Наследник Тёмного Клана 2 - Евгений Ренгач

— Господа, что изволите?

Эта встреча отличалась от остальных. Сегодня они не скрывались в тени крыш и не прятались в конспиративной квартире. Нет, сегодня они не хотели скрываться. Они планировали обсудить дела с привычным для всех троих комфортом.

Местом встречи был выбран ресторан «Вкус», один из самых дорогих и престижных не только в Питере, но и во всей Империи. А самое главное — он располагался в суперэлитном районе, в нескольких шагах от Академии. Здесь можно было наблюдать за всем происходящим и при этом вкусно поужинать.

Идеальный выбор!

Но даже учитывая, что в ресторане был привычный аншлаг, а найти свободный столик не представлялось возможным, никто не мог их видеть и слышать. Они были в особой закрытой ложе. Обладающий большим влиянием и деловыми связями Ворон устроил здесь настоящее убежище. Любой, кто заглянул бы сюда, увидел бы только трёх праздных аристократов, не имеющих с ними ничего общего. Звук также играл на их стороне, транслируя для возможного шпиона лишь обрывки самых обыкновенных, ничего не значащих разговоров.

Они, трое заговорщиков, были у всех на виду, но вместе с тем невидимые для всех.

Вся их громкая беседа и последующее пленение Воробья прошли для гостей и персонала «Вкуса» незаметно. Они не уловили ни единого звука, лишь мерный гул голосов, степенно рассуждающих о возросшей стоимости пшеницы. Не почувствовали они и выброс силы — размещённые в ложе артефакты и покрывающие стены Знаки поглотили её без остатка.

— Три фирменных блюда, два восточных салата и закуску от шефа! — распорядился Пересмешник. — И на десерт самовар чая с лучшими угощениями!

— Как вам будет угодно, — поклонился официант.

Он не мог видеть их истинные лица. Голоса он тоже слышал не настоящие, а искажённые. Его могли допрашивать с использованием самых страшных и жестоких пыток, но при всём желании он бы даже примерно не сумел описать троих своих посетителей.

— Говори! — велел Пересмешник, когда официант покинул их зал.

— Я очень извиняюсь, конечно, но может быть стоит обращаться со мной помягче?! — Воробей смерил его холодным непокорным взглядом.

Пересмешник внутренне усмехнулся. Воробей ещё слишком молод. Он прекрасно умеет играть по правилам высшего света, в обществе аристократов чувствуя себя как рыба в воде. Но на самом деле он, несмотря на всё своё немалое искусство и интеллект, всё ещё импульсивен. Стоит сказать хоть что-то не так, как он мгновенно огрызнётся в ответ.

— Просто изложи всё, что было тобой предпринято в Академии. Мы должны знать о том, что там произошло.

— Всё очень просто, — качнул плечами Воробей. — На последней встрече мы условились, что я увижусь с Оскуритовым и предложу ему присоединиться к нам. Мною была организована встреча с глазу на глаз…

— С глазу на глаз?! — в этот раз не выдержал Ворон. — Вы могли подкараулить его в переулке, застать врасплох в номере. Просто подойти к нему в перерыве между занятиями, в конце концов! Но вы решили использовать Чёрный Предел. Зачем вам это понадобилось?!

— Попрошу не повышать на меня голос! Иначе разговор не состоится, — Воробей блеснул суровым взглядом из-под густых бровей. — Все мои слова и убеждения были бы бессмысленны. Оскуритов должен был увидеть нашу силу. А устроить нападение на аристократов в защищённом месте, где они его не ожидают — лучший способ из возможных. К тому же ответственность будет нести Предел, а не мы…

Ворон и Пересмешник повернулись к окну. Перед ними открывался прекрасный вид на Академию. Внутренний двор, укрытый маскировочными чарами, был виден лишь частично, но зато у ворот было настоящее столпотворение. Раненые, в разорванной одежде аристократы, целая вереница пленённых пределовцев.

В другой ситуации этот вид доставил бы им удовольствие. Но не сегодня.

— Столько сил, и всё только для того, чтобы впечатлить мальчишку?! — глаза Ворона недобро блеснули. — Но жертв могло быть намного больше! Я лично был там. Что, если бы ваши пределовцы застали меня врасплох?! Что, если бы они меня убили?!

— Тебя? Убили? Не смеши меня, дорогой Ворон! — легко и беззаботно рассмеялся Воробей. — С твоим выдающимся боевым опытом, невероятной реакцией и мощными техниками ты стоишь на десяток голов выше, чем они. Они не сумели бы тебя даже оцарапать. Просто посмотри на себя. С тебя не упало ни одного волоса!

Это была правда. Пусть Ворон совсем недавно выбрался из сражения, его костюм был идеален.

— Но могли пострадать остальные. Если бы не Оскурит, то, вероятно, мы не смогли бы избежать жертв. Пусть пределовцы и не являются аристократами, они весьма сильны, а на их стороне был эффект неожиданности…

Пересмешник, в отличие от Ворона, ничего не говорил о возможных жертвах. Его интересовали совсем другие вещи. Он почти успокоился, но в его голосе всё равно проскальзывали нотки гнева.

— Надеюсь, ты понимаешь, что теперь наш план под угрозой. Этим делом займётся Императорская стража и лично Шарапов. А он сумеет выйти на нас. И тогда весь наш план рухнет, не успев стать реальностью…

— В том-то и дело, что не сумеет! — Воробей усмехнулся и, подхватив со стола чайник с заваркой, наполнил чашку доверху. — Нет никакой связи между мной и пределовцами. Кто я, они не знают, Образ надёжно защитил мою личность. Их услуги были оплачены через оффшорные схемы. А самое главное — они понятия не имеют о наших целях. Они были наняты лишь для разбоя, нападения на аристократов. О том, что мы задумали, они ничего не знают…

Пересмешник задумался.

— Я очень рассчитываю, что всё будет именно так, как вы говорите. Иначе вам придётся понести наказание… Ответьте же на самый главный вопрос. Мальчишка согласился?

— Пока нет, — Воробей небрежно качнул головой и одним движением осушил кружку, заев горький чай вкусным пряником. — У него есть время на размышления. За это время его ждёт много интереснейших открытий. Также, как и нас…

— Что ты имеешь в виду? — вскинулся Ворон.

Воробей лучезарно улыбнулся.

— У меня есть для вас кое-что крайне интересное. У меня с Оскуритом состоялся небольшой бой, в ходе которого наш маленький испытуемый показал то, чего от него никто не ожидал. Вот запись с артефакта…

Посреди комнаты появилось голографическое изображение, в деталях воспроизводящее последнее столкновение Марка Оскуритова с Воробьём. Пересмешник и Ворон смотрели на короткую запись, не отрывая колючих внимательных глаз.

После