Мы – Гордые часть 8 - Тимур Машуков

не так легко попасть, Ваше Высочество! — раздался томный женский голос от парадных дверей.

Он мне показался слегка раздражённым, но кто же обращает внимание на такую мелочь в столь прекрасное субботнее утро?

— Никогда не испытывал с этим трудностей, — с улыбкой отозвался я, жестом приглашая гостью присаживаться. — Когда я себе нужен, я всегда на месте.

— Какой же вы у себя молодец! — похвалила дамочка, подходя ближе.

— Не отрицаю.

Чаёвничать с начальницей разведки группы «Синий бархат», отвечающей за все слухи и сплетни, я собрался в библиотеке. Именно от них я зачастую узнавал то, что проходило мимо Тайного приказа. Слаженностью работы шпионов Ангелины, ставшей моей наложницей, я мог только восхищаться и иногда кое-чему у них учиться.

Среди старых картин, бордовых гардин и совершенно нелепого громоздкого письменного стола, оббитого зелёным сукном, мне казалось, что я прикасался к тайне. Почему я выбрал именно это место? Старая библиотека — не путать с Новой! — самая дальняя комната во дворце, а потому здесь куда меньше рисков попасться кому-нибудь на глаза.

Специально для нашего чаепития слуги перенесли сюда пару широких кресел на позолоченных резных ножках и десертный столик из того же комплекта. Столешницу занимали блюда со сладкими закусками. Парочка кружек из королевского сервиза стояли по краям. У меня — на золоченном блюдце, у гостьи — на посеребренном.

Дамочка под кодовым именем Нимфа приблизилась вплотную, склонилась в положенном по отношению к царственной особе реверансе и скромно присела на краешек кресла.

Странно. Раньше я за ней подобной скромности не замечал. Скорее, всё обстояло совсем наоборот… Нимфа, пфе… Скорей, Нимфоманка, но об этом потом.

Пока служанка наливала в мою кружку парящий ягодными ароматами чай, я внимательно оглядел гостью. Сегодня она выглядела как-то иначе. Но я сразу не мог понять, в чём отличие… Ах да! И как я сразу не сообразил? Она была одета. Полностью. Наглухо. Узкая юбка-карандаш и закрытое декольте, переходящее в высокий стоячий воротник на пример азиатских одеяний.

Вот так и бывает: не увидел женской груди — не узнал близкую знакомую. Я усмехнулся, вспомнив насколько близко мы с ней однажды «познакомились». Надо бы как-нибудь повторить… Но сейчас она мне пригодится для другого.

— Спасибо, — остановил я Марину, перенимая из ее рук пузатый чайник, — дальше я сам.

Она вздрогнула, безропотно отдала чайник, но какое-то время ещё боролась с желанием сделать всё самостоятельно, как и полагается прислуге цесаревича. Впрочем, одно мгновенье — и она передумала. Склонилась в поклоне, произнеся:

— Как вам будет угодно, Ваше Высочество! — и ушла, оставив нас наедине.

— Да, так мне будет угодно, — сказал я и подмигнул Нимфе. — Кому же не будет угодно поухаживать за столь милой дамой?

— Собираетесь за мной поухаживать?

— А вы бы этого хотели?

— Ах, — наигранно вздохнула она, отводя взгляд. — Что значат желания простой женщины рядом с вами, Ваше Высочество?

Я готов был поспорить, что у неё на щеках появился румянец. Хороша, чертовка! И как актриса — в первую очередь.

Не выдержав, я отставил чайник в сторону и пару раз похлопал.

— Браво! Бис! Оскар этому столику!

— Оскар? — поинтересовалась красотка, хмуря прелестные бровки.

— Оставьте. Это так. Из другой жизни, — путано объяснил я, и личико шпионки, разведчицы, диверсантки и много кого еще, разгладилось, приобретая совсем уж невинный вид.

Сейчас, когда её тело было затянуто в плотную ткань, оставляя глаз голодным, я обратил внимание на то, как же она хороша собой. Точно очерченные алой помадой пухлые губки, острые стрелки в уголках карих глаз, капля румян, подчёркивающая скулы, и забранные в высокую причёску волнистые волосы. Пара прядок спадали вниз, но не рушили образ, а скорее дополняли его. Передо мной сидела провинциалка на выданье. Ещё немного и начнёт проситься замуж. Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить.

— Чем обусловлен выбор вашего сегодняшнего наряда? — спросил я, подавая шпионке чашку чая. — Держите путь в монастырь?

— Только если сразу в мужской, — улыбнувшись, ответила она.

Дамочка взяла чашку из моих рук, наши пальцы соприкоснулись, и я отчётливо ощутил, как девушка вздрогнула. Играет до конца. Похвально. Хотя сейчас мне требовалось получить от неё несколько иную ценность. Точно не тело. Хотя и тело у этой «актрисы» тоже было ничего.

— Рад за всех и каждого монаха в том монастыре, — пошутил я, внимательно наблюдая за реакцией девушки, — но от вас, милая Нимфа, я ожидал чуть большего.

— Большего? — приподняла бровь она.

— Информации.

Та мило улыбнулась и поставила кружку на столик.

— А я думала, вы хотели провести время в приятной компании.

— И это тоже. Приятная компания в наличии, — я указал на неё. — Осталось провести время с пользой.

В комнате раздался задорный смех, а сквозь ресницы в мою сторону устремился проницательный взгляд опытной интриганки.

— Тогда вам следовало звать меня не в библиотеку и не на чаепитие.

— Что же поделать? — я развёл руками. — Вы одна из тех редких женщин, которых я ценю не за смазливую мордашку. Нимфа заметно насупилась, играя обиду напоказ, и мне пришлось исправиться: — Не только за смазливую мордашку.

— Кстати, о смазливых мордашках, — внезапно подхватила шпионка. — А вы слышали, что граф Венский собирается жениться?

Я помотал головой, гадая, на кой-чёрт мне светские сплетни, но шпионка тут же внесла в мои мысли ясность, добавив:

— И невестой его будет не просто высокородная барышня, но внучка самого генерала Голицина, Марфа Петровна Голицина.

Бросив на меня пытливый взгляд, Вирджиния, а именно так ее звали по-настоящему, увидела, что информация достигла своего адресата, и удовлетворённо кивнула.

Да, дорогуша, я прекрасно понял, о чём речь. После заключения брака граф Венский станет приближенным к высокопоставленному генералу, буквально папенькиному первому советнику — генералу Голицину.