Охотник на богов - Анна Кондакова

его потянуло в мою сторону. Птица неистово задёргалась, пытаясь вырваться, но её неумолимо приближало к луку.

— Ты что твори-и-и-и-и-ишь⁈ — завопил парень. — Пытаешься захватить бога?!! Сдуре-е-е-е-е-ел⁇ Ты его не удержишь!!!

Он замер, ухватившись за рычаги.

Кажется, от истошного вопля у него сел голос. Он просипел что-то невнятное, таращась на небо. Самой птицы он не видел, в отличие от меня, но тут и дураку было понятно, что эта гигантская тварь вот-вот рухнет точно на нашу лодку.

Ну а я держал лук всё крепче, потому что тот дрожал, раскалялся в моей руке и постепенно выскальзывал из вспотевшей ладони. Пришлось задействовать вторую руку и отцепиться от сиденья.

— А-х-х-х-ч-ч-ч-ч-ч-ч… — От натуги я выдал что-то нечленораздельное, стиснул зубы и упёрся ногами в борт.

От силы рвущейся птицы меня потащило с лодки и резко дёрнуло вверх, но лук я всё равно не отпустил. Интуитивно я понимал, что если отпущу — то сразу стану немного мёртвым.

— Тайде-е-е-ер! — в ужасе заорал мой напарник. — Не отпускай!!!

Он бросил рычаги и кинулся с кормы в мою сторону, ухватил меня за ноги и вцепился клещом. Если бы не он, я бы точно улетел в небо!

— Тащи вни-и-и-и-из! — заорал я во всю глотку.

И он потянул изо всех сил.

Птица тем временем рвалась вверх.

Ах ты ж, мать вашу, меня будто пытались разорвать! Укушенную ногу охватила такая боль, что я взвыл, опять провопив не понять что:

— А-а-а-м-м-м-в-в-в-в-а-а-а-а-а-в-в-в!

— Я бы на твоём месте не верещал, а помолился во имя моё… ну и не отпускал бы до последнего, — снова, как бы невзначай, сказали в голове.

Ястреб сделал ещё один рывок и замер на пару секунд. Натяжение луча ослабилось. Этого мне хватило, чтобы рухнуть в лодку, прямо на моего напарника. Я тут же вцепился одной рукой в борт, а второй ещё крепче сжал лук, хотя казалось, что крепче уже невозможно.

Луч-петля сильнее стянул птицу, а та дёрнулась ещё раз и стала уменьшаться на моих глазах. Ястреб пронзительно закричал, его попытки вырваться из ловушки теперь не могли стащить меня с места. Он метался в стороны, но его всё быстрее притягивало к луку и уменьшало в размерах.

Крик утихал.

Луч увеличивал мощь и силу.

А ястреб, наоборот, слабел.

И вот настал момент, когда его стянуло до размера голубя, он потерял облик птицы и превратился в аморфное облако золотой энергии. Свет синего гибкого луча окутал его полностью, а потом окончательно притянул к луку.

На моём пальце сам собой раскрылся камень перстня, а затем всю энергию птицы засосало внутрь него. И как только это произошло, лук в моей руке перестал светиться, тетива снова исчезла. Жемчужина на кольце испустила струйку золотистого дымка, и череп на перстне зажал её в челюстях, будто проглотил.

Я не удержался и завалился обратно на тюки, плюхнулся на спину и нехило приложился затылком о сиденье, аж в глазах заслезилось.

В этот момент гребной винт глухо провернулся, потом ещё и ещё раз. Лодку толкнуло вперёд.

Мой ошарашенный напарник уставился сначала на золотой лук, потом — на мой накопитель, будто не веря глазам, и только бульканье гребного винта выдернуло его из ступора. Парень быстро отпихнул меня от себя, перевалился на бок, отчаянно вытянув руку, и ухватился за румпель.

— Е-е-е-есть! — Он вывернул ручку до предела.

От его паники и шока не осталось и следа. Не отпуская румпеля, он уселся на корму и уверенно повёл лодку вперёд. Ковчег поднял нос и заскользил по волнам на бешеной скорости.

Мы снова неслись по озеру.

Винт рокотал позади, брызги отлетали от бортов, десятки гор с храмами проносились мимо за секунды, а впереди маячил густой белый туман. Мы мчались прямо на него.

— Граница бли-и-изко!! — радостно заорал напарник. — Там Бра-а-ана!!

Теперь за нами больше никто не гнался, зато горы вокруг задрожали, озеро забурлило, воздух раскалился, и в нём зашептали тысячи голосов, вода почернела.

Храмы на вершинах накрыли тени.

— Мать твою, Тайдер!!! — Радость в голосе моего напарника сменилась жуткой паникой. — Хозяева гнёзд вернулись!!! Все вместе! Ты привлёк их внимание своими выкрутасами!!

В тёмной воде открылись глаза, десятки глаз — маленькие, большие, звериные и даже человеческие. Среди волн показались головы монстров, похожих на собачьи, жабьи, крокодильи. По корпусу лодки скребанули когти.

— Охранные идолы-ы-ы-ы-ы… — простонал парень.

Это было жутко, но ещё хуже стало, когда на наших глазах белый туман границы превратился в жёлтый, а потом на его месте прямо из воды начала расти кирпичная стена. Очень похожая на ту, что я уже видел на горе.

— Мы трупы-ы-ы-ы! — заголосил белобрысый. — Они закрывают границу!! Они нас сожру-у-ут!!

Я вцепился в борта лодки и проорал:

— Давай правее!

Надо отдать должное — пацан сориентировался молниеносно. С таким точно в разведку можно ходить. Он сразу понял, что я намекаю на пологую травянистую кочку, торчащую из воды близ границы.

Ковчег взял вправо и помчался точно на эту кочку. Парень сощурился, пригнулся и крепче ухватил румпель.

— А теперь держись!

Я и так держался, как мог. Пальцы уже ныли от той хватки, что я цеплялся за борта. Гарпун болтался в креплении портупеи за спиной, а золотой лук снова хранился между тюков. Выбирая, за что хвататься — за стальные борта или за золотой лук — я выбрал борта. Если разобьёмся, тогда и лук будет ни к чему, будь он хоть дважды золотой.

Напарник приподнял нос ковчега ещё выше, будто ставил коня на дыбы, а потом на чудовищной скорости налетел на пологий склон кочки. Нас подняло над водой. Посудина загудела в воздухе и перелетела через жёлтый забор.

Господи… вот это полёт!

— Спасибо, что выбрали наши авиалинии. И счастливого полёта! — насмешливо пронеслось в голове.

Нас можно было бы назвать везунчиками, если бы не высота границы.

Сначала лодка процарапала килем верхний край забора, а потом в дело вступил винт. Раздался смачный хруст — лопасти винта переломились, и покорёженная лодка, перевернувшись прямо на заборе, рухнула в воду уже с другой стороны границы. Вверх дном, конечно.

Падая вниз, я успел схватить лук, а вот уйти от удара не успел.

Меня накрыло корпусом лодки, сильно приложив по голове злосчастным сиденьем. Тюки рухнули сверху, волна толкнула моё тело в борт. Снова был удар, на этот раз плечом, потом — спиной. Её обо что-то резануло.

Мутная вода окрасилась в красный.

Почти полностью потеряв ориентир от удара головой и болевого шока, я всё равно сделал мощный рывок в сторону и выбрался из-под тонущей лодки. Повезло, что плавал я неплохо, а кто-то в бассейне даже говорил, что «блестяще» — в воде моя больная нога не была для меня обузой.

Вынырнув, я закашлялся.

Через пелену в глазах разглядел жёлтый кирпичный забор, торчащий из мутной воды. На волнах болтались тюки и мой зелёный рюкзак с пиццей. А вот переломанный винт так и остался висеть на заборе, как памятник нашей отваге (или слабоумию — тут ещё предстояло разобраться).

Лодка почти полностью ушла под воду, но моего напарника нигде не было.

— Э-э-эй! — позвал я, что было сил, надсадно закашлялся и уже собрался опять нырять, чтобы найти пацана, но тут сбоку услышал шум.

Ко мне мчалась ещё одна лодка — такой же треугольный ковчег с винтом. Им управляла худая русоволосая девушка, на вид явно старше меня и моего напарника.

Моё новое зрение сразу заметило вокруг девушки фиолетовый туман — тот безотрывно тянулся следом за хозяйкой и слегка касался её плеч, будто плащ.

Заглушив мотор, девушка бросилась к борту, чтобы помочь мне подняться.

— Тайдер! Давай сюда! Быстрее!.. Я найду Криса сама! — Она в панике закричала, оглядывая воду вокруг: — Кри-и-и-ис! Кристоба-а-а-ль!

Похоже, это была та самая Брана.

Только сейчас я заметил, что по всей линии правой скулы от подбородка и почти до уха у неё тянется шрам, будто оставленный чьей-то трёхпалой раскалённой ладонью.

— Держись, Тайдер! Давай! — Она протянула мне руку. — Хватайся быстрее! Ты же не умеешь пла-а-вать! Я усилю магический фон, и мы найдём Криса!

Вместо того, чтобы ухватиться за её ладонь и найти спасение в лодке, я сунул девушке в руку только лук, а сам сразу же нырнул и мощными рывками поплыл под водой за тонущей лодкой.

Та уже благополучно шла ко дну.

Я прибавил скорости, вглядываясь в силуэты в мутной воде. Возможно, тот самый Кристобаль остался в лодке и потерял сознание, или зацепился за что-то. Оставлять его там я не собирался.

— Тот слабоумный капитан