Реинкарнация архимага 2 - Сергей Александрович Богдашов

и приветливая, но за неё внучата и внучки заплатили. И вот им я готов был предоставить очень серьёзную скидку, но они про неё даже не заикнулись, дружно выгребая деньги из своих копилок, ещё и споря, кто больше даст и почему.

Глядя на них, я поневоле задумался, а кем бы я сам хотел выглядеть в старости для своих внуков…

Ну, вот чтоб ко мне внуки так же относились?

* * *

Если что, на первый званый вечер к губернскому секретарю Хрисанфу Михайловичу Готовицкому, нынешнему предводителю Камышинского дворянства, проживающего в Саратове, меня пригласили довольно быстро. И двух дней не прошло, как первый конверт с приглашением пришёл на мой адрес.

Благодаря Янковской, примерное отношение к себе я представляю. Равно как и то, что кто-то усиленно воду мутит, старательно прививая негатив местному дворянству, направленный лично на меня.

Тем не менее, если кто желает доставить проблемы мне — поручику Владимиру Васильевичу Энгельгардту, то милости просим. Для этого я и иду на именины предводителя дворянства!

Вечер выдался тёплым, даже душноватым. Лёгкий ветерок с Волги не спасал от навязчивого запаха цветущих лип, смешанного с пылью саратовских улиц.

Я ехал в пролётке, одетый в новенький мундир с блестящими пуговицами и свежими шевронами. Георгиевский крест аккуратно поблёскивал на груди.

— Ваше благородие, приехали, — доложил извозчик, останавливаясь у высоких ворот особняка Готовицкого.

Дом был не сказать, чтобы роскошный, но солидный. Два этажа, колонны у входа, клумбы с геранью. Видно, что хозяин любил порядок и умеренную помпезность. У крыльца уже толпились гости, прибывшие раньше меня.

Я расплатился с извозчиком, поправил мундир и направился ко входу.

— Поручик Энгельгардт, — представился я швейцару, протягивая приглашение.

Тот взглянул на бумагу, кивнул и пропустил внутрь.

В холле меня встретил сам хозяин — Хрисанф Михайлович Готовицкий, мужчина лет пятидесяти, плотный, с бакенбардами а-ля Николай I и проницательным взглядом.

— А-а, всеми обсуждаемый поручик! — воскликнул он, протягивая руку. — Рад видеть вас в моём доме. Заранее благодарю за визит в мой дом!

— И я вас благодарю за приглашение, — вежливо поклонился я, чуть было не рассмеявшись.

— Ну-ну, не стесняйтесь, проходите, знакомьтесь с гостями. Уверен, вам будет интересно, а с вами вечер не станет скучным.

Интересно… Да, пожалуй. Уже сейчас я чувствовал на себе любопытные, а то и откровенно недоброжелательные взгляды.

В зале собралось человек сто тридцать — местное дворянство, далеко не в полном составе. Дамы в пышных платьях, кавалеры в мундирах и фраках. Где-то в углу играл струнный квартет, но музыку заглушал гул голосов.

— О, это же тот самый маг! — раздался чей-то шёпот, — Который с некромантом справился…

— Да-да, Энгельгардт. Говорят, он того… с тёмными силами знается.

— Ну, орден-то ему не просто так дали…

Я усмехнулся про себя. Отлично. Если уж начали шептаться при мне, значит, действительно побаиваются.

— Владимир Васильевич! — ко мне подошла Лариса Адольфовна Янковская, сияющая в новом голубом платье. — Вы прекрасно выглядите.

— Спасибо, мадам. А вы, как всегда, неотразимы.

Она хихикнула, слегка ударив меня веером по руке.

— Фу, какой же вы льстец! Но я не жалуюсь. Кстати, будьте осторожны — сегодня здесь кое-кто настроен к вам… м-м-м… недружелюбно.

— Это я уже понял.

— Особенно обратите внимание на супругов Лихачёвых. Они вчера у себя в салоне устроили целую беседу о том, как «молодые выскочки портят устои общества».

Я кивнул, окинув зал взглядом. Лихачёвы — полная дама в жемчугах и сухопарый мужчина с бледным лицом — стояли у буфета и явно обсуждали меня.

— Прекрасно. Тогда пойду представлюсь.

— Владимир Васильевич, вы же не…

— Конечно нет. Я просто вежливо поздороваюсь.

Я направился к буфету, взял себе бокал вина и с самой невинной улыбкой приблизился к Лихачёвым.

— Добрый вечер. Позвольте представиться — поручик Энгельгардт.

Они замолчали, обменявшись взглядами.

— А-а… да, — наконец пробормотал Лихачёв. — Слышали о вас.

— Только хорошее, надеюсь? — довольно нагло ухмыльнулся я, глядя на его растерянность.

Понимаю прекрасно — за спиной говорить куда легче, чем в лицо.

— Ну, это как посмотреть, — фыркнула его супруга.

Я сделал глоток вина, не сводя с неё глаз.

— О, мадам, вы так интригуете. Может, поделитесь, что именно вас смущает во мне?

— Да всё! — вдруг вспыхнула она. — Ваши эти… магические штучки, ваше внезапное появление в нашем обществе! Кто вас знает, что у вас там за фамилия, какие цели… И да, я про вас многое узнала!

— Мария! — попытался её остановить муж, но было поздно.

Я улыбнулся ещё шире.

— Моя фамилия — Энгельгардт. И цели у меня самые простые: жить, работать, быть полезным обществу. А что касается магии… — я слегка поднял руку, и бокал в моей ладони на мгновение вспыхнул голубым светом. — Это просто инструмент. Как, скажем, ваши жемчуга, мадам. Они ведь тоже не просто так?

Лихачёва побледнела, а её муж резко кашлянул.

— Ну, это… конечно же…

В этот момент к нам подошёл Готовицкий.

— Господа, не ссорьтесь в такой прекрасный вечер! У меня сегодня именины. Владимир Васильевич, пойдёмте, я вас с кое-кем познакомлю.

Я вежливо поклонился Лихачёвым и отошёл.

— Спасибо, — тихо сказал я Готовицкому.

— Не за что. Но будьте осторожнее. Лихачёвы — не главная проблема.

— А кто?

Именинник кивнул в сторону дальнего угла, где стоял высокий мужчина в чёрном фраке с холодными, как лёд, глазами.

— Барон Карл фон Штайнер. Приехал из Петербурга пару недель назад. Интересуется… необычными людьми.

Я почувствовал лёгкий холодок по спине.

— Занятно.

— Очень, — усмехнулся Готовицкий. — Так что, поручик, удачи вам.

Он отошёл, оставив меня наедине с мыслями.

Барон Штайнер… Судя по ауре — адепт Тёмных искусств.

Похоже, наш вечер только начинается, и он не станет томным…

Глава 18

Званый вечер

В середине вечера, когда я уже оттанцевал по два танца с Яной, один с Аней, и ещё один с какой-то голубоглазой худенькой девушкой, которая представилась Еленой, меня около стола с закусками разыскал Хрисанф Михайлович.

— Барон, а пойдёмте я вас с одним интересным человеком познакомлю. Он меценат, коллекционер и один из учредителей губернского музея. По крайней мере его коллекция в три с половиной тысячи древних монет, которую он