Денис Агеев - Страж границ (СИ)

И очутился в мрачном помещении с ободранными стенами. Из окошка почти под самым потолком пробивался тусклый свет, воздух был пропитан удушливым запахом пота и гнилья. Со мной несколько человек: грязные, лохматые, злые. Один из них вытащил откуда-то заточку и ринулся на меня. Я отпрыгнул в сторону, с размаху врезал ему в челюсть, отобрал тюремное оружие и резко вонзил в спину. Хлынула кровь, люди испуганно заорали. Я же вытащил заточку из тела убитого, угрожающе замахал ею.

Снова смена обзора. Теперь я видел, как прямо передо мной разворачивалась ужасная сцена насилия. Несколько солдат в красных мундирах зверски избивали пожилую женщину, неподалеку уже лежало окровавленное тело старика. Я закричал, пытаясь вырваться из чьей-то жесткой хватки, но у меня ничего не получилось. Держащий меня был слишком силен.

Я все поведал Анилле, даже не дожидаясь пока она меня об этом попросит.

— Снова ничего, — прозвучал разочарованный голос. — Переходи в предыдущую жизнь.

Я непроизвольно погрузился в следующее видение.

Я лежал на роскошной кровати, вокруг собралось несколько человек. Один из них, парень в коричневом камзоле с накинутым на него белым плащом, склонился надо мной. Молодой, редкая бородка совсем недавно озарила его лицо. Вид у него печальный, взволнованный. Он протянул руку, взял мою ладонь в свою. Что-то сказал, в чем-то поклялся. Я не слышал слов, но смысл сказанного знал наверняка. У изголовья, по другую сторону, стоял священник в черной рясе, в руках держал Библию. Он начал что-то говорить.

И я оказался на поле битвы. В руках меч, впереди — враг. Сарацины. Их много, машут изогнутыми саблями. Я ударил коня пяткой в бок и ринулся вперед. Закричал, призывая братьев по оружию. Засвистели стрелы, забряцали о толстую сталь лат наконечники. Я столкнулся с противником, снес полголовы пешему воину. Тут же ударил второго, третьего, четвертого. Всюду кровь, крики, страх, смятение. А впереди — город, который мы так давно жаждали захватить.

Вновь оператор моих прожитых жизней прокрутил пленку назад.

Я молодой сквайр, стою рядом с рыцарем в начищенных серебристых доспехах. Перед нами: священник и монахи в белых рясах. Дают напутствие. Мы склоняемся перед ними, целуем Библию и уходим.

Следующий эпизод. Я находился в роскошном поместье, играл с собакой. Вдруг передо мной появилась женщина. Недовольно нахмурилась, велев бросить эту бесполезную затею и заняться чтением. Я понуро склонил голову и поплелся к столу. Передо мной большая книга. Святое Писание. Я открыл ее, начал листать толстые страницы. Перед глазами выстраивались буквы латиницы, написанные ровным почерком.

Я встряхнулся и рассказал о ведениях Анилле.

— Третья жизнь, но я ничего необычного так и не увидела, — констатировала хозяйка башни. — Ни причин появления способности изгонять демонов, ни следов проникновения высшей сущности.

— Да, вполне обычные воплощения, — согласился учитель.

— Не думаю, что имеет смысл погружаться дальше. Высшее существо не могло засесть в нем настолько глубоко.

— И все-таки одно-два воплощения еще можно просмотреть.

— Как скажешь, Яша. — И девушка снова обратилась ко мне: — Погружайся в предыдущую жизнь.

Я оказался на обширном лугу, засеянном причудливыми травами фиолетового цвета. Небо озаряло крупное тусклое солнце. Но при таком достаточно блеклом освещении я все отчетливо видел. Вдали, на горизонте, парили скалы, отбрасывая огромные тени. Под ними вздымались холмы, густо устланные ковром сине-зеленого леса. Рядом со мной паслись диковинные создания, удивительно напоминающие гигантских улиток с изумрудными и сапфировыми раковинами. Я погонял их палкой, не давая отбиться от стада. Внезапно недалеко от меня вспыхнуло.

Картинка переменилась. Я ехал по широкой травянистой дороге верхом на такой же огромной улитке, что пас в предыдущем видении. Животное передвигалось медленно, но меня, похоже, это устраивало. В этом мире все происходило медленно. Даже стебли луговых трав колыхались лениво, будто в замедленной съемке.

Новый кадр. Передо мной стояло три узкотелых существа. Лица удлиненные, плечи узкие, ноги и обе пары рук тонкие, прямо как тростиночки. Они с любовью и нежностью смотрели на меня, и я понимал, что передо мной — родители. Они дали мне жизнь, и сейчас собрались, чтобы попрощаться со мной.

Опять прокрутка назад. Я находился в каком-то загоне, рядом — куча ползающих и орущих четвероруких существ. И я среди них. Такой же, как они. Мы испуганы и голодны. Мы хотели вернуться к родителям.

Видение завершилось, и я опять все рассказал Анилле.

— Занятное воплощение, — с воодушевлением проговорила девушка. — Я так понимаю, эта жизнь прошла не на Земле.

— Ничего им описанного в нашем мире нет, — подтвердил Яков Всеволодович.

— Тем не менее, чего-то неординарного я не увидела. Многие души воплощаются в разных вселенных. И твой ученик — не исключение.

— Надо пробиться еще дальше.

— Боюсь, следующая жизнь будет последней, — уныло заявила хозяйка башни. — Шестую он либо не увидит вообще, либо его сознание не выдержит и выдаст какую-нибудь несуразицу. А последнее чревато неприятными последствиями. К тому же действие зелья подходит к концу. Будем рисковать?

— Нет. Прощупаем только пятое воплощение.

— Как скажешь, — вздохнула девушка, и ее голос снова стал повелительным: — Андрей, сейчас ты увидишь предыдущую жизнь.

Я снова провалился в пучину воспоминаний. На этот раз я находился в джунглях под палящим пурпурным солнцем. Со мной еще несколько высоких, хорошо сложенных ребят, одетых в скафандры, словно вылитые из серебра — не видно ни стыков, ни проемов. Мы брели по густым зарослям, раздвигая в стороны упругие ветви растений. Вскоре перед нами простерся восхитительный вид. Мы оказались на макушке огромного шумящего водопада. Внизу, метрах в пятистах от нас, блестело кристально-чистой водой озеро, над ним зеленели пологие берега в густых зарослях. Прямо под нами парили, звонко крича, ширококрылые птицы-гиганты. На горизонте очертания красно-зеленых гор растворялись в белой дымке. Неожиданно вдалеке вспыхнуло, земля под ногами затряслась, и я, сорвавшись, полетел вниз.

Кино воспоминаний прокрутилось назад. Я оказался в совершенно другом месте. Небо серое, мутное. На горизонте едва виднелись силуэты огромных скал. В спину дышал ветер, подгоняя пыль и копоть. Я сидел верхом на каком-то животном, передо мной — еще несколько всадников в таких же скафандрах, что и в прошлом видении. Завершал кавалькаду рослый человек, сидящий в паланкине, что несли четыре уродливых гиганта с рогами и хвостами. Человек отодвинул ширму и начал что-то говорить. Он явно сердился, указывая куда-то вперед. Я посмотрел в упомянутом направлении и увидел, что в нашу сторону бегут несколько таких же рогатых великанов, что несут паланкин. Я сбросил с плеча легкое ружье, тоже будто вылитое из серебра, вскинул его, прицелился и снял одного из нападающих. Моему примеру последовали остальные сопровождающие. Через несколько мгновений мы разделались со всеми дикарями и продолжили путь.

Опять все исчезло, и теперь я перенесся на огромный военный плац. Мы ровным строем двигались в огромный, вытянутый как стрела, звездолет, поблескивающий серебром на солнце. Нас было много, и звездолетов на плацу тоже не счесть. С высоты мы, наверное, походили на разливающуюся в стороны серебряную реку. Оказавшись на борту, я прошел по узким коридорам и сел на жесткое кресло. Над каждым из сидений выгравирован символ, означающий причастность данного места к определенному пассажиру. Мой знак — нечто вроде овала с семиконечной звездой внутри.

Перед глазами вспыхнуло, и теперь я оказался в лаборатории. Надо мной склонился человек в светло-зеленом халате. Потом какая-то сила подняла меня и поставила на ноги. Я огляделся: рядом оказалось еще несколько человек, совершенно нагих и удивленно озирающихся. А дальше, вдоль стен, устремляясь вперед и плотно лепясь друг к другу, стояли в ряд прозрачные резервуары с желтоватой жидкостью. А внутри, мерно покачиваясь, плавали скрюченные в позе эмбриона мои братья.

Я очнулся, ощутив, что действие эликсира, окунувшего меня в транс, почти закончилось. Немного потянуло в сон.

— Рассказывай, — попросила Анилле.

Я выполнил просьбу.

Девушка удивленно насупилась, глянув на Якова Всеволодовича.

— Это воплощение навеивает на неоднозначные мысли, — сказал он.

— Смею предположить, что в той жизни я был… — Я хотел сказать «межзвездным» или «космическим», но таких слов в дарнийском языке не нашлось.

— …межпланетным путешественником, — закончил фразу учитель. — Да, что-то вроде того. Но странность не в этом. А в том, что душа опять воплощалась в другой вселенной.