Алекс Войд - Дмитрий Ангор

лице выпирало, словно каждая часть жила своей отдельной жизнью. Лоб сильно нависал над бровями, а нос казался как будто убежал и расплылся по лицу, хотя нет, это больше напоминало ошмёток сырой глины, прилипший вместо носа.

Лучше было бы напасть на них сзади и быстро вырубить, но подкрасться со спины у меня не выйдет, так как слишком заметно. Я жестом подозвал Алёшу и указал ему на мужчину в кепке.

— Он твой, — прошептал я ему, и мы разделились.

Я в одиночку мог бы справиться с ними обоими, но таким образом у нас появился шанс остаться незамеченными, если вырубим их одновременно. Алёша набросился со спины и проткнул отвёрткой ногу одного из них. Тот заорал и упал на колени, а мой помощник обхватил его за шею и со всей силы ударил боксёрской перчаткой по голове сверху. Нокаут был обеспечен.

В это время я не стоял без дела, отвлекая внимание второго нападающего, чтобы он не заметил робота. Ударил его по почке костяшками пальцев, и мужчина согнулся, отклонившись назад. Но чтобы он не увидел моего лица, я резко схватил его за шею и повернув, прижал лицом к земле. Затем последовала пара ударов в висок, и перед его глазами засверкали искры.

Глава 18

Глава 18

Пока два гопника были в отключке, мы с Алешей подошли, чтобы осмотреть парня, которого они избивали. У него была рассечена бровь, и кровь лилась из разбитого носа. К тому же, не было ясно, есть ли у него внутреннее кровотечение.

— Черт, ему нужна скорая помощь, — высказался я вслух, но потом осознал, что лучше нам не привлекать внимание, ведь мы собрались угнать мотоцикл.

Избитый начал приходить в себя, и я, словно паникующая курица, бросился к мотоциклу и вытащил оттуда кожаный коврик, чтобы прикрыть им лицо парня.

— Он нас увидит! — едва не закричал я, выполняя эти действия.

— Ты что, с ума сошел? — остановил меня робот. — Он и так едва дышит. Зачем тебе коврик?

Ну не снимать же с себя рубашку! Между тем пострадавший слегка приоткрыл глаза и заметил нас. Он попросил воды, и я, с поникшим видом, нашарил в люльке бутылку минералки и подал ему.

— Подойди сюда, — подозвал я помощника, пока тот чувак жадно пил, опираясь на локоть. — Теперь нам остается только убить его, — прошептал я роботу. — Он нас выдаст!

— Ты серьезно? — изумился робот.

— Конечно, нет, — махнул я руками. — Но что нам теперь делать? Разве ты умеешь стирать память?

— Ну, я могу попробовать провести ему полевую лоботомию отверткой, но скорее всего он станет овощем, — предложил Алеша. — За результат не ручаюсь.

— Ты меня обвиняешь в жестокости, а сам предлагаешь вещи куда хуже, — фыркнул я и схватился за голову.

Пострадавший закрыл бутылку и с трудом завалился на бок. Было очевидно, что ему очень паршиво.

— Можешь идти? — спросил я.

— Едва ли, — тяжело ответил он. — Все болит, — добавил потом, прикрыв глаза.

— За что они так с тобой? — поинтересовался медный тазик, а я нашел пачку чипсов в чёрном пакете, открыл, и тут же набросился на них с голодухи.

— Я украл у них булку хлеба в ларьке, — объяснил пострадавший. — Вместо того, чтобы вызвать полицию они решили меня избить.

— Зато уголовное дело не заведут за кражу, — попытался подбодрить его Алеша.

Действительно! Меня чуть не отправили в лагерь на север за ни за что, а этого парня просто избили. Но это не отменяет факта, что нападавшие — настоящие звери. Из-за булки хлеба так избить человека!

— Почему ты украл хлеб? Не было чего есть? — спросил я, задавая довольно очевидный вопрос.

— Да, — простонал он от боли.

— А почему не работал? — продолжил я.

— Я работал, но зарплату не получал уже два месяца, — объяснил избитый. — Обратился в суд из-за задержки зарплаты, и меня просто уволили, чтоб я не лез со своими претензиями. Директор избавился от меня и дело с концом.Нет человека — нет проблемы!

— Это же беспредел! — возмутился я.

— У меня нет друзей или родственников, у которых можно было бы занять денег, — добавил он.

Как я его понимаю! Кажется, вокруг одни жестокие люди. Куда катится этот мир?

— Тебе нужно в больницу, — задумчиво сказал я. — Мы подвезем тебя до приемного отделения городской больницы.

— Я живу здесь, а не в городе, — возразил пострадавший. — Хотя сейчас это уже не важно.

— Конечно не важно, — быстро ответил я. — Мы все равно не вернемся обратно. У тебя нет другого выбора.

— Почему вы не вернетесь? — спросил он.

— Потому что я убийца в бегах, а он избил конвоиров в местной тюрьме, — пояснил я и заметил его расширившиеся зрачки. — Но не бойся. Я никого не убивал; меня ложно обвинили.

— Понятно, — парень, казалось, успокоился.

Мы с Алешей поместили его в коляску, а я, вытерев руки, которые были жирными от чипсов, надел шлем и завел мотоцикл. Мне еще удалось быстро обыскать карманы владельцев ларька и забрать их кошельки. Затем мы отправились в путь, и на душе у меня было радостно, ведь, несмотря на все трудности жизни, она представлялась мне удивительно интересной. Находясь в сложной ситуации, я помогал другому человеку, который также был в беде. В конце концов, я был доволен, что решил вмешаться, потому что оказывать помощь довольно приятно.

Мы быстро доехали до города по асфальтированной дороге. Дорога оказалась довольно сносной, хоть кое-где и была в заплатках. Город был, видимо, не таким уж и маленьким, так как на окраине сразу показались многоэтажные дома и широкие улицы. Я избегал многолюдных улиц, чтобы не столкнуться с полицией, старался двигаться по узким, и относительно тихим улицам, к ближайшей больнице.

Подъехав к больнице, мы аккуратно пересадили парня на скамейку возле входа. Я заметил, что из дверей больницы, время от времени, выходили на перекур люди в белых халатах, и надеялся, что он сам может позвать на помощь. Входить внутрь вместе с ним я не планировал, чтобы не вызывать подозрений. Когда я собрался вернуться к мотоциклу, больной окликнул меня и спросил:

—