Наследник Тёмного Клана 2 - Евгений Ренгач

проникли двое. Кто они и зачем пришли — неизвестно. Факт же заключался в том, что здесь их кто-то убил, а случайно заглянувшая горничная перепугалась и вызвала жандармов.

Приехавшие жандармы увидели в номере сию неприятную картину. Они быстро разнюхали, что здесь проживает Марк Оскуритов. В моей вине они нисколько не усомнились и приготовились припереть поганого Повелителя Тьмы к стенке.

История и в самом деле получалась неприятная. В том, что оправдаюсь, я не сомневался. Весь вечер я провёл в Академии в окружении кучи людей. Это подтвердят свидетели и записи с камер.

Гораздо важнее, кто эти двое, кто их убил и что они здесь делают…

Хотя стоп! Кажется, я знаю, зачем они пробрались в номер!

Я бросился к шкафу с вещами. Перед выходом я догадался запихать в неприметный ящичек сумку с оставшимися у меня предметами, принесёнными из Чёрного дома. Найти её было несложно, но лучшего тайника у меня здесь пока не было.

Расстегнув сумку, я быстро осмотрел её содержимое. Всё было в порядке. Ничего не пропало.

— Что, господин Оскуритов, скрываете что-то запрещённое? — засверкал глазами Дубов и выхватил у меня сумку. — Это что за ерунда?!

Его взгляд быстро потух. Смотреть там и вовсе было не на что-то. Какие-то обломки да камни. На вид — ничего ценного.

— Фамильные реликвии. Ничего ценного, но некоторые могут думать по-другому, — хмыкнул я. — Рискну предположить, господа, что эти двое пришли в номер именно за содержимым этой сумки. Это видно по следам обыска и маскам на их лицах. Это же самые обыкновенные воры!

— Да не важно, кто они! Вы их всё равно убили! — отмахнулся Дубов.

— А вот фигушки, — ласково улыбнулся ему я. — Никого я не убивал. Проверь камеры! Это сделал кто-то другой. Причём кто-то очень опасный и умелый…

— Господин, это был я! — произнёс Альфред, и все тут же повернулись к нему.

Такого признания, кажется, никто не ожидал…

Глава 24

— Ты убил? Не Оскурит? — немного разочарованно спросил Дубов у Альфреда. — Врёшь! Пытаешься выгородить своего господина!

— Нет. Это сделал я! — произнёс Альфред твёрдым голосом.

— Возможно. Но ты действовал по поручению своего господина…

— Нет! Я действовал самостоятельно. Господин не давал мне приказов и ни о чём не знал, — с упорством, заслуживающим лучшего применения, повторил Альфред.

Дубов покосился на усача. Тот пожал плечами. Мол, решай сам.

Капитан думал недолго. Он повернулся к остальным жандармам, жестом велев им арестовать Альфреда.

Я же пытался осмыслить признание моего камердинера. Выходила какая-то бессмыслица.

— Их убил ты? Но зачем?! Хотя подожди… — я задумался, пытаясь выстроить в голове события вечера. — Ты же всё это время был со мной и не мог это сделать!

— Мог, господин, — мой камердинер снова поклонился. — После того, как нас пытались ограбить в прошлый раз, я разместил в нашем номере защитные артефакты. Всего пару штук из запасов ваших предков. Но любого, кто задумал бы против вас зло, ждала мгновенная расправа. Вот эти двое, кхм, господ и попались…

— То есть сам, своими руками, ты их не убивал? — с облегчением переспросил я.

— Да вы что, господин! — скривился Альфред, на мгновение потеряв над собой контроль. — Как можно! Трогать этих господ своими руками, которыми я подаю вам утренний кофе… Нет, так низко я ещё не пал!

Намеревавшиеся арестовать его жандармы остановились и неуверенно покосились на усача. Тот и сам ничего не понимал, но на всякий случай покачал головой, давая отбой.

— Но артефакты ты сам активировал? — не отставал от камердинера Дубов.

— Нет! Они автоматические. Реагируют на каждого, кто входит в номер без разрешения и с недобрыми намерениями, — пояснил Альфред и ловко извлёк откуда-то из угла небольшую металлическую коробочку. — Можете посмотреть сами. Обыкновенный автоматический артефакт.

Дубов выхватил коробочку у него из рук, принялся вертеть её в руках.

— Ага, запрещённый смертельный артефакт! Это пять лет самого строгого режима…

— Вы думаете, что я стал бы так подставлять господина? — иронично глянул на него камердинер. — Артефакты находились во владении Оскуритовых на протяжении столетий. У меня и все документы имеются…

Он и в самом деле вытащил откуда-то из внутреннего кармана мятую жёлтую бумажку и буквально ткнул её в нос жандармам.

Дубов и усач быстро пробежали её глазами. С каждым прочитанным словом лицо капитана становилось всё более недовольным.

— Да нет, быть не может, что всё законно… Наверняка брешет!

— Я предполагал, что ответ будет именно такой. Поэтому установил у входа видеокамеру с дистанционным доступом к записи, — с поражающим спокойствием произнёс Альфред. — Вот, извольте ознакомиться…

Он достал из другого кармана мобильный телефон, щёлкнул парой кнопок, и на экране появилось чёрно-белое, но вполне отчётливое изображение.

Мы видели ту самую парочку, что сейчас валялась посреди комнаты. Они быстрыми уверенными движениями проникли в комнату, огляделись и профессионально начали рыться в моих вещах.

Значит, моё предположение было верным. Они и в самом деле пришли в номер именно за предметами из Чёрного дома.

Впрочем, найти им ничего не удалось. Не успели они пробыть в номере и минуты, как артефакты в углах комнаты заискрились, вспыхнули, и комнату затянуло густым багровым дымом.

Ну а когда дым спустя несколько секунд развеялся, картина в комнате была именно такой, какой мы её и застали. Кровь, внутренности и мёртвые тела — всё в духе Оскуритовых!

Разница была только в том, что ни я, ни Альфред формально не имели к этому никакого отношения.

Я не сумел сдержать улыбки. Нет, ну честно, у меня самый лучший камердинер! Уж точно самый замороченный. Видеозапись, разрешение на боевые артефакты… Да никому другому даже в голову бы это не пришло! Не удивлюсь, если окажется, что у него все карманы забиты разного рода официальными бумажками и разрешениями…

Просмотрев видео, Дубов и усач снова переглянулись.

— А может попробовать… — начал капитан, но усач не дал ему договорить.

— А может без может! Нет тут никаких оснований. А натягивать я не собираюсь, — произнёс он и повернулся к нам. — По закону вас привлечь не получится. Право на защиту своего личного пространства у вас есть, равно как и разрешение на артефакты. Так что пока обойдёмся без обвинений…

— То есть