Альтамира. Играть вопреки - Галина Васильевна Герасимова

знала, мог сказать такое. Какие к черту отношения, он нужен был мне как друг!

– Не ожидала от тебя такого, – пробормотала я, опустив голову, и торопливо встала. Чувствовала себя полной дурочкой, которая повелась на доброе отношение. Что же, мне дали хороший щелчок по носу. Игра игрой, а в реале никому нельзя доверять!

Я прикусила губу, надеясь, что боль не позволит разреветься. Развернулась – и уткнулась в пиджак подошедшего Максима Альбертовича.

– Алёшина, на две минуты в деканат, – он подтолкнул меня к дверям соседнего кабинета.

Я не сопротивлялась. Не знаю, что он собирался сказать, может, поругать за устроенную сцену, но спорить не было сил.

В кабинете, к моему удивлению, никого не оказалось. Зато меня неожиданно обняли и тут же отстранили. Впрочем, руки преподавателя оставались на моих предплечьях, он держал меня бережно, но крепко, соблюдая дистанцию.

– Лена, ты как? Почему не подошла ко мне?

Максим Альбертович назвал меня по имени. И куда делось равнодушие из его голоса? Я уставилась на нашего физика, пытаясь понять, что происходит.

– Я не понимаю, – жалобно произнесла я вслух, окончательно растерявшись. Макс Орлов оказался не таким, как я себе представляла – он был совершенно чужим для меня человеком. А Максим Альбертович вёл себя странно, как будто обо всём догадывался и давным-давно меня знал.

– Эй, не хмурься! Я, конечно, понимаю, что у тебя привычка с Альтамиры выработалась, но в реале ты всё-таки не страшный угрюмый орк, – Максим Альбертович коснулся пальцем моего лба, словно пытался разгладить морщины, и шестеренки наконец встали на своё место. Стало понятно, почему Макс так хорошо знал физику, почему Димка удивился, что я восприняла новость о личности напарника совершенно спокойно, и почему я не встретила его в центре.

Что ему там делать, если у Макса была игровая капсула дома?..

Я ошиблась. Тем, с кем я должна была встретиться у «грибов», тем с кем играла всё это время, был не студент Макс Орлов, а мой преподаватель, Максим Альбертович!

***

Слова застряли в горле. Так бывает – вроде хочешь много сказать, а дыхание перехватывает, и вместо слов вылетают нечленораздельные звуки. Вот и сейчас я глотала воздух, как выброшенная на берег рыба, и пыталась сказать хоть что-нибудь, чтобы ситуация стала менее неловкой.

– Черт, забыл, сейчас декан с педсовета вернется! – Максим Альбертович посмотрел на висящие на стене часы. – Может, поговорим в другом месте?

– Где?

Ответа я не услышала. Дверь скрипнула, впуская в кабинет декана и нескольких преподавателей, что-то увлеченно обсуждающих между собой. Всё что я успела, это вытащить из рюкзака первую попавшуюся тетрадь.

– Спасибо, что объяснили, теперь понятно стало, – я наугад открыла страницу и ткнула пальцем в первую попавшуюся строчку.

Преподаватели, сначала покосившиеся с неодобрением, моментально успокоились, а декан даже улыбнулся.

– Помогаешь подрастающему поколению? – добродушно уточнил он у Максима Альбертовича.

– Вроде того, – кивнул физик. – Мы не будем вам мешать. Алешина, у тебя ведь еще остались вопросы?

Я торопливо закивала.

– Какая аудитория сейчас свободна? – Максим Альбертович повернулся к коллегам.

– Держи ключи от сто седьмого. Долго не сидите, если последний автобус уйдет, в город не доберетесь, – декан кинул ему ключ, и Максим Альбертович жестом позвал меня за собой.

Только оказавшись в коридоре, я позволила себе выдохнуть и поймала задорную улыбку преподавателя.

– Идем, подрастающее поколение, – смерил он меня чуть насмешливым взглядом и неожиданно потрепал мою макушку.

Я обернулась – слава богу, в коридоре никого не было. И тут же покраснела, потому что это дружеское прикосновение было приятно!

– А ты молодец, с тетрадкой быстро сообразила, – в аудитории Максим Альбертович сначала привычно пошел к преподавательскому столу и только на последних шагах развернулся и отправился к парте.

– Как-то само получилось, – пискнула я в ответ, но хоть голос прорезался.

Физик, однако, заметил, что что-то не так, и поинтересовался:

– Ты меня боишься?

Я неопределенно пожала плечами, прислушиваясь к собственным ощущениям. Нет, не боялась. Волновалась, не зная, как общаться с таким взрослым человеком, пыталась понять, что теперь изменится, и смогу ли я оставаться такой же беззаботной рядом с Максом, как раньше. Но точно не боялась.

– А я тебя боюсь.

Его слова заставили меня оторваться от самокопания. Максим Альбертович уселся на парту, почти доставая ногами до пола. Видеть преподавателя в такой вольготной позе было странно.

– Почему? – вырвалось непроизвольно.

– Потому что ты можешь решить, что я старый зануда, с которым не стоит общаться, – с грустным видом ответил он.

– Вы?!

– Вот, уже на «вы» ко мне обращаешься. Это начало конца!

Я фыркнула. Не могла понять, шутит он или нет.

– Но вы же мой преподаватель. Как мне еще обращаться? – я старалась сдерживать улыбку.

– А как ты общаешься со мной в Альтамире? – он спрыгнул с парты и подошел ко мне. – Меня вообще-то Максом зовут, – он подал мне руку.

– Лена, – пожала машинально и только после поняла, что он повторил сцену нашего знакомства. Робко улыбнулась. Наши пальцы всё ещё соприкасались, и Макс неожиданно переплел их, не позволяя мне отойти.

– Прости, но в реале натаскать на мобах не смогу. А вот с учебой помочь – запросто, – он подмигнул, и улыбка, уже настоящая, расплылась и на моих губах.

И правда, чего я переживала? Ничего не изменилось. Макс оставался тем же, просто я в упор не замечала, что он всё время был рядом.

– Спасибо, – я боролась с желанием обнять его – это было так здорово, встретить его настоящего, что мне сложно было сдерживать свои чувства. Но если бы я обняла его, то сгорела бы со стыда.

– Пойдем домой вместе? – предложил он, и я едва не согласилась. Вовремя вспомнила, что меня ждет Мелкая, и качнула головой.

– Мне надо к сестре.

– Я тебя провожу и подожду там. Ты ведь вряд ли надолго? Не хочу, чтобы ты добиралась одна так поздно, уже темно.

– Погоди, так ты меня не