Бойся своей мечты - она может и сбыться (СИ) - Щепетнов Евгений Владимирович

Маша вздохнула, по лицу ее пробежала тень:

- Жора…я обещаю тебе, что если мы с тобой поженимся, я сделаю все, чтобы не опозорить тебя, чтобы ты был со мной счастлив. И мы вместе с тобой сделаем так, что наша Россия станет крупнейшей мировой державой! Наша задача – моя и моего шефа – усадить тебя на трон. Сделать так, чтобы ты мог реально управлять страной, чтобы ты мог проводить те реформы, которые нужны стране. Ты видел, читал – обо всем, что случилось в результате правления Николая. И вот что я тебе скажу, Жора…единственный способ сделать так, чтобы ты сел на трон – устранить Николая. Совсем устранить. Если что – он это заслужил. Он вверг страну в хаос, он допустил, чтобы к власти пришли большевики. И пусть он это еще не совершил – Николай это все совершит, если дать ему волю. Его надо убирать, убирать от власти или совсем, из жизни. Как и твоих дядей. Например – Московского градоначальника, самодура и просто дурака. А ты не будешь марионеткой. Ты станешь работать в группе, в коллективе, и в нем у тебя будет четко определенное место. И я тебе гарантирую – когда мы все это сделаем, ты войдешь в историю, как лучший из Российских царей и императоров. Ты превзойдешь и своего отца, и даже Петра первого! Георгий Преобразователь, вот как ты будешь называться, уверена! Но ты должен понимать, что без крови не обойдется. И пусть тебя это не беспокоит – мы возьмем на себя этот грех. Мы, ваши потомки.

- Маш…а обязательно убивать Николая? – лицо Георгия исказилось в гримасе боли – Он мой брат. И он любит меня!

- По его вине погибнут миллионы людей – грустно сказала Маша – Если бы ты знал, что твой брат маньяк, который наслаждается тем, что мучает и убивает людей – что бы тогда ты сказал? Что бы тогда сделал? Маньяки убивают самое большее десятки людей. А твой брат допустил, чтобы убили миллионы. Как ты считаешь, заслуживает он смерти?

Георгий замолчал, глядя в пространство, и они сидели так молча минут десять, не меньше. А когда Маша решила, что ей наверное надо уйти, Георгий вдруг сказал:

- Не знаю, но почему-то я верю твоему…шефу. Ты не можешь…дружить с плохим человеком. И он искренне хочет блага моей родине. Вот только…он страшный человек. Ради благой цели готов убивать даже невиновных! Как он так может?! Неужели ему потом спится спокойно?

- Мой шеф бывший военный – медленно, задумчиво сказала Маша – Он снайпер. То есть – меткий стрелок, убийца, можно сказать так. Его учили убивать. Максимально эффективно, быстро, точно. Из стрелкового оружия, ножом, голыми руками. Он прошел несколько войн – кавказских войн, а также на ближнем востоке. Был ранен, имеет ордена и медали. Он вышел на пенсию, и неожиданно разбогател. Невероятно разбогател. Как – я сказать тебе не могу. Это не моя тайна. Но он и сейчас воюет. Ему принадлежит остров на Багамских островах, и этот остров фактически военная база. У него своя частная армия, состоящая из ветеранов боевых действий. Он платит им большие деньги. А еще – Константин Петрович обладает невероятным, огромным чувством справедливости. Он не терпит никакой несправедливости, и если может – ее исправляет. И карает тех, кто виноват, кто учинил эту самую несправедливость. И он хочет исправить историю своей страны. Восстановить справедливость. И если для этого придется срубить несколько сотен, или даже тысяч голов – он это сделает. Никого не пожалеет. Плохо это, или хорошо – я не знаю. Но его так учили – чтобы спасти тысячи, иногда нужно погибнуть десяткам. Ты ведь тоже некоторым образом военный, ты должен это понимать. И ему не нужна власть. Он хочет справедливости.

- Ты любишь меня? – тихо спросил Георгий, и лицо Маши стало грустным, потерянным.

- Наверное, да…мне кажется – да.

- А его? – так же тихо спросил Георгий.

- И его – после паузы ответила Маша – Но у него жена. Он…он спас свою жену, которая некогда погибла в катастрофе, и я теперь…в общем – между нами теперь нет никаких любовных отношений. И не будет. Можешь не беспокоиться на этот счет.

- А как он спас тебя? Расскажешь?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Когда-нибудь…может быть… - нахмурилась Маша – Но…лучше не надо. Тяжело вспоминать. Он дважды меня спас. Даже трижды. Но мы сейчас не о том говорим. Ты понимаешь, что у меня нет документов, удостоверяющих мою личность в вашем времени? Как тогда нам быть?

- Я думаю, мы с этим что-нибудь придумаем – улыбнулся Георгий – Это все как у вас говорят – технические детали. Придумаем биографию, сделаем паспорт…все будет в порядке.

- Хорошо – согласно кивнула Маша – твой лечащий врач сказал, что через два дня тебя выпишут из клиники. Лечение закончено. Сегодня и завтра проведут дополнительные исследования, возьмут анализы, чтобы быть до конца уверенными в том, что ничего не упустили, но в общем-то, ты здоров. И ты можешь отправляться в свое время.

- Да, я чувствую, что здоров! – тихонько засмеялся Георгий – И это так приятно! Так приятно дышать полной грудью, и не задыхаться! Приятно не пить горькие отвары, которые ни черта не помогают! Приятно быть бодрым, и не чувствовать слабости! Приятно думать о том, что мы с тобой когда-нибудь…

Он смутился, но справился с собой, и тут же посерьезнел:

- Скажи…меня не было дома месяц, даже больше месяца…как я оправдаю свое отсутствие?! Где я был это время?

Маша улыбнулась:

- А ты нигде и не был. Ты появишься в своем времени через несколько минут после того, как отбыл в будущее. Получится – что ты никуда и не улетал. Наденешь свою прежнюю одежду…если влезешь в нее. Ну и окажешься в своем кабинете. Только вот что, Гоша…я бы не хотела жить в этом дворце. Сожги его! Вместе со всем барахлом, что там есть – сожги! Он пропитан заразой сверху и донизу! Я не хочу заразиться. Уезжай оттуда! Куда угодно – уезжай! В Петербург, например.

- А мы разве не вместе с тобой переместимся в мое время?

- Нет. Вначале – ты. А я прилечу к тебе в любой момент, как только ты окажешься в своем доме. Когда будет готов паспорт на мое имя. Я тебе передам бумагу с моими данными, а ты решишь вопрос у себя, на месте. А потом, как все будет готово, выставишь знак – и на этот знак мы откроем портал. Чтобы тебя найти, и найти в то время, которое нужно – нам необходима привязка. Этот знак и послужит привязкой. Какой-нибудь рисунок, которого не может быть в вашем времени. Мы с тобой придумаем – что именно. Например – нарисуешь самолет, либо танк. И повесишь на стену. Купи особняк в Петербурге, так будет удобнее. И кстати, Гоша…ты знаешь такую…Лизу Нижарадзе?

- Слышал о такой – улыбнулся Георгий – Меня хотели с ней познакомить. Но я пока ее не встретил.

- А что за история с Кшесинской? – безжалостно напирала Маша.

Георгий поморщился:

- Она была моей любовницей. Из-за нее мы поссорились с Ники. Но с ней все кончено. Ты ревнуешь?

- А ты? – усмехнулась Маша.

- Да – тоже улыбнулся Георгий – Я вот думаю сейчас – какой будет скандал, когда папА узнает о нашем браке… Он умный человек, но…он император. А император должен поступать так, как это будет правильно. И требовать того же от подданных. Особенно – от своих детей. И такой брак будет просто бомбой!

- Кстати, есть версия, что заболел ты и умер после того, как вы подрались с Николаем, когда ты упал в трюм и ударился грудью – задумчиво сказала Маша – Из-за этой самой Кшесинской. Помнишь такой случай? Было?

- Было… - поморщился Георгий – Мне не хочется об этом вспоминать, но…было. Ники был несдержан и груб.

- Ага…самодур, однако! – усмехнулась Маша – Ладно, время обедать. Пойдем в ресторан…хочу заказать морепродукты. Я люблю морепродукты, а сейчас еще больше их люблю! Прихоть беременной. А там мы с тобой еще поговорим…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

***

Это наваждение. Колдовство! Чем больше Георгий смотрел на эту женщину, тем красивее она казалась, тем желаннее была. ТАК влюбиться – с ним никогда такого не было. Кшесинская? Ну да…хороша! Но…все не то и не так. Там было другое. Что-то вроде соревнования со своим братом – кому достанется жемчужина. А тут не жемчужина, тут – бриллиант!