Экстерминатор. Том 2 - Антон Чернов

А вот с боевыми ботами с ботоводами выходило, что оператор в значительной степени думает за них, связываясь с ботами в единую информационную систему. Связь — на запредельных физических явлениях, не глушимая (хотя и ограниченная парой-тройкой сотен метров, что воздуха, что вакуума, что камня — без разницы). Но есть ряд ограничений, одно из которых мы видели наглядно. Оператор ботов просто выжег себе мозги, сорвав ограничители с терминала-ретранслятора. Это мы его «перегрузили» нестандартными действиями, количеством целей и разрушением ботов. Если снять ограничители, то оператор воспринимал ботов как часть себя, с достоинствами — и наблюдаемыми нами недостатками.

И вот тут вступали в дело научные и медицинские разработки семейства Лело, имеющиеся у Мозга. Компания «Кибернетика Регорна», разрабатывающая имплант и терминал ретранслятор — их не имела. Куча предупреждений типа: «не жми на кнопку, помрёшь!» — но ограничителей нет, потому что импланты боевые, а в бою, как понятно, иной раз и сознательно собой нужно жертвовать. С этим ясно, но в процессе разбора Мила задала Мозгу логичные вопросы, тот построил модель… В общем, выходило, что значительную часть нагрузки можно перекинуть на биокибернетику, специально для этого выращенную в лабораториях Мозга. То есть, например, просто обойтись без терминала, только ретранслятор сигнала и оператор.

— И никаких жутких проводов из затылка, — радовалась Мила, перестав смущаться и подпрыгивая на кресле.

— Это… интересно, — признал я. — И опасности оператору точно нет?

— Мозг оператора в рассматриваемой модели не имеет прямого подключения к сети роботов, как у исследуемого объекта, капитан Керг. Функцию терминала и вспомогательных вычислительных модулей выполняют биоимпланты, которые вполне выдержат нагрузку. В случае, если они будут перегружены, что в рамках рассматриваемой модели невозможно, они разрушатся, не угрожая жизни оператора. И здоровью, в случае, если провести процедуру удаления в течение двадцати суток.

— Понял, хорошо. А почему не поставить эти биохимерные улучшения в робота? Он получится автономным.

— Биоимпланты не способны на автономное принятие решений, это инструмент расширения возможностей когнитивной деятельности носителя, капитан Керг.

— А если их модифицировать?

— Запрет, капитан.

— Это какой-такой запрет⁈ — возмутился и заинтересовался я, да и Мила приняла заинтересованный вид.

— Запрет на создание разумного вида, — выдал Мозг. — Принят большинством планет, подтверждён всеми Империями, поддерживается чужими видами…

В общем, после объяснений выходило, что если «биомплант» станет достаточно развитым, для «автономности», то это будет не имплантом, а мозгом. Личностью, если не полноценной в начале, то имеющей все возможности в такую развиться. И запреты были как по прагматическим, так и этическим причинам. Потому что: или такой робот будет уже «разумным», благо были в галактике планеты киборгов, и на человеческой, и на ксеносской основе. Либо, если этот мозг ограничить «аппаратно» и «программно» — то получится раб, причём в очень такой, поганой вариации.

Так что теоретически — можно. А практически — ну его нахрен. Потому что за таких «боевых киберрабов» в большинстве известных Мозгу мест прибьют сразу, как только узнают. Ну и этика, как ни крути: создавать разумного, чтобы держать его в рабстве — откровенно мерзко. А если не в рабстве — то нахрена создавать, тратя кучу средств, ресурсов, сил? Проще готовому разумному предложить службу — рациональнее и разумнее выйдет, без био-кибер-извращений.

— Так, и ты, Мила, хочешь поставить себе эти импланты, — подытожил я обсуждение.

— Хочу, конечно! Это и интересно, да и для отряда будет очень не лишним: вы сами этих ботов видели, а у меня получится лучше…

— Видел, — прервал я поток сознания заблестевшей глазами девицы. — И согласен: очень поможет отряду, без привлечения и поиска новых бойцов — что само по себе та ещё морока, и не факт, что стоит делать, — как Миле, так и себе заметил я. — То что он после трупа — не страшно? Или Мозг сделает?

После чего повисла тишина, по окончании которой Мозг выдал охренительные данные: импланты он нахрен и невосстановимо раскурочил. Ну, в вину ему это ставить глупо, сделал, что должен: исследовал. При этом, невзирая на свои возможности, воспроизвести функционал он не сможет. Модифицировать имеющийся и рабочий вариант, отсекая лишнее в виде коммуникационных проводов и сопрягая с биоимплантами — не вопрос, а вот сделать никак. И имплант с трупа уже неремонтопригоден.

— Обидно, досадно, но ладно, — пожал я плечами.

— А мы туда не полетим? — потерянно и чуть ли не со слезой спросила Мила.

— На этот, Регорн?

— Да, я думала… — выдала девица, нахмуренно замолчав.

— Капитан, хочу отметить потенциальную пользу посещения данной планеты и ознакомления с технологиями. Ни семейство Лело, ни известные мне информационные базы Атомиума не имеют данных по звезде Регорн, «Кибернетики Регорна». При этом…

— Хорош, — прервал я агитку Мозга. — Нечего меня уговаривать: и так понятно, что полезно, да и интересно.

И, кстати, вот тут обычно исполнительно-равнодушный Мозг проявил себя активно, именно как исследователь. Видимо, в его искусственной личности базово прописали «потребность изучать». Что подчёркивает важность доработки боевого момента — ну не вояка Мозг выходит, вот совсем.

— Так что слетать на этот Регорн можно, я не против и скорее «за». Только у нас денег нет, уважаемая оператор-аналитик и уважаемый управляющий компьютер, — с некоторым ехидством напомнил я. — Причём корабль — первоочередное. В общем, куда лететь, когда заправим Энериду и скопим какие-то средства — определились. Но лететь туда сейчас же… — уж совсем ехидно закончил я.

Мила понятливо кивнула, извинилась, зевнула — время уже совсем позднее. Ну и свалила, извинившись и пожелав спокойной ночи. А я похмыкал, быстро подумал-прикинул, запланировал некоторые вещи и начал было засыпать…

— Капитан, к вам посетитель. настаивает на личной встрече.

— Шо, опять⁈ — возмутился я. — Если это Майкл, со сценами ревности, — забурчал я из-под одеяла, — скинь ему запись нашей с Милой беседы, ты же записал?

— Записал, капитан Керг, согласно вашему распоряжению. Посетитель, настаивающий на срочной встрече — боец Ирина Нал. Продемонстрировать ей запись?

— Не помешает… отбой, не демонстрируй, — обречённо вылез я из под одеяла. — Достали все, — риторически пожаловался я потолку, — Впускай уж её, куда деваться…

Дверь открылась, а в неё буквально влетела Колючка. С возмущённым выражением лица, бегло огляделась, нехорошо прищурилась на меня в постели. С сопением к