Мера один (СИ) - Изотов Александр

Голоса зверей были уже нетрезвыми, тема про Белую Волчицу получила продолжение, и воины вовсю вспоминали похождения по другим волчицам. И серым, и белым… Вскоре, как обычно, переключились на симпатичных первушек, многие стали хвалиться своими служанками.

Я едва удержался, чтобы не поморщиться. На трезвую у них все по чести, а по пьяни все скатываются в обычную похабщину.

В основном все звери сидели за столом, но немало бродило по залу, сбиваясь в кучки и что-то обсуждая. Как и любой светский раут, этот тоже использовался для встреч и обсуждений, а то и заключений договоров.

Я стоял недалеко за Хаконом, переминаясь с ноги на ногу, когда услышал обрывки разговоров между Серыми Волками.

— Скорпы… Крестьяне…

Я скосил взгляд в ту сторону. Десятник Ульвар разговаривал с каким-то зверем, и, смеясь, показывал на меня, изредка кивая в сторону Хильды. Мне стало обидно, что я не стихийник воздуха, и не могу услышать, о чем говорят.

Тут я вспомнил про тот вечер перед испытанием в Лесу Правды. Фолки дежурил тогда перед моей дверью, и я, прощупывая земным сканером двор, услышал его разговор с Устрицей. Звук отражался от земли, и передавался мне, хоть и немного искажаясь.

А что, если?

Я покрутил взглядом, подмечая, чтобы никто особо за мной не присматривал. Затем прикинул, можно ли до Ульвара протянуть прямой луч сканера. Нельзя было касаться стоп случайного зверя, я не знал, кто тут какой ступени и с каким даром. Мое любопытство могли учуять.

— Собрали… Нули… Первухи…

— Схватил… симпатичная… сочная…

— У меня тоже была… груди вот такие…

— Кабаны… Скорпы…

Я настраивался, пытаясь отсортировать падающий на пол звук. Вокруг моего луча было несколько групп беседующих, и, к моему неудовольствию, большинство болтали о женщинах-волчицах и служанках, сравнивая их достоинства.

Наконец я смог отсеять все лишнее, выделив голоса Ульвара и его собеседника. Звуки шли, будто из трубы.

— Этот первушник — земля и вода, — сказал десятник, — Я отдал его Дикой, чтобы пожалеть девчонку. Ее примала просто зарезали, как жалкого нуля.

— Земля и вода? Крестьянская стихия. На что она надеется на арене?

— Ну, так это же Дикая. Одна злость, мозгов ноль. Ну, еще сиськи, этого не отнять!

Собеседники засмеялись, а я с удивлением обнаружил, что злюсь. Их смех над моей госпожой реально оскорблял меня.

— Говорят, ты завалил-таки Дикую разок?

— Да врут, — Ульвар отмахнулся, и я на миг подумал, как честный малый.

— Неужели и вправду такая недотрога?

— Ну почему? Врут, что разок завалил. Уж и не помню, сколько раз это было. Вот вчера только ночью выгнал ее.

— Ну, и как она?

— Это она только в бою горячая…

На этом моменте я с облегчением понял, что Ульвар просто нагло врет. Потому что вчера ночью Хильда лично штопала мне плечо.

Сам разговор проходил в таком ключе, что моя хозяйка заведомо была в проигрыше. Один нагло врал, второй хотел этому верить. И все довольны. Звери стали обсуждать достоинства фигуры Волчицы, и я перестал слушать. Ничего важного для себя я не услышал.

Обведя глазами ноги зверей, я приметил в дальнем углу мага Грэя, беседующего с незнакомым зверем. Его собеседником оказался один из странных гостей, с оранжевой краской на щеках. Зверь из стаи Пятнистых Рысей.

Я и сам не заметил, как луч моего сканера протянулся практически им под ноги. При этом еще и обогнув по дуге одну мило беседующую парочку — мое умение росло как на дрожжах.

— П..чать… сло…во…

Заволновавшись, я едва не потерял контроль над лучом. Сканер чуть не коснулся ступней Грэя, и я отвел его от греха подальше.

Тут маг сделал какое-то движение рукой, и я понял, что ничего не слышу. Видимо, какая-то глушащая магия, ведь Грэй тоже маг земли, насколько я помню.

Они стояли как раз рядом с каменным возвышением, где в импровизированном пруду плавали в воде рыбки. И я, надеясь на чудо, протянул луч в воду, пытаясь достучаться до стихии воды. Но нет, та особо не желала отвечать, тем более, на таком расстоянии.

Вот Грэй, недовольно скривившись, выплеснул из кубка вино прямо в пруд, махнула хвостом испуганная рыба, и мокрое пятно осталось на каменном краю. Вода потекла вниз. Я на всякий случай провел луч туда… И, о чудо, водяная пленка ответила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Земля в этом месте была заглушена магией, а вот вода оставалась в моей досягаемости. Я попробовал настроиться на звуки, ударяющие в водяную пленку, чуть-чуть растянул ее поближе к ногам беседующих. Только бы не высохла.

— Оракул говорит, кто-то искал «слово» Кабанов, — сказал Грэй, — Я думаю, надо подчищать хвосты.

— К чему ты говоришь это? Я не нарушал договора с тобой!

— Я не про тебя. Кабанов надо убирать. Печать хоть и спрятана, но поросята — это свидетели. Если кто-то задаст Небу правильный вопрос…

— Как ты их уберешь?

— Так же, как и скорпов. Решением совета.

— Альфа скоро примет нас, а потом мы задержимся. Так что на совете рассчитывай на наш голос.

— Я знаю, Гвала. Но мне понадобится помощь твоих воинов.

— Зачем?

— Я догадываюсь, кто может так копать. Но моих полуночников могут узнать.

— Хорошо, я выделю тебе Рысей.

— О, пошли, главный гость уже здесь.

— Ты все-таки сделал это, Грэй, — Пятнистая Рысь засмеялся.

— Сам жду не дождусь, когда увижу лицо Хакона. Надеюсь, Лунный Свет учил скорповых крестьян этикету?

И они отошли от каменного пруда. Я вернулся в обычное состояние, раздумывая над последними словами мага, и не сразу понял, что ко мне подошли два зверя. Одним был Хакон, который великодушно показывал на меня.

— Великий мастер Рагнар, рад представить вам нашего нового примала. Для нас честь, что вы решили присутствовать, — твердым голосом сказал глава Лунного Света.

На второго я благоразумно не поднимал глаз, лишь только рассматривал его ноги. Зверь был обут в дорогие кожаные сапоги, с оборками из серого меха. На поясе у него красовался длинный меч, в гарду которого была инкрустирована пара камней. На рукояти лежала рука, на которую были навешаны браслеты из резных клыков.

Насколько я помню, Рагнар — это и есть Альфа. Шестой коготь. А вот теперь интересно, есть ли какие-то правила этикета? Тем более, это вожак стаи.

Я подметил на заднем плане бледное лицо Хильды, такой взволнованной я Волчицу еще не видел. Она присела на скамью за стол, и во все глаза таращилась на меня. Что-то на приеме явно пошло не так.

Глава 22. Первый шаг

Передо мной стоял шестой коготь Рагнар, Альфа Серых Волков, и я почуял, что есть какие-то правила. От меня явно что-то ждали.

Можно поднимать глаза, или нет? То, что говорить не могу, и так понятно, да тут еще на заднем фоне маячило бледное лицо Хильды.

«Вот же мозги твои нулячьи!» — мысленно послал я ей всю свою любовь, — «Ну, я же тебя спрашивал!»

Сердце гулко забилось, отбивая кровавым набатом в уши. В этот же момент мою шею что-то потянуло вниз, чуть не взрезав кожу. Шнурок просто вдавливался в плоть, будто талисман стал весить тонну, и я упал на колено. Давление сразу ослабло.

Я положил ладонь на пол и, повинуясь какому-то порыву, протянул земляной луч к носкам Хильды. И стал посылать туда волны энергии, флюиды, или как там это назвать? В общем, все свое недовольство я влил в свой луч и бил им в сапог Волчицы.

— Нерасторопная первота у тебя, Хакон… — послышался голос Альфы, но, к счастью, звучал он вполне радушно.

— Так это скорповы же, великий мастер, — Хакон радостно ответил, и в меня влилось немного уверенности, но тут же и прилетело сапогом по колену.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Меня откинуло на пятую точку, я зашипел от боли, но сразу же вскочил и снова встал на колено. Я не издал ни звука.

— Сами знаете, великий мастер…

— О, да, чтоб столько казней было, не припомню. Многие жаловались. И зачем их вели сюда? Невоспитанные. Одно слово, окраинные.

— Но попадаются настоящие таланты, — и снова меня чуть тронули сапогом, — Если обучается, зачем в расход?