Игра со смертью - Павел Семенов

глаза ничего опасного не попадается.

— Так чего там? — спрашиваю парня. — Чего все боятся? Там же нет ничего кроме деревь…

И тут мой взгляд цепляется за странные стволы с причудливой чешуйчатой корой и экзотические для этого места небольшие кроны в виде цветов. Присмотревшись, наблюдаю выскочившую системную информацию.

Гидра — 29 уровень.

Статус: в спячке.

— Твою-то так! — шепотом ругаюсь я, боясь разбудить гигантскую тварь.

— Тууютоак! — дружно подтверждают пленники.

Странные стволы оказываются множеством шей монстра, цветки — головами. А тело где-то скрыто под землей. Если местные так сильно ее боятся, то мне нарываться тоже не стоит.

Ладно. Раз тварь спит и до сих пор не проснулась, значит все нормально. Можно так не беспокоится. Тут же затыкаю Психа, который как обычно изъявляет желание куснуть новое встреченное нам существо. Но он не успокаивается.

[— Так спит же он. Опасности — ноль! Куснули — побежали! Делов-то?!]

В это время Аолуппо медленно и осторожно распутывает пленных. Те сразу сваливают, освободившись от пут. Рядом со мной остается мой напарник и, как я понял, его мама.

Через некоторое время…

— Не боюсь я никаких деревьев, которым нужно целовать и гладить корни! — объясняю упирающемуся и не пускающему меня парню.

Он встал передо мной и не дает пройти дальше по стрелке маркеру. Я конечно же, могу его и не спрашивать. Способов обойти препятствие у меня много. Но, все же хочется полностью выяснить причину.

Из дальнейших объяснений получается, что там, куда указывает стрелка, что-то типа главного места всех муу. И там священное дерево. Настолько священное, что ему все муу поклоняются. И всех тех, кто не муу, отправляются под корни этого дерева. Гладить и целовать их. Даже он, Аолуппо, как муу и истинный сын Мурри, обязан доставить меня к этому священному месту и бросить в корни. Вернее, отдать каким-то главным муу, что сами все сделают. Но парень делать это не собирается, так как я его вытащил из плена и помог высвободить мать.

Мне же вспоминается намалеванный символ на границе этих земель — корни дерева, оплетающие скелет. Похоже, я как-то не так понимаю смысл слов — гладить и целовать корни…

Еще Аолуппо уверяет меня в том, что если мы попадемся ануунакам вместе, то нас обоих сделают кууяками и бросят в корни. А парень, хоть и желает народу муу процветания и здоровья, но падать в корни не горит желанием.

— Не беспокойся, Аолуппо, — хлопаю напарника по плечу. — Не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня. Я и один проберусь. И не из таких передряг выбирался. Знал бы ты, через что мне пришлось пройти…

Меня так тронуло, что этот абориген проявляет заботу обо мне, (хотя я как бы враг его народа) еще и отпускать одного не хочет, потому речь моя выходит более громкой и излишне эмоциональной. С присущей ей бурной жестикуляцией. Из-за чего я привлекаю к себе слишком много ненужного внимания…

Мимо меня, сверху вниз, что-то падает. Это оказывается еще одна дикая хищная кошка. Таких я раньше не видел. Она мельче сумеречной пумы. Раскраской схожа. Отличается более милой мордочкой. А еще ее шерсть сырая, будто кошка окунулась в воду. Так как шерсть эта прилизана к телу и образует множество длинных сосулек из слипшихся волос.

— Шшшшш! — шипит выгибаясь кошка, глядя на меня.

— Ешкии — выдыхает Аолуппо, загораживая своим телом женщину.

— Ты чего, боишься ее? — спрашиваю парня. — Я то думал все местные кошки с вами дружат.

Сверху падает еще одно гибкое тело.

— Шшшш! — шипит вторая кошка.

Абориген, оттесняя женщину, начинает отступать. А я присматриваюсь к одному из животных.

Ёшк — 22 уровень.

— Слушай, Аолуппо, а чего ты их боишься, они же ниже уровнем, чем пумы? — задаю парню вопрос. — Да, и размером маленькие.

Затем, обращаюсь к кошкам:

— Кис-кис-кис! Идите поглажу! — и протягиваю к ним руку.

— Шшшшшш! — раздается новое дружное шипение.

А парочка аборигенов дергаются и еще спешней отступают. Меня же эти дикие кошки не пугают. Я ведь для них несъедобный. Уверен прямо в этом. Стоит им только меня понюхать, как они сразу это поймут.

Как раз это кошаки и пытаются сделать, пока я снова их подзываю:

— Кис-кис-кис!

Глаза хищниц расширяются, когда они понимают, чем или кем от меня пахнет. Их тела выгибаются еще сильней, а слипшаяся шерсть в виде сосулек-иголочек еще больше вздыбливается. Теперь кошки становятся похожи на ежей.

— Ешкии! — восклицает парень и бросается вместе с женщиной на землю.

В этот же момент меня накрывает острое чувство опасности, потому я на автомате выставляю перед собой воздушный щит.

Ешшшш! — раздается странный звук со стороны представителей кошачьих.

И во все стороны от них разлетается несчетное множество длинных иголок.

Дикая боль пронзает плечи обеих рук и бедро левой ноги. И я тут же перестаю чувствовать поврежденные конечности.

— Ёшкин кот! — ору от досады.

Блин, воздушный щит не помог!

— Уу ешкии кисака! — подтверждает мои слова, приподнявший голову Аолуппо.

[— Для тебя две хорошие новости! Одна — иглы прошли на вылет. Вторая — тебе повезло, что они не попали в тело. Снаряды содержат очень сильный токсин, что парализует ткани организма. Причем, клетки Псевдоплоти, попавшие под раздачу, тоже временно недееспособны.]

Пока он мне транслирует свою речь, я пытаюсь устоять на единственной неповрежденной ноге. А сзади раздается чей-то громкий рев.

— Тууютоак! — кричит абориген, показывая мне рукой за спину.

Обернувшись назад, успеваю заметить, как нескольких шей, спящего до этого момента монстра, падают на землю, и из них торчат иглы. Обширная область грунта вспучивается, а мою ногу что-то оплетает и резко дергает назад. А затем вверх. И я лечу ввысь вверх тормашками.

Да, за что мне все это?!

— Твою-то так!

— Тууютоак!

Глава 26

Граница солнечной системы.

Обрывок разговора на неизвестном на Земле языке.

— Что нового смогли узнать по этому явлению?

Говоривший всматривается в экран с видом на планету, с поверхности которой, прожигая атмосферу, в космос вырывается яркий толстый луч. По исследовательским данным он заканчивается далеко за орбитой местного спутника, преодолев примерно четверть расстояния до четвертой планеты от солнца данной системы.

— Из точки обрыва луча выделяется волновое излучения неизвестной нам природы. Что напоминает трансляцию сигналов. Наша технология не в состоянии ни расшифровать их, ни определить получателя…

— Получены новые данные! — прерывает говорившего еще один оператор.

— Докладывай!

— Анализатор в последней попытке изучения явления провел поиск в запечатанных архивах о войнах с Ушедшими,