Я буду летать - Екатерина Александровна Боброва

станет разбираться, кто именно не докрутил болт или не поставил правильно фильтр. Потому проверка друг за другом и взаимопомощь должны стать вашей второй натурой. И это прекрасно, что именно в вашу бригаду попала София».

Софи не разделяла восторга куратора, как и парни в группе. Будь ее воля, она бы предпочла индивидуальное обучение, как у пилотов. Конечно, их учили летать вместе, выполнять групповые задания, но каждый в полете отвечал сам за себя.

А у них?

«Без разницы, кто запорол свой участок работы. Не смогли собрать двигатель? Незачет всем».

И главное, даже если Софи справлялась, ее все равно винили во всех неудачах. Репутация, чтоб ее…

Первый курс был самым нудным и бесполезным с точки зрения будущей работы. До абсурда. Их не допускали до «живых» машин. Заставляли практиковаться на старье. Перебирать двигатели вековой давности, как будто они когда-нибудь им встретятся?! Практиковаться на древних системах. Без нормальных зондов, диагностов и датчиков. Еще и специально выбирали настолько заржавевшее оборудование, что у Софи не хватало силы пальцев раскрутить зажим.

Эдакая система отбора для технарей.

Если пилотов гоняли физически, выматывали эмоционально, то их испытывали грязью, ржавчиной и прочим старьем.

Мозоли, порезы, не отмывающиеся пятна и въевшаяся вонь… Мир техники был по-мужски суров.

Софи заподозрила неладное, когда их повели на зачет в новый зал. «Выклянчили», — с мрачным удовлетворением подумала она, оглядывая муляж системы жизнеобеспечения. Парни уже давно ныли, прося мастера дать им что-то новенькое, а то три месяца разбирать двигатели им порядком надоело. Вот Софи с удовольствием бы вернулась к знакомому двигателю, чем лезла в эту громадную страхолюдину.

Целиком система в зале не поместилась бы, но и та ее часть, которую они лицезрели, внушала трепетное уважение.

— Итак, господа курсанты, — голос мастера был полон нездорового энтузиазма, — перед вами центральная часть системы обеспечения крейсера «Незабудка» второго класса.

Он еще не закончил фразу, а мозг Софи уже выдавал справку: «Крейсер второго класса. Численность экипажа: двадцать человек. Грузоподъемность… Максимальная дальность полета… Скорость… Оружие…». Брат в свое время неплохо натаскал ее, но толку-то от ее знаний, если придется, как обычно, работать руками.

Она нервно поправила перчатки.

— Вводная: «Незабудка» получил пробоину по правому борту в результате попадания в метеоритный поток и столкновения.

Вводная была так себе… Нормальный пилот не допустит попадания в поток, облетит. Проще изменить курс, чем получить такой «подарок». Защита выдержит пару попаданий, но и ее резерв не бесконечен.

— Была повреждена система жизнеобеспечения.

В подтверждении свет выключился, раздался скрежет, в центре, под потолком рванул, ослепляя, сноп искр. Потом заискрилось уже в нескольких местах.

— У вас час на ликвидацию последствий. Дальше весь экипаж будет считаться мертвым. Вы, соответственно, тоже.

Включился красный аварийный свет, завыла сирена, из-под пола вырвался, заставив всех дружно подпрыгнуть, столб пара.

ПКА готовила специалистов высокого уровня, используя способ обучения максимально приближенный к реальности.

Софи ощутила, как у нее мурашки побежали по коже. Сирена била по ушам, в глазах все прыгало от мерцающего красного света. Пол под ногами затрясся, имитируя теряющий управление корабль. Если не знать, что за стенкой — станция, полное ощущение, что они терпят бедствие.

— Так, парни, собрались. Работаем.

Максим первым, как и положено бригадиру, включился в работу, распределяя задания.

— А ты, — взгляд в сторону Софи, — просто постой в сторонке.

— Не получится, — мрачно ответила девушка, — нам не засчитают работу, если я просто постою.

— Черт с тобой! — махнул рукой парень.

Договорились быстро — надо было заменить пару труб. Да и сложно было ошибиться — пробоину подсвечивали снопы искр. На самом деле починка подобной системы была заданием третьего курса, сейчас их проверяли на слаженность и умение работать в экстремальных условиях.

— Нужна сто двадцатка! — донеслось с правого края пробоя.

— Сейчас! — Софи спрыгнула с помоста и понеслась к углу, где еще раньше приметила сваленные в кучу — чтоб курсантам жизнь медом не казалась — коробки с запчастями. Нужную — не зря она изучала маркировки — нашла быстро. Вытянула, вытряхнула трубки, начала свинчивать, но парни отобрали.

Трое вырезали поврежденную часть, ловко орудуя лазерными резаками, остальные начали прилаживать замену. В зале, заглушая вой сирены, стояла рабочая обстановка. Кто-то ругался, кто-то требовал инструменты, жужжала сварка, щелкали пневматические кусачки, шипели резаки.

— Время! — подгонял всех Макс. — Монтируем.

Труба была длинной, поврежденный участок большой — мастер хорошо рассчитал, всем досталось, где подержать.

Софи оказалась на левом краю, парень, стоявший там, неожиданно подвинулся, а потом и вовсе ушел за каким-то инструментом. Так что ей ничего не оставалось, как вставить трубу в соединитель и держать, пока прикручивали правый фланг. Фиксировать одновременно не получалось — гибкую трубу и так вело от остаточного давления, она просто не встала бы плотно везде, если начать прикручивать оба конца разом. Это называлось менять «на живую», встраивая в действующую систему. Опасная вещь. Мастер точно сошел с ума, устроив им подобный тест.

Воздух в зале стал липким, тяжелым, и девушка прокляла наставника, решившего повысить ставки и добавить достоверности. Воздух в зале потихоньку откачивали, точно они и вправду теряли кислород.

Она постаралась дышать реже, экономя то, что осталось. Парни рядом работали в мокрых спецовках, да и у нее пот тек по спине.

Труба вдруг запрыгала в руках, точно живая, в лицо ударила струя пара.

— Прорыв системы охлаждения! — раздался истошный вопль.

— Всем держать! — заорал Макс. — Не дадим кислород — подохнем.

Не подохнем, конечно, — Софи вцепилась в извивающийся, точно змея, гибкий шланг, — но баллов никто не получит, еще и вычтут.

Она плюнула на правила, зубами стянула одну перчатку, вторую. В полумраке авось мастер не заметит, что она нарушила технику безопасности.

Пальцы сжались на гладкой поверхности, и Софи сразу почувствовала себя уверенней.

— Пошло давление!

Новая напасть. Труба под пальцами начала ощутимо нагреваться.

— Серый переключай на резерв. Надо снизить температуру. Парни, держим. Чуть-чуть осталось!

Софи сцепила зубы. Кожу пекло, пальцы ныли от напряжения, воздуха категорически не хватало, кружилась голова, в легких горело.

— Все, мы близко! Отпускай, я перехвачу, — прозвучало властное над ухом.

Софи вздрогнула и попыталась разжать сведенные от напряжения пальцы.

— Не могу, — просипела она.

Макс придвинулся, заглянул через плечо.

— Твою же… Черт. Не дергайся.

На ее ладони сверху легли широкие, мужские. Надавили, заставляя разжать пальцы.

— Федор, какого ты оставил ей самый сложный участок? Жить надоело?

За спиной что-то невнятно пробурчали.

— Сильно обожгла? — уточнил Макс.

Софи пожала плечами. Во рту было так сухо, что слова застревали в горле.

— Я тебе вечером мазь принесу