Дорога за горизонт - Александр Вячеславович Башибузук

Микки больна. Серьезно больна. Я не психиатр, но, скорее всего, у нее жесточайший маниакально-депрессивный психоз. Причем не врожденный, а приобретенный. Что его вызвало, я не знаю, хотя мы с ней вместе уже довольно долго. Микки очень мало говорит, а если говорит, то только о себе в третьем лице. В помещении с людьми она почему-то сразу забивается в угол. Она не умеет испытывать положительных эмоций, она ненавидит людей. Единственный человек, с которым она может находиться рядом — это я. И она не может долго находится без меня. Периодически, по ночам Микки мучают жесточайшие кошмары. А еще, она патологически жестока к людям и убивает их без жалости и сомнений. Я подозреваю, есть за что, но, как уже говорил, не знаю почти ничего о ее прошлом.

Вот такой жуткий коктейль.

Но при этом, мы прекрасно дополняем друг друга. Без Микки, мне бы уже давно пришел конец — она мне не раз спасала жизнь. В поле она совершенно неприхотлива, вдобавок Микки очень сильна, быстра и ловка, подозреваю, что раньше она серьезно занималась гимнастикой или чем-то подобным. В рукопашной схватке от нее толку нет, массы не хватает, но девчонка просто виртуозно пользуется любым подручным предметом и не расстается со своей любимой заточкой — куском заточенной тонкой арматуры с обмотанной синей изолентой рукояткой и при каждом удобном случае пускает ее в ход. Что еще? Она дьявольски хитра и коварна, отлично ориентируется в обстановке и каким-то загадочным образом чувствует опасность. И понимает меня с полуслова.

Встретил я ее еще в Германии, избитую до полусмерти девчонку собирались повесить местные ублюдки.

Я никогда не вмешиваюсь в чужие разборки, но тут словно током ударило — вмешался. Кое-как… разрулил ситуацию. Выходил, с тех пор мы вместе.

Как уже говорил, я до сих пор очень мало о ней знаю.

Подозреваю, Микки около шестнадцати-семнадцати лет, она русская немка, то есть, родилась в русской семье в Германии. И у нее когда-то была младшая сестра. Пожалуй, на этом все.

Какие я к ней испытываю чувства? Даже не знаю, как сказать. Уж точно не сексуальные. Женщины в ней я вообще не вижу. Скорее я ее считаю за сестру или друга.

— Ты никогда не бросишь Микки? — всхлипнула во сне девчонка и сильней прижалась ко мне.

— Никогда, — честно ответил я.

Ночь прошла спокойно, правда под утро разбудили два сильных взрыва. Видимо кто-то подорвался на минах, на старом периметре. Я особо не всполошился — потому что ночью шастали только одни твари. А их в округе хватало.

Утро началось стандартно. Микки проснулась уже спокойной, я сделал кофе и бутерброды, мы поели и начали собираться. На сегодня планировались переговоры с заказчиками: хозяева двух ферм просили провести их людей на старый склад удобрений в семидесяти километрах от города. До песца такая просьба прозвучала бы странно, бери да езжай, а сейчас такая поездка в большинстве случаев заканчивается билетом в один конец. Опять же, точное местонахождение склада они не знали, эту информацию подкинул им я, перед этим тщательно разведав путь.

Сборы много времени не заняли. Я застегнул на себе пояс с рацией, Вальтером П-99 и четырьмя запасными магазинами к нему, потом накинул куртку и забросил за спину рюкзак. В город с оружием нельзя, но я пробил себе и Микки разрешение на пистолеты. Микки вместо пистолета носит обрез, но ее никто никогда не проверяет. Ничего мощней с собой брать не стал: ехать недалеко, по сравнительно спокойному маршруту, автомат или дробовик все равно заставят сдать, а я очень не люблю, когда мое оружие трогают чужие руки.

— Готова?

— Микки готова, — тихо ответила девушка, уставившись невидящим взглядом в стену.

Выход из берлоги сопровождался теми же предосторожностями, что и вход. Затем я поднялся на крышу и внимательно осмотрел окрестности, а только потом вывел на улицу электробайк. Микки страховала со своим обрезом рядом. Ей ничего не надо приказывать, она сама каким-то удивительным образом знает, что делать.

Я перевесил рюкзак на грудь и сел за руль.

Эту машинку я нашел год назад, в одном из разрушенных магазинов на окраине Пскова, с тех пор не слезаю с нее. Не скоростной аппарат, но полного заряда хватает на полторы сотни километров, отлично идет по бездорожью, заряжается быстро. Зарядка, конечно, выходит в копеечку, но дешевле чем гонять на бензиновом мотоцикле. С бензином и солярой большие проблемы, караваны ходят редко, поэтому топливо на вес золота. В рейды на ней, понятное дело, я не езжу, а мотаться по окрестностям самое-то.

Тихо зажужжал электродвигатель.

— Поехали.

Микки устроилась позади и крепко меня обняла.

Я по привычке прогнал в голове маршрут, хотя уже мог проехать по нему с закрытыми глазами.

И в этот момент, неожиданно ожила рация.

— Внимание, всем патрулям… — захрипел взволнованный голос. — Воздушная разведка выявила скопление заряженных в квадратах семь-один и девять-два. Общая численность до сотни единиц. Внимание, направление движения северо-запад…

— Твою мать! — в сердцах выругался я. — Прошляпили уроды…

Вояки мониторили обстановку по периметру вокруг города дронами, но, видимо, каким-то образом пропустили тварей. Один из квадратов находился прямо по маршруту, а второй позади. Блин. Откуда их столько? Последнее время стаи даже в пару десятков особей редко попадались, а тут «до сотни».

Начал корректировать маршрут и почти сразу же услышал топот и хруст битого камня позади. Уходить в убежище уже было поздно.

Я еще раз ругнулся и поддал газа. Из-под колес с визгом полетела каменная крошка, мотор взвыл, байк дернулся и рванул с места.

Через пару десятков метров из развалин справа неожиданно вывалились два человека: худющий, босой и голый по пояс пожилой мужик с седой, развевающейся бородой и молодая девушка в остатках кожаной куртки и черных от грязи джинсах. Их можно было принять за обыкновенных бомжей, если бы не выпученные как у лягушек, налитые кровью глаза и не сильно отечное лицо…