Плут - Иван Солин

ходящей за мной Таниз Бельской — ничего и не поимел с той моей глупой дуэли с козлиной Лобским.

Надо поспешить в трапезную, кстати, а то она там ждёт меня сейчас. Хотя навряд ли к ней кто-либо теперь прицепится. Поостерегутся.

Я ведь, проучив того рыжего кретина своей столь быстрой победой над ним, нанёс сокрушительный урон его репутации и статусу, по сути сделав глумливого урода изгоем и предметом насмешек, ну и эдаким образцом, предупреждением, так сказать, для прочих. Хотя изначально, пылая праведным гневом, я вообще планировал размазать гада ещё сильнее, сделав своей зверушкой.

Ну а чё, был бы у меня цепной фехтовальщик, которого не жалко, а то Таниз у меня рука не поднимется в пекло какое-нибудь сунуть, хотя я ещё помню, как она меня грохнуть-то пыталась. Так что ещё посмотрим.

О чём это я? Ах да! Пока не перестану быть, как Лобский тогда и сказал, Безвестным — я не смогу бросить вызов на бой за статус зверушки, хотя мне такой вполне могут бросить, пусть я и не обязан принимать, а за отказ мало кто осудит. Но это не точно, так как во многом всё зависит от предварительного PR'а акции и формирования общественного мнения.

К слову, здесь, в Академии — подобные поединки в порядке вещей, и некоторые отчаянные головы готовы биться на таких вот, диких на мой взгляд, условиях, рискуя стать практически рабом на период обучения. Зверушка-то по сути бесправна и обязана выполнять любые прихоти хозяина. Ну, насколько у того хватит яиц, ведь у кого-то могут и нервы сдать, да и Академией жизнь не заканчивается.

Нет, это всё вовсе не значит, что так просто можно подойти к привлекательной особе и закабалить её после победы над ней в дуэли, получив тем самым игрушку для утех. Для такого, всё же, оба противника должны дать согласие при свидетелях. Что, в случае с Бельской, её Мастер-лолька как раз и устроила, а желавшая выслужиться перед лидером, ну или опасавшаяся своим отказом вызвать её неудовольство, хотя, скорее, попросту не воспринимавшая меня достойным противником взбешонная Таниз и проглотила молча. За что теперь и расплачивается.

Мда, пусть, как по мне, любой здравомыслящий и трезво оценивающий свои возможности человек навряд ли бы дал согласие на подобное, но, тем не менее, по Академии уныло бродят такие вот неудачники в так называемых ошейниках, и которые в порыве азарта явно переоценили однажды свои возможности. Они, разумеется, легко могут получить свободу, всего лишь победив своего хозяина, и горе тому, кто окажется слабее своего питомца. Но уж если кто-то оказался настолько глуп, что его развёл заведомо более сильный противник, и он, не удержав свою спесь, принял подобный вызов, став в итоге зверушкой, то пусть утрётся и терпит, а в следующий раз головой думает, когда под чем-то подписывы... в смысле прилюдно соглашается на какую-то дичь.

Примерно так. О, а вот уже и наша столовка. Ах, как колокола звонят. Лепота!

****

Тем временем, в трапезной.

— Милиз, ну вот что ты такая недотрога, когда Вило нет рядом? — забавно надувшись, сокрушалась среднего роста обладательница тёмно-голубых, почти синих волос, сегодня стянутых в пышный хвост сбоку, когда в числе ещё двух подруг, и не только, они все ожидали одного юношу за столиком, который чуть ранее был занят самой значимой из них, ну и сейчас достаточно расторопно, но без суеты сервировался услужливым персоналом.

— Без братика я теряюсь, Молин, — очень жалостливо, но невероятно очаровательно, от чего даже непроизвольно вздрогнул разливавший напитки несколько нервный субчик, отвечала ей на это обладательница прямых блестящих платиновых волос до пояса, сегодня с нежно-голубым цветком над правым виском. При этом изящная малышка ростом пониже среднего и с фигурой определённо не на свои заявленные 19 забавно мяла салфетку, вроде как от смущения.

— А Вило же точно прийдёт, Милиз? — мужественно игнорируя косые взгляды своих одноклассниц из 1-А, как видно не одобрявших такое вот её соседство, и при этом с надеждой вглядываясь своими ярко-синими в необычного серебристого цвета глаза якобы смущённой лапочки, порывисто поинтересовалась у той златокудрая студентка, а в миру маркиза. Чьи вьющиеся крупными блестящими локонами волосы до середины изящной шейки, в отличие от того времени, когда их обладательница представлялась «-ским», а не «-ской», были теперь уложены куда пышнее и гораздо женственнее, а драгоценные и определенно древние украшения в причёске придавали всему этому максимально аристократический, по здешним меркам разумеется, вид.

— Я так жду братика, — как-то неопределенно пролепетала вопрошаемая, на что очень сходная с нею телосложением и лишь едва чуть более высокая златовласка, вздохнув, потупилась, сгорая от чувства вины, так как отчего-то восприняла столь уклончивый ответ студентки Польской как результат обиды и разбитого сердца из-за того, что «ах, какой прекрасный юноша» оказался вовсе даже девицей.

Хотя на самом деле, Ассистент КК, а точнее его личность в образе среброглазой малышки — прекрасно была осведомлена о местоположении своих аппаратных мощностей, такое же её поведение было направленно несколько на иную цель.

— Бельская, где твой хозяин, и почему ты не с ним? — отбросив с внушительной груди свой пышный хвост, строго обратилась сневолосая студентка Дарская к прям с каменным выражением лица скромно, но при этом с царственной осанкой восседавшей рядом обладательнице волн распущенных сегодня чёных волос, кои прямыми потоками ниспадали чуть ли не до пояса и ближе к низу начинали обвивать смолянистыми змеями её гибкий стан.

Объяснялась же такая неприязнь Молин не столько тем, что, на фоне чуть более высокой и гибкой, но при этом существеннее одарённой основным «женским калибром» Таниз, её также весомые достоинства несколько меркли, а, скорее, тем, что никак не могла простить экс-Орденке попытку убить в недавней нефатальной дуэли симпатичного ей юношу. Что не смогло утаиться от глаз опытной фехтовальщицы, пусть и так фанатеющей от платьев.

— Он сказал идти с вами, — обратив взгляд своих невероятных льдисто-голубых глаз с синей каймой на всё ещё требовательно взирающую на неё недружелюбную синеволоску, невозмутимо отвечала та, которую пусть и терпят рядом, но всё же делают это исключительно потому, что Плут никоим образом не позиционирует свою зверушку в качестве таковой. Ни в общении, ни своим отношением. А обращается с ней сдержанно дружелюбно. Что, в общем, было воспринято прочими девушками как свидетельство наличия у него на неё некоторых планы, а значит пока требуется такое же отношение и близкого окружения.