Дорога за горизонт - Александр Вячеславович Башибузук

же скривилась от боли, зашипев ничуть не хуже убитой твари. — Болит просто зверски.

— Ну еще бы! Чтобы эдаким калибром, да по-ковбойски, от пояса только Лара Крофт без последствий умеет.

— Спасибо, блин, утешил.

— Перелома нет, вывиха тоже, — я пожал плечами. — Намажь гелем погуще и замотай эластичным бинтом. Ну и давай во вторую линию. Минимум до вечера ты не боец, а так, пол-человека.

— В нос дать я и с левой могу.

— Лучше покури пока, — посоветовал я, скидывая на дорогу рюкзак. — А я схожу, первую проконтролирую.

— Издеваешься?

— Нет. Верхний клапан рюкзака проверь.

Первая тварь в тепляк выглядела начавшей остывать и, следовательно, вполне дохлой. Но я на всякий случай добавил ей еще одно вентиляционное отверстие в башке — очень уж мне не понравилась живучесть второй. И вообще вся эта гнусная ситуация. Как-то уж слишком похоже на скоординированную засаду.

Когда вернулся на дорогу, Юлька уже успела перемотать запястье и сидела на обочине, жадно глотая дым «честертона».

— Скотина ты все-таки, Карл. Знал же, что бросать пытаюсь.

— Ага. В двадцатый раз. Стресс тебе лучше перекурить, а у нас вся работа, один сплошной стресс.

— Все равно брошу! — пообещала Юлька, затоптав окурок. — Вредная же привычка.

— Вредная, — согласно кивнул я, подхватывая лямку «бергена». — целых шестнадцать процентов, что не доживешь до семидесяти лет из-за рака легких. Так что если собираешься жить до семидесяти…

— Тут не знаешь, как до конца недели дожить. И вообще… слышь, а сам-то ты чего не куришь?

— Я пассивный курильщик. В смысле, мне твоего дыма достаточно.

— Сказала бы я, кто ты пассивный…

— А это ночь покажет. Давай, топай, нам еще километра три осталось, надо до темноты успеть.

На самом деле вышло чуть больше — я забыл, что дорога делает изгиб вокруг озера. Но в час мы уложились, даже со всеми предосторожностями. Теперь осталось понять, насколько вся эта экспедиция была оправдана.

И в тепляк, и в бинокль хутор Юхана выглядел одинаково нежилым. Да и вблизи — тоже. Перед собачьей будкой ржаво змеилась цепь… без ошейника, что характерно, ад и косточек поблизости не видно. Дверь в гараж была заперта, но щелей в дощатой конструкции вполне хватало, чтобы заглянуть внутрь и убедиться в отсутствии машины. Точнее, синяя пластиковая «электрика» под навесом стояла, а вот любимицы хозяина, «вольво-универсал» 960-й серии как раз не было. При том, что в последние годы кататься на ней он мог разве что до берега и обратно — чертовые экологические нормы ЕС не только столицу, но и мелкие городки для старых машин с ДВС закрыли наглухо.

Ну а потом случилось то, что случилось и Юхан отцепил пса — или взял с собой — и поехал куда-то.Уже точно зная, что никакие нормы и законы больше не действуют, а есть лишь обезумевшая от ужаса толпа — и твари. Дети у него жили в Хельсинки, в хорошем спальном районе, как он сам говорил. Ни к ним добраться, ни выбраться им, когда началось… Это хутор в такой глуши, что, не зная и не очень-то найдешь. А вот если знать, то всего двадцать минут от Е18. Ну или от берега, как мы сейчас.

— В дом как попадем? — нетерпеливо спросила Юлька. — Окно бить неохота, задувать ночью будет.

— Никак.

— В смысле «никак»?

— Нам в дом и не надо, — пояснил я. — Пусть стоит как стоял.

Возможно, в доме тоже имеется что-то интересное. Даже практически наверняка. Но жадность — плохое чувство. Если я прав хотя бы на треть, у нас и так главной проблемой будет «как весь хабар уволочь⁈»

Нужный сарайчик с виду был еще более неказистый, чем гараж. Так, хибара из отходов лесопилки, каждая доска кривее предыдущей. Замок, правда, здоровый — тоже раритет, как и «вольво», но не прошлого столетия, а позапрошлого. Зато дверь так и просится врезать по ней ногой, если не боишься, что ступня в фанере застрянет.

— Ну-у-у?

— Помоги лучше рюкзак разобрать, — попросил я. — «Макита» на самом дне.

В отличие от известного анекдота, в моих руках японская пила свою репутацию не посрамила — даже наткнувшись на скрытый между досками стальной прут арматуры. Две минуты и в стене дыра, в которую вполне можно протиснуться боком. Главное, ничего не задеть, пока фонарик не включен, а то… ай да Юхан, ай да сукин сын!

Я-то ждал чего-то банального — дробовика или мины направленного действия. Но старый финский сапер приспособил в качестве «охранного заклинания» небольшую чугунную пушку. Еще один раритет… или реквизит киношный, такая пушкенция отлично встала бы на пиратскую шхуну. Небось еще и заряжена не картечью, а всяким барахлом типа ржавых гвоздей. Зато вся остальная часть ловушки вполне современная. Три тонкие, почти невидимые нити на разной высоте поперек дверного проема, а еще один провод идет откуда-то из-под косяка — зуб даю, там еще и нажимное действие имеется.

Как эту бодягу можно безопасно разобрать, спрашивается? Не, я в схемотехнике не совсем тупой, но тягаться с Юханом на его поляне как-то неохота. С этого пня сталось бы и в подрывной контур ловушку встроить, просто из любви к искусству.

— Юль, отойди за хижину.

— Просто сделай, как я сказал. Сейчас.

Я даже выглянул наружу — проверить, что меня поняли правильно. Затем поднял лежащую вдоль стены странную штуку — древко с острием и каким-то крюком, похоже на багор, но вполне может оказаться и алебардой хренадцатого века и охрененной же исторической ценности. Примерился и махнул, постаравшись зацепить сразу несколько натянутых перед входом проволочек.

И уже опуская алебарду, сообразил, в чем именно крупно налажал. Но поздно, инерция у этой штуки такая, что я чуть дверь изнутри не разрубил. А в следующий миг — жахнуло!

Белый и Микки

Кто есть