Бойся своей мечты - она может и сбыться (СИ) - Щепетнов Евгений Владимирович

***

Легкий стук в дверь. Константин минуту лежал не двигаясь – открывать, не открывать… Снова стук. Вздохнул, сел на край кровати, пошел к двери. Открыл, постоял, отошел в сторону, пропуская.

- Поговорим? – голос спокойный, даже можно сказать – деловой.

- Поговорим – Константин знал, о чем будет разговор, и в общем-то был к нему готов. И даже знал, чем он закончится.

- Я не могу быть вечной любовницей, хотя и жизни без тебя не представляю! – Маша села на край кровати, сложив руки на коленях – Теперь, когда к тебе вернулась жена, твоя жизнь изменилась, и не в лучшую сторону. Ты разрываешься на две части. Одна часть хочет, чтобы жена была с тобой, любит ее, мечтает о ней…а другая часть…которая поменьше…хочет меня. Я красивая, молодая, верная. Я никогда тебя не предам. И буду любить всю жизнь. И ты это знаешь. И эта самая часть твоей души не хочет меня терять. Но разберись в себе – если встает выбор между мной и твоей женой – кого ты выберешь? То-то и оно. И вот сейчас мы с тобой на перепутье. Можно все изменить. С болью, с кровью – но изменить в лучшую сторону. Наверное – в лучшую. Я стала тебе обузой, а хочу остаться другом, помощницей. Боюсь, что если я останусь с тобой, притом, что ты так и любишь жену – ты можешь меня возненавидеть. Я этого не хочу. Но я уже повторяюсь. В общем – я отвечу согласием на предложение Георгия. И выйду за него замуж. И сделаю для нашего дела все, что смогу. Клянусь, я тебя не предам! Мы с тобой одно целое, я всегда буду за тебя, не сомневайся. Ты меня многому научил. Ты для меня и брат, и отец, и любовь – все сразу. Так это и останется. Вот что я хотела тебе сказать. Я думала, думала…и Михаил прав. Абсолютно прав. Это выход для нас.

- А дети? Дети будут думать, что их отец…

- И пусть думают – пожала плечами Маша – Ты будешь рядом, ты воспитаешь их как надо. Я об этом позабочусь. Девочку назову Ольга. А мальчика – Миша. И будет Император Михаил.

- Или императрица Ольга… - задумчиво протянул Константин – Маш, ты уверена?

- Уверенней некуда – вздохнула Маша – И тебя освобожу, и дело сделаю, да и чего греха таить – свою жизнь устрою. Мне тоже нужно определяться, сам понимаешь. Дети без отца… Одно дело, когда ты был свободен, и другое дело – когда у тебя законная любимая жена. Бросить ты ее не бросишь, ты ее любишь больше, чем меня. А может и вообще – ты только ее и любишь, а ко мне привык. Я ведь всегда под рукой, всегда наготове…

В голосе Маши послышалась горечь, и Константин вдруг подумал о том, что за все время, что они вместе, он даже не подумал, чтобы официально оформить их отношения. Они спали вместе, но ни разу у него не возникла мысль на ней жениться. И сейчас, когда Маша решила от него уйти, вместе с горечью он испытал что-то вроде облегчения. Разрублен узел, дело сделано.

- Ему не разрешат жениться на простолюдинке. Он это понимает? – спросил Константин, будто надеясь, что Маша останется при нем – А ты понимаешь, что тебя ожидает, когда ты окажешься в свете? Как тебя воспримут? Как будут к тебе относиться все эти снобы?

- А мне плевать! – широко улыбнулась Маша – Я им рты быстро позатыкаю! Да и вы мне поможете. Особо борзых – пристрелим. Я ведь не ошибаюсь, ты намерен заняться откровенным террором? Устроить тиранию?

- А я по-другому и не умею – усмехнулся Константин – Я ведь солдафон. Снайпер. Уничтожим оппозицию – только пух полетит! Такое выстроим государство – мало никому не покажется. Все припомним тварям! И англичанам в том числе. Двоюродный братец Николая, мерзавец – отказался приютить российского императора. Фактически его убил. Ну да ладно, решим по ходу дела. Ты все сказала?

- Все! – Маша встала, и вдруг сбросив с плеч шелковый халат осталась совсем нагой – Пойдем в постель. В последний раз. Хочу. Пусть останется в памяти. Я не знаю, какой в постели Георгий, но лучше чем ты у меня любовника не было.

Константин посмотрел на Машу, вздохнул…да, было видно, что она беременна, животик увеличился, стал не таким плоским, соски потемнели и груди чуть потяжелели, но в остальном она практически не изменилась и была такой же прекрасной, как и раньше. Прекрасной, и желанной. Он подошел к подруге, обнял ее, провел руками по ее бедрам, по спине…Маша вздохнула, обхватила его руками, прижалась… Константин легко, как перышко подхватил ее на руки и она снова удивилась, насколько он силен. И грустно подумала о том, что у нее никогда больше не будет такого мужчины. А потом она забыла обо всем и отдалась наслаждению.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

***

- Хорошо, Георгий, я согласна. Но ты ведь знаешь, что я беременна – Маша внимательно посмотрела в глаза собеседнику – И как быть с этим?

- Ты ведь беременна, но еще не родила. Так что я скажу, что это мой ребенок – Георгий смотрел на Машу с обожанием, и она поразилась – неужели можно ТАК влюбиться за такое короткое время? Всего лишь месяц он общается с Машей, и так влюбился?

- А твой отец? Он ведь не разрешит наш брак. Я с точки зрения вашего времени – простолюдинка. У меня нет дворянского звания.

- Я не спрошу отца! – горячо бросил Георгий – Я взрослый человек! И могу сам выбрать себе жену! И кстати сказать – в истории были прецеденты, когда Российские цари и император женились на простолюдинках. Вспомнить только Петра Первого. И что? Им как-то это поставили в вину?

- Он лишит тебя права наследования.

- Не лишит. Ему некуда деваться. Мишка еще маленький, а вдруг с Николем что-то случится? Он не будет рисковать. Громы и молнии конечно будут, впаду в немилость, но в конце концов простит.

- Георгий…слушай, как тебя звали в семье? А то как-то глупо звать своего жениха «Георгий»! Официозно - донельзя!

Георгий улыбнулся, покусал нижнюю губу и с легким румянцем сознался:

- Я знаю, что невеста, а потом жена моего брата Николая прозвала меня «Плакучая ива». Я ведь был очень худ…по понятным причинам. Это сейчас я стал более справным (он с удовольствием посмотрел на руки, обнаженные выше локтя и поиграл мускулами). А в семье меня звали Джорджи.

- Отвратительно! – с некоторой мстительностью заметила Маша – На английский манер? Какого черта вся ваша родня так тяготела к англичанам, которые, кстати, всю жизнь гадили России! Почему не к Германии? Ты ведь читал исторические труды. Если бы Россия приняла сторону Германии…Англия, Франция, вся эта шушера сидела бы у нас под каблуком! И первая мировая война закончилась бы в считанные дни! И возможно – не было бы русско-японской войны! А если бы и была, то с таким результатом…что японцы умылись бы кровью, и не было бы ни подвига «Варяга», ни позорной осады Порт-Артура, ни разгрома российского флота! Давай между нами я буду тебя звать…ну…Жора! Или Гоша! Какое имя тебя больше нравится?

- Да мне в общем-то все равно – улыбнулся Георгий – Как назовешь, так и будет.

- Гоша! Пусть будет Гоша. У нас есть один фильм, довольно-таки интересный, так вот там героя звали Гоша. И мне он нравится. Вот и ты будешь Гоша.

Маша помолчала, сняла с блузки невидимую соринку, и серьезно, глядя в глаза будущему мужу, спросила:

- Гош, я еще раз тебя спрошу…ты уверен, что хочешь на мне жениться? Ты ведь понимаешь, что я хочу, чтобы ты принял предложение моего шефа. Мы с ним расстались…навсегда. Но я всегда буду работать на него. Он мой друг. Он меня спас, спас мою жизнь. Я ему обязана по гроб жизни. Потому – никогда не пойду против него. И я, Гоша, не сахар – я сильная, жесткая, не какая-то там размазня. Я отлично стреляю из всех видов стрелкового оружия, я владею единоборствами и могу уложить не очень подготовленного крепкого мужчину. У меня свои понятия о том, как надо жить, и вообще…я своенравная и…и…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Я тебя люблю! – неожиданно прервал ее Георгий – Я люблю тебя с первой нашей встречи, с первого на тебя взгляда, когда ты появилась в моем кабинете в странной одежде, обвешанная оружием как елка игрушками. Я люблю твой голос, люблю твои глаза, волосы…я люблю твой запах! Я люблю все, что ты делаешь, как ходишь, как разговариваешь! И я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Только, пожалуйста, жалей меня…