы ненадолго, – ложь? – Аямэ не знала, злиться ей или восхищаться столь искусным мастерством обращаться со словами.

– Нет, что вы! Просто я набирался сил и решительности.

– Лучше бы набирался разума, – пробормотал Цубаса тихо, но Аямэ его услышала и с трудом сдержала смешок.

– Ох, я забыл спросить в прошлый раз! – воскликнул Такуми, замирая посреди дороги. – Как вам мой подарок?

Сперва Аямэ не поняла, о чем он говорит, да и недовольно цокнувший языком Цубаса тоже не помогал, отвлекая.

– Кикимими, – подсказал Такуми.

Она не успела ничего ответить, как перед ней оказался Цубаса, закрывая от Такуми. Его ки забурлила, вырываясь наружу острыми иглами, перья встопорщились, а весь облик так и говорил о том, что он готов броситься в бой.

– Ты с ума сошел? – едва не закричал Цубаса. – Этот дар может быть опасен для оммёдзи!

– Я не сомневался в силах Аямэ-сан, именно поэтому и одарил ее кикимими.

– Как ты? – Цубаса проигнорировал Такуми и обернулся, внимательно всматриваясь в ее лицо. – Были проблемы с этим проклятым подарком?

– Я… Пару раз птичьи голоса просто врывались в мою голову. Когда я отвлекалась или теряла контроль над ки. В остальном я никого не слышу.

– Вот почему кикимими не дарят оммёдзи! Чужие голоса отвлекают! – Цубаса вновь обернулся к Такуми, который совершенно не выглядел виноватым.

– Вот почему его не дарят слабым оммёдзи. Для тех, кто так же силен, как Аямэ-сан, кикимими может стать отличным помощником в сражениях и жизни. – Такуми настаивал на своем. – Да, оммёдзи приходится постоянно контролировать свою энергию, но разве это не к лучшему? В итоге мастерство владения ки становится столь высоким, что больше походит на продолжение тела. Разве не так?

На последних словах Такуми посмотрел на Аямэ, заставив ее задуматься. Пожалуй, в его словах скрывалась толика правды. Она считала, что стала лучше управлять энергией благодаря советам Цубасы, но, возможно, в этом была и заслуга неожиданного подарка лиса. Она действительно не обращала внимания на кикимими большую часть времени, ки почти интуитивно блокировала этот дар, забывала о нем, не давая ему вмешиваться в обычную жизнь. Аямэ не пробовала раньше, но, судя по всему, могла использовать кикимими по собственному желанию.

– Все в порядке, и я действительно благодарна за подарок, – поклонилась Аямэ. Такуми улыбнулся так, что его глаза напомнили полумесяцы, а вот Цубаса нахмурился чуть сильнее.

– Аямэ, я бы хотел поговорить с Такуми-саном наедине. – Просьба прозвучала абсолютно неожиданно и твердо, больше похожая на приказ. В другое время Аямэ бы возмутилась, не привыкшая к подобной интонации ни от кого, кроме тех, кто действительно мог отдавать ей приказы, но в этот раз решила смолчать.

Кивнув, она внимательно посмотрела на Цубасу и Такуми, слишком спокойных для тех, у кого намечался явно малоприятный разговор. Взяв Стремительную за поводья, Аямэ направилась дальше по дороге, остановившись чуть поодаль. Достаточно, чтобы не слышать говорящих и при этом видеть их.

Сдерживать себя от того, чтобы не выпустить немного ки и подслушать разговор, оказалось довольно сложно. Тем более что оба наверняка сразу поймут, что она делает. Но если ки не выпускать наружу, а просто применить ее на себе, как усиление, то ни Цубаса, ни Такуми не должны это заметить…

Сильно закусив губу, словно боль могла отрезвить Аямэ и не дать ей совершить глупость, она нерешительно перенаправила энергию на голову, а после сосредоточилась на том, чтобы улучшить слух. Всех оммёдзи учили этому незамысловатому трюку. Он помогал проверить, насколько хорошо ученики контролируют свою ки, а заодно был неплохим подспорьем в некоторых сражениях.

– …тебе это? – Голос Цубасы звучал не столько зло, сколько недоуменно.

– Порой со стороны виднее. – Теплая вежливость, с которой Такуми обращался к Аямэ, не пропала полностью, но сменилась почтительностью и строгой учтивостью.

– И многое успел увидеть за две встречи?

– Достаточно, чтобы кое-что понять. Не зря о кицунэ и дзинко говорят как о соблазнителях – мы действительно способны на это. И благодаря этому таланту подметить весьма неочевидные для остальных вещи для нас не составляет труда. Вы ведь понимаете, о чем я, Карасу-тэнгу-сама?

Аямэ не видела лица Цубасы, но отчетливо представила, как он недовольно нахмурился, наверняка понимая, о чем речь, хотя сама Аямэ пока с трудом улавливала суть разговора.

– Так зачем? – спустя довольно долгое время спросил Цубаса.

– Чтобы вы лучше все осознали, Карасу-тэнгу-сама. Иногда нужно подтолкнуть, чтобы был сделан первый шаг.

И снова Аямэ вообразила лицо Цубасы. Сжатые в тонкую нить губы, упрямый взгляд, стиснутые в кулаки руки. Не сходила ли она с ума?

Тряхнув головой, совсем как ее лошадь, к которой она повернулась и принялась поглаживать крепкую шею, Аямэ решила прекратить подслушивать. Ки медленно переправлялась в точки сосредоточения, и последнее, что услышала Аямэ, был несколько нерешительный вопрос Цубасы и часть ответа Такуми:

– А что она?

– Ваши волнения…

Побери их всех Ёми, не вовремя она решила прекратить подслушивание. Речь явно зашла о ней, и Аямэ понятия не имела, что подразумевал вопрос Цубасы. Она… что? О чем спросил этот проклятый ворон, что знал Такуми, но не знал Цубаса, хотя знаком с ней куда дольше. Мысль настолько завладела ее сознанием, что Аямэ стало плевать на то, что ее разоблачат.

Быстро обернувшись, из-за чего Стремительная дернулась, Аямэ открыла рот, чтобы задать вопрос, но слова застряли в горле. Кулак Цубасы врезался в бледную скулу Такуми, заставив того отпрянуть и отчего-то довольно заулыбаться.

– Что вы?..

По-птичьи резко Цубаса повернул голову в сторону Аямэ и почти мгновенно оказался рядом с ней. Будь это кто-то другой, она бы уже снесла ему голову танто, но на столь неожиданное появление Цубасы отреагировала только едва заметной дрожью.

– Что случилось?

Он пропустил вопрос мимо ушей, вместо этого сосредоточившись на ее ноге. Аямэ понятия не имела, что он там искал, но, видимо, это было для него куда важнее остального.

– Дальше мы отправимся одни. Думаю, Такуми-сан доберется до своей деревни без нас, – сдавленным голосом, за которым скрывалась злость, произнес Цубаса.

– Но…

– Хорошего пути, и пусть Аматэрасу-сама благоволит вам! – Такуми, собранный и вновь умиротворенный, низко поклонился им с улыбкой на лице, что