Просто Никита: Солдат - Евгений Бергер

— Я знаю одного старого духа… — вдруг произнесла Канистровна: — Он живёт в лесу неподалеку. Помогает местным гномам. Лечит зверьё. Про пенсионеров не забывает. А ещё от него листья на деревьях красные!

— Почему именно красные? — поинтересовался я.

— Говорят, это цвет светлого будущего, — мечтательно вздохнув, ответила Клеопатра Каллистовна.

— Что ж… выбора у нас всё равно нет, — развёл руками Спирт: — Значит, идём к лесному духу.

* * *

В энциклопедии магических существ духам был отведён целый раздел. Это очень загадочные существа, которые встречались от глухих лесов до густонаселенных больших городов. По крайней мере, так было написано в энциклопедии.

Отец утверждал, что духи могут быть как полезными, так и вредными. Но все они зачастую обладали воистину невероятной волшебной силой! От банального ускорения роста лесных растений до самых настоящих землетрясений. В общем, с духами шутки плохи.

Но я доверял Каллистовне. Она явно дурного не посоветует

А тем временем, мы уже заходили в красный лес.

— Как необычно… — восторженно произнёс Спирт: — Как правило — листья краснеют только осенью. А тут прямо в середине лета… Невероятно!

— А меня этот красный цвет напрягает… — поёжился Сисюля: — И, вообще, на кой мы сюда припёрлись?

— Нужно поговорить с одним старым знакомым Клеопатры Каллистовны, — поспешил успокоить сержанта я.

— А он нас не взорвёт? — уточнил Сисюля.

— Не должен. — сухо ответила Канистровна, а затем резко остановилась и повернулась к нам: — Значит так, молодчики! Местный лесной дух — крайне самобытен. У него на всё есть своё мнение. А ещё он не любит шутки. Понял, Сисюля?

— А я-то тут, причём⁈ — возмутился сержант.

— Поэтому говорить буду я. Все уяснили? — уточнила бабуля.

— Слышала, некоторые духи просто обожают запутывать путников, а затем кидать в болото, — с подозрением произнесла Безос: — Этот точно не такой?

— Не такой, — хмыкнула Каллистовна: — Если, конечно, вы не начнёте раскрывать свой рот.

От слов бабули веяло холодом.

— Хай-хо! — вдруг раздался незнакомый мужской голос, и к нам вышел настоящий гном. Одет он был в серую робу, а в руках держал кирку. Эх… Аж вспомнил Юнг-Блинд: — Ну, привет, залётные! Кто такие? Почему не в армии?

— А ты часом не местный дятел? — нахмурилась Каллистовна: — Чего вопросы задаёшь левые? А?

В воздухе повисло напряжение.

— Хм… — гном крепче сжал кирку.

— Хм… — бабуля слегка присела и расстегнула верхнюю пуговицу, чтобы было удобнее выхватывать тротиловые шашки.

— КАЛЛИСТОВНА!!! — воскликнул гном, и отбросив кирку, побежал в сторону бабки.

— КАМРАД!!! — закричала наша подрывница и побежала навстречу гному.

В итоге они обнялись. А я, честно говоря, ещё не разу не видел нашу бабулю такой радостной.

— Сколько лет, сколько зим, старая ты шельма? — радостно произнёс гном: — Всё не заходишь и не заходишь! Местные говорят, канула в битве. А я знал, что тебя ничего не возьмёт. Даже возраст! От тебя даже пахнет, как раньше!

— Нафталином? — поинтересовался Спирт.

— Тротилом, очень толстая девочка! Женным тротилом…

— Ой, да брось ты, — отмахнулась Канистровна: — Я уже давно не та, что была раньше. Кстати, а где Старший? Всё такой же молодой и упёртый?

— Старший… — Камрад, отчего-то погрустнел: — Слишком много воды утекло, и он…

— Умер⁈ — ужаснулся Спирт.

— Умер? — гном лишь усмехнулся: — Старший не может умереть. Он же — дух! В общем, он уснул. Мы пока отнесли его в курган. Авось, когда-нибудь проснётся.

— Камрад, — уверенно произнесла бабуля: — У нас к нему вопрос жизни и смерти! Не мог бы ты отвести нас к Старшему?

— Отвести-то смогу. На него все ходят посмотреть. А иногда такие очереди собираются — закачаешься! — с гордостью заявил гном: — Но вот то, что Старший проснётся — гарантировать не могу.

— Веди! — уверенно ответила Каллистовна.

Камрад сопроводил нас к небольшому кургану, вокруг которого был самый настоящий гномий город.

Всюду стояли пятиэтажные дома, памятники странному мужичку в пальто, и почти на каждой стене висели плакаты с различными надписями, типа: «Лучший гном — трудящийся гном», «Сильнее, быстрее, глубже», «Гномы всех стран — объединяйтесь» и «Требуйте долива пива после отстоя пены».

Сами же гномы были одеты в одинаковые серые робы и красные шапки-колпаки, но зато радостно улыбались, да и в целом выглядели вполне счастливо. Совсем не так, как старатели на руднике.

— Вход — здесь. Далее разбирайтесь сами, ибо мой перерыв подходит к концу, — попрощавшись с нами, Камрад поспешил в сторону вагонетки.

— Идём, — Каллистовна жестом позвала нас за собой.

Пройдя по узкому тоннелю, мы очутились в небольшом гроте, в центре которого стоял хрустальный ящик. Внутри, обнявшись с бревном, лежал тот самый бородатый мужичок в пальто, памятники которому были поставлены по всему городу.

— Вот он… Старший, — с благоговением произнесла бабуля и подошла к хрустальному ящику.

— И, как его разбудить? — поинтересовалась Безос.

— Сержант Сисюля! Поди-ка сюда… — Каллистовна поманила Грегори к хрустальному ящику.

— Он меня пугает, — честно признался Сисюля и спрятался за меня.

— Хер у черта тебя пугает! А ну иди сюда! — бабуля схватила сержанта и ткнула его лицом в прозрачную стенку ящика.

Глаза Старшего тут же распахнулись, а затем дух медленно повернул лысую бородатую голову в сторону сплющенной физиономии Грегори.

Крышка отлетела, а Старший выскочил из ящика, и в обнимку с бревном принялся бегать по гроту:

— Они уже здесь!!! Они уже здесь!!! Они уже здесь!!! Я знал! Я знал! Я знал! Не надо было ничего подписы… — с этими словами Старший врезался в стену и рухнул на пол.

— Старший! Ты в порядке? — осторожно поинтересовалась Каллистовна.

— Клеопатха? Ты? — удивился дух и тут же поднялся на ноги, стряхнув с пальто пыль: — Хад тебя видеть!

— Взаимно, — ответила бабуля и вывела Сисюлю вперёд: — Слушай, у нас тут проблема…

— Я вижу, — нахмурился Старший и отставил бревно в сторону: — Такие пхоблемы пхиводят к хазхухе! И полнейшей дегхадации общества, если дать им волю. Хуки хаспускает так, что потом вовек не опхавится!

— Вы знаете, что это? — с надеждой