Эдгар Берроуз - Пираты Венеры

В конце концов я подошел к шаткой кровати, стоявшей у стены, и прилег на покрывавшую ее старую вонючую шкуру. Вокруг царила абсолютная тишина — тишина могилы. Она долго ничем не нарушалась. Однако постепенно я различил какой-то звук над собой. Я вслушался, пытаясь понять его происхождение. Он походил на тихие шаги босых ног — взад-вперед, взад-вперед — над моей головой.

Я считал, что нахожусь на верхнем этаже башни, но теперь решил, что над комнатой, в которой меня заперли, имеется еще одна, если только звук, который я слышал, действительно вызывали шаги человека.

Монотонный звук успокаивал мои измученные нервы. Раза два я начинал задремывать, хотя не хотел засыпать, как будто что-то подсказывало, что нужно бодрствовать, но сон одолел меня.

Не знаю, сколько времени я спал. Проснулся внезапно, от какого-то прикосновения. Неясная фигура склонилась надо мной. Я начал подниматься. Тут же мое горло обхватили сильные пальцы — холодные, липкие. Казалось, это пальцы самой Смерти.

Защищаясь, я в свою очередь искал горло противника. Мне удалось добраться до него — оно тоже было холодным и липким. Я сильный человек, но напавший на меня был сильнее. Попытался ударить его кулаком. От двери донесся тихий, жуткий смех. От ужаса у меня встали волосы дыбом.

Я понимал, что смерть близка как никогда. Множество мыслей промелькнули в голове. Но самой главной была мысль о Дуаре и мучительное сожаление, что вынужден оставить ее здесь в когтях злодея, который, несомненно, был вдохновителем нападения. Наверняка он хотел избавиться от меня и тем самым убрать единственное препятствие, могущее встать между ним и Дуарой, которой он явно домогался.

Я продолжал бороться, когда меня чем-то ударили по голове. Затем наступило забытье.

Когда пришел в себя, уже рассвело. Я лежал на кровати и, глядя в лотолок, пытался собраться с мыслями, мучительно вспоминая, что же произошло. Внезапно увидел прямо над собой щель, как будто там находился полуоткрытый люк. И через щель на меня смотрели два глаза.

Какой-то новый кошмар? Я не двигался и лежал словно зачарованный, наблюдая, как люк медленно открывается. Наконец появилось лицо — лицо очень красивой девушки, но сейчас оно было напряжено и искажено, а глаза выражали сильный испуг.

Девушка заговорила шепотом.

— Ты жив?

Я приподнялся на локте.

— Кто ты? Это какая-то очередная пытка?

— Нет. Я тоже узница. Он ушел. Возможно, мы сможем спастись.

— Как? — Я был настроен весьма скептически, считая ее союзницей Скора.

— Ты можешь подняться сюда? Здесь на окнах нет решеток, потому что они так высоко, что никто не может выпрыгнуть отсюда, не разбившись или не покалечившись. Если бы у нас была веревка!

Прежде чем ответить, я какое-то время размышлял. Возможно, очередная хитрость? Может ли в проклятом замке в одной комнате быть хуже, чем в другой?

— Здесь есть веревка, — наконец произнес я. — Прихвачу ее и поднимусь. Возможно, веревки не хватит, но я принесу все, что нашел.

— Как же ты поднимешься?

— Это несложно. Подожди, я возьму веревку.

Подойдя к комоду, вытащил все веревки, которые обнаружил в предыдущую ночь. Потом передвинул комод так, что он оказался прямо под люком.

Встав на комод, легко дотянулся до края люка. Передав веревку девушке, подтянулся на руках и влез в ее комнату. Она закрыла люк, и мы оказались лицом друг к другу.

Несмотря на ее растрепанный и испуганный вид, я понял, что она еще красивее, чем показалась сначала. Когда же взгляд прекрасных глаз встретился с моим, я перестал опасаться предательства. За этим прелестным лицом не могло скрываться двуличие.

— Не сомневайся во мне, — она будто прочла мои мысли, — хотя и не удивительно, что ты ждешь предательства в столь ужасном месте…

— А как же ты доверяешь мне? Ведь ты меня не знаешь.

— Знаю достаточно, — возразила она. —Я видела из окна, как вы со своей спутницей пришли вчера со Скором, и поняла, что у него появились две новые жертвы. Слышала, как тебя прошлой ночью привели в нижнюю комнату. Я не знала, кто из вас там остался. Хотела предупредить, но очень боюсь Скора. Долго ходила по комнате, пытаясь придумать, что делать.

— Значит, это твои шаги я слышал наверху?

— Да. А потом услышала, что они пришли опять. До меня доносились звуки борьбы и ужасный смех Скора. Как я ненавижу этот смех и как страшусь его! Потом стало тихо. Я думала, что они убили тебя, если там был ты. или увели девушку, если ее заперли в комнате внизу. О, бедняжка! А она такая красивая. Надеюсь, что она выбралась отсюда и теперь в безопасности, хотя надежды мало.

— Выбралась отсюда? Что ты имеешь в виду? — изумился я.

— Она скрылась рано утром. Не знаю, как убежала из комнаты, но видела из окна, что девушка пересекла внешний двор, взобралась на стену, идущую вдоль реки и, должно быть, прыгнула в реку.

— Дуара бежала! Ты уверена, что это она?

— Да, та красивая девушка, которая вчера пришла сюда с тобой. Примерно через час Скор обнаружил побег. Он выскочил из замка в ярости, забрал с собой всех тех несчастных, которые стерегут ворота, всю свору своих свирепых казаров и отправился в погоню. Если мы сейчас не постараемся бежать, то, может быть, нам больше никогда не выпадет другого шанса.

— Тогда к делу! — воскликнул я. — У тебя есть план?

— Да. По веревке мы спустимся на крышу замка, а с нее во двор. Никто не стережет ворота, казаров нет. Если нас увидят, придется положиться на ноги. Но в замке осталось только трое или четверо слуг Скора, а они не очень-то бдительны, когда его нет.

— У меня есть оружие, — вспомнил я. — Скор не отобрал его, и если кто-нибудь попытается остановить нас, он будет мертв.

Она покачала головой.

— Ты не сможешь убить их, — прошептала она, содрогнувшись.

— Что ты имеешь в виду? Почему я не смогу убить их?

— Потому что они уже мертвы, — ответила она с ужасом.

Я глядел на нее с изумлением, пока значение ее слов медленно проникало в мой потрясенный разум. Так вот чем объясняется странный вид этих жалких созданий, возбудивший у меня страх и отвращение!

— Но как они могут быть уже мертвыми? Я видел, как они движутся и выполняют приказы Скора.

— Не знаю. Это страшная тайна Скора. И вскоре ты, если не спасешься, станешь таким же, как они, и девушка, которая пришла с тобой, и я — чуть погодя. Он немного побережет нас во плоти для своих ужасных опытов. Каждый день берет у меня немного крови. Ищет секрет жизни. Говорит, что может воспроизводить клетки тела, и с их помощью вкладывает искусственную жизнь в существа, воскрешенные из могилы. Но это только пародия на жизнь. В мертвых венах не течет кровь, а мертвый разум приводится в движение только теми мыслями, которые Скор передает им какими-то тайными телепатическими способами.

Главная цель Скора — воспроизвести зародышевые клетки и таким путем создать новую расу существ, полностью подчиненных его желаниям. Поэтому он берет кровь у меня, поэтому ему нужна девушка, которую ты называешь Дуарой. Когда в наших телах останется так мало крови, что смерть будет близка, Скор убьет нас, но не оставит в замке, а заберет в город, где правит как джонг. Здесь же держит только несколько несчастных, деградировавших экземпляров, однако утверждает, что в Корморе много удачных.

— Так Скор действительно джонг? Я не верил ему.

— Он сам провозгласил себя джонгом и создал вот таких подданных.

— И держит тебя, чтобы брать кровь?

— Да. Он не похож на других мужчин, в нем нет ничего человеческого.

— Сколько же времени ты в этом доме?

— Долго. Но пока жива, потому что Скор почти все время находился в Корморе.

— Нам нужно убираться отсюда, до того как он вернется. И надо найти Дуару. Она погибнет одна.

Я подошел к окну — ни на одном не было решеток — и поглядел вниз; до крыши замка около двадцати футов. У нас было несколько кусков веревки общей длиной футов сорок — более чем достаточно, причем веревка толстая. Я связал куски и вернулся к окну. Девушка все время не отходила от меня.

— Кто-нибудь может увидеть нас отсюда? — спросил я.

— Оживленные не очень бдительны, они находятся в комнате на первом этаже с другой стороны замка. Когда Скора нет, просто сидят. Вскоре двое принесут еду. Нам надо бежать до их прихода, потому что иногда они забывают, что должны вернуться назад, и тогда часами сидят у моей двери. Видишь, в двери решетка, через нее увидят, что мы пытаемся бежать.

— Тогда пошли сейчас же, — предложил я. Затем сделал петлю на одном конце веревки, завязал беседочным узлом и показал девушке, как сидеть в веревочной петле, пока я буду спускать ее на крышу.

Без малейших колебаний она поднялась на подоконник и, перегнувшись через край, уселась в петле. Уперев ноги в стену, я быстро начал спускать ее вниз и вскоре почувствовал, что веревка в руках ослабела.