Черная Луна - Александр Изотов

Я едва не выругался, вспомнив про двух предков в роду Громовых, кому посчастливилось поймать в голову пришельцев. Один был классным и зачётным Иным, ну прям как я — навёл в семье порядок, здорово возвысив род, и надолго заложил фундамент для благополучия.

А вот второй оказался Одержимым и всё похерил, поубивав много сильных магов в одном поколении, чем серьёзно надорвал лунную жилку в крови Громовых.

И если про второго убийцу все в округе знали и помнили, то вот первый далёкий предок был секретом семьи Громовых. Ведь если по закону, то Иных сразу же надо сдавать Стражам Душ — не должны всякие пришельцы шататься по Красногории. И не важно, хороший это Иной или плохой.

Только тут до меня дошли слова Фёдора «у меня не одна тайна». Получалось, на допросе ему приходилось выбирать, что скрывать.

— А ты умеешь закрывать разум? — спросил я.

Тот кивнул:

— Ну-у-у, дед показывал, это у нас с детства учат, тайны рода защищать. Но там не то, чтобы закрывать башку, там скорее прячешь секрет. Причём на самом виду, оракул прекрасненько его видит…

Я едва сдержал себя, чтоб сразу же не начать расспрашивать, что это за техника такая. Потом, всё потом…

— Так, говори, что в Маловратске было, как я исчез?

— Что-что... Хреновастенько было, вот что!

— Фёдор, давай без нытья.

— Да ну чего говорить-то? Этот Плетнёв наш род из-под всех лун решил сжить…

К счастью, Фёдор, хоть и говорил скомканно, но умел быть кратким.

С его слов я понял, что Плетнёв-старший после гибели сына словно с катушек съехал. При этом он не мог напрямую обвинить Громова в том, что тот помогал. Всё-таки, по всем показаниям свидетелей, Фёдор пострадал при попытках меня остановить — я тогда хорошо его приложил.

Но, видимо, друзья Николая Плетнёва рассказали Плетнёву-старшему всё, что надо. И тот был прекрасно осведомлён, что из всех в академии именно мой Василий Ветров, который оказался ещё и Вепревым, в последнее время чаще всего общался с Громовым и…

— А что с Еленой Перовской? — сразу спросил я, чувствуя волнение Василия в глубине души. Ха, а дрищ-то свою любовь не забыл, толчковый пёс.

— Непонятненько всё.

— В смысле?

— Я не знаю. Исчезла она, хотя её тоже Стражи и увели.

— Да твою ж псину, — я выругался, чувствуя, как внутри закипает злость.

Ясное дело, Плетнёв ничего не мог сделать мне даже тогда, ведь он наверняка знал, что я связан с Вепревыми. Если бы пижон узнал, что я ещё и царской крови, наверняка б отложил нижние чакры в Пробоину…

Меня достать он не мог, но я прекрасно знал, что делают такие мерзкие и мстительные люди в таких ситуациях. Они мстят тем, кого могут достать.

У меня заскрипели зубы до гудения в висках. Убью! Сотру их всех с лица земли!

Я тут же остановился, чувствуя, как злость Василия смешивается с моей, и что из-за этого сложно контролировать себя.

Захотелось прямо сейчас найти сраного Плетнёва и свернуть ему холёную пижонскую рожу в сторону Пробоины. Можно ещё нижнюю чакру на верхнюю натянуть, чтобы он открыл в себе способности видеть своё будущее через задницу.

Так, Тим, спокойно… Ме-е-е-едленный выдох, и настраиваем уровень гормонов. Вася, я тебе сказал, я разберусь.

— Магистр Плетнёв, он же этот, советник царский, — Фёдор развёл руками.

— Из Большого Круга только…

— Ну, знаешь, для нашего маленького Маловратска этого вполне достаточно. Он использовал свои связи, чтоб по нам ударить, — вздохнул Громов, — Оно ясно, за нас и Гранный заступился, и комендант. Были написаны и бумаги, и жалобы…

Дед поехал в столицу, просить царского заступничества, и в соседние края, к Вепревым и к Славиным. Он использовал все свои связи с Великими Лунными Родами, чтобы минимизировать потери.

Я хотел было съязвить, что Вепревы — не Великий Лунный Род, а лишь тень Борзовых, но кого это сегодня волновало?

Громовым пришлось продать горный рудник на заснувшем Вертуне, потому что из-за проверок и диверсий они стали терпеть убытки. Фёдора пару раз хватали Стражи Душ, именно на их допросах ему и повредили энергоконтуры, причём так сильно, что об успехах в учёбе можно было уже не мечтать.

Деду пришлось собрать всю свою волю в кулак… Точнее, собрать все деньги, вырученные с продажи рудника, и использовать последние ресурсы в связях, чтобы отправить внука в столицу и пристроить в Царскую Гвардию.

— Дед дал мне денег, чтоб я типа тут подлечился, но столичные духоправы оказались не лучше маловратских, — закончил Фёдор, — И скоро бы турнули меня отсюда. Ясненько?

— Куда уж яснее…

— А Перовскую Гранный не смог вытащить от Стражей, влияния не хватило, а за неё никто не заступился. Имение Перовских же сожгли, и род практически уничтожили, ты слышал?

— Ну, вроде как… — кивнул я, решив не добавлять, что лично присутствовал при этом.

— Там непонятненько всё было, заговорили об измене лунной крови. Вепревы замешаны, Славины, а против них кто попрёт? Гранный ничего не смог сделать, рисковать академией не стал.

— Вообще неизвестно, что ли, куда её дели?

Я с содроганием подумал, что Елена может, как её родственник, Альберт Перовский, провести десятки лет в темнице с ободком из тхэлуса на голове. Да вашу псину, раки грёбанные, она вообще тут при чём?

Моя мысль отозвалась эхом в унисон с дикой яростью Василия глубоко в душе…

— Говорят, ей чернолунники заинтересовались, и её могли к ним увезти, — прошептал Фёдор, оглянувшись на часовню, которая осталась далеко позади, — Но это слухи.

Я вздохнул. Эти явно не лучше Стражей Душ.

И тут мне вспомнился тот чернолунник-оракул, в которого я вселился в храме Первого Полнолуния. Он прекрасно слышал духов, а Елена страдала таким же талантом.

Обычно способность слышать духов и разговаривать с ними в среде оракулов и магов считалась едва ли не шарлатанством. Сейчас мне казалось, что такое мнение поддерживалось искусственно… Вот и Елену прибрали к рукам.

А заступиться за неё было некому. Я сам видел, как разрушалось имение Перовских под артиллерийским огнём.

— А ещё какие слухи?

— Ну-у-у…

— Фёдор!

— Да я откуда знаю. Ну, говорили, что её могли в монастырь к этим, как их…

Я просипел едва разборчиво:

— К Избранницам?

— Точненько.

Остановившись, я долго смотрел