Стас Северский - Тени прошлого — тени будущего

Транспорт опустился на четвертый уровень наземного корпуса центрального склада Штрауба. Айнер спит.

— Лейтенант, мы прибыли…

— Что, уже приехали?

— Так точно.

— На выход, боец. И кончай ты с этой героикой — и из Хантэрхайма иногда удается что-то вернуть.

Я не стал уточнять, что именно оттуда удается вернуть, — и без этого тоска заедает — и пошел за ним. Но его «спутник» неподвижно встал перед командиром, преградил ему путь и устремил на него неживой светлый взгляд машины E31…

— S9, на тебе уже шесть предупреждений по досрочным вычетам.

— Их спишут после первого же штурма — пару дней подождать можно.

— До штрафной единицы тебе осталось…

— Знаю.

— Напоминаю по приказу.

— Не так часто. Не то в техцентр сдам на прочистку процессора! Сойди с пути! Иди за мной, и никаких пререканий по поводу моих действий!

— Так точно, S9.

Айнер, убедившись, что «спутник» согласен, пошел вперед через пустую погрузочную площадку. Хотелось бы знать, на что E31 дал согласие с таким скрипом… Андроиды со всеми нами на «ты» — они со всеми равны и вне подобных условностей… Им можно доверить и тайну, и дело. Но они верны, пока доверенное не выходит за грани прописанной программы…

Мы уже подходим к вратам этого огромного склада… Объект уже загрузил схемы проходов, блоков и секций, но лейтенант резко затормозил, обернувшись ко мне. Он смотрит в упор широко открытыми глазами…

— Иди за мной. Когда я активирую синюю карту — зайдешь вперед и встанешь лицом ко мне. Дальше действуй по приказу. Мне нужны будут реакции бойца А1. И следи, чтоб мысленный фон чистым был, — никаких лишних сигналов в голове быть не должно. Пошли.

Он использует ментальные передачи… ничего хорошего в этом нет. И схему действий он мне не передал… Что-то тут не то… Я жду… и он ждет…

— Что стоишь?! Исполняй!

— Это не боевой приказ — если вы не дадите подтверждение, я его исполнить не смогу.

С трудом выдержал его взгляд, но ни шагу не ступил. Твердо решил стоять на уставе — без подтверждения этому приказу ходу нет.

— Пошли.

— Приказ не подтвержден.

Лейтенант растянул рот в ядовитой улыбке не хуже сержанта Стикка…

— Это неподчинение командиру.

— Это подчинение высшему командованию, прописавшему уставное правило.

— Теперь тебе приказывает Хантэрхайм — там на такие правила времени нет.

— Мы еще в Штраубе.

— Ты тупой, Герфрид. Мы уже одной ногой в Хантэрхайме!

— Я не тупой, лейтенант.

— Наглый ты! А наглость — признак глупости! Это следствие переоценки собственных сил по причине собственной тупости. Подобное бывает при нарушении связей причин и следствий. Отсутствие логики — это отсутствие мозгов!

— Это не так, лейтенант.

— Что не так?! Если ты используешь наглость как прикрытие — это ничего не меняет. А отрицать наглость — это уже нахальство!

Я открыл рот, только не понял — для согласий или возражений. Айнер скривил губы — он доволен, что мое выражение лица подтверждает его слова о моей тупости. И сказать нечего… Мою уверенность он задвинул в строй. В голову лезет только одна мысль — Айнер должен быть противником в Бою с Победой на Полуночном турнире. Этот бой не выиграет никто… кроме Айнера, конечно… Он, похоже, способен доказать или опровергнуть все — все, что есть, и все, чего нет…

— Так точно.

— А ты прямо то, что надо. Вот только спесь лучше из головы выбей, а то к профессионалам угодишь. Подтверждение не дам из принципа, а разъяснений ты заслужил, сколько хочешь. Думаешь, это карта незарегистрированного покойника? Что она перекодирована с временным смещением? Что это обычная расшитая карточка? Так вот — это не уплотненный аналог из киберпространства и не сложный электронный объект, дающий перебойные помехи. Это обычная карта, выданная мне со всем положенным официозом. Синюю карту невозможно подделать так, чтобы это не обнаружилось мгновенно. Теперь пошли.

С идентификацией и пропусками покончено — врата открылись… Иду за лейтенантом… Хоть я уже сообразил, что мою уверенность в том или ином он рубит чуть не под корень специально, уровень этой моей уверенности и в том, и в другом продолжает снижаться. Я перестал понимать, что к чему… А что к чему с картами — особенно не ясно. Про карты мне ничего такого даже в голову не приходило… Никогда не думал, что существует столько способов подделок, пусть даже неспособных обмануть наши всеведущие компьютеры. Но то, что лейтенант о таких вещах думает, еще больше наталкивает на мысли… Не будет же мой лейтенант — человек S9 — обворовывать систему. По статье — расстрел. Но судили по этой статье так редко, что уже и не помнит никто, когда был вынесен последний приговор за такое преступление. И дело даже не в постоянном контроле — обкрадывать систему ничто иное, как обворовывать себя. Мы никогда не противопоставляем наши интересы интересам AVRG — мы и есть AVRG. Система организует наше выживание. Мы просто уничтожим наш мир, совершая подобные действия. Но, видимо, не всех бессмертие научило думать о будущем — о том, что его не так сложно лишиться… Как бы то ни было, Айнер мне подтверждение так и не дал, а я покорно иду за ним…

— У Ульвэра все такие задумчивые?.. Есть хочешь?..

— Да.

— Синяя карта открыта, значит — есть, что есть. Имею в виду продовольствие, а не что-то из ряда «будь, что будет». А главное — это сахар. Готов?

— Так точно…

Лейтенант среагировал на мое промедление и снова смерил меня быстрым взглядом — за широко открытыми серьезными глазами затаились издевки.

— Соображаешь плохо?.. Значит, сахар тебе просто необходим.

Идем между стеллажей с контейнерами: на складе пусто — ни машин, ни людей… Склад кажется дезактивированным — техника стоит на ждущем режиме. Лейтенант не запрашивает машины, то и дело загружает карточку и берет контейнеры. Айнер уже нагрузил и меня, и «спутника», но синей картой так еще и не воспользовался… Тому, что он не взял в помощь машины, есть объяснение — грузы легкие, мы их и так утащим и энергии меньше потратим. Но именно поэтому меня мучает подозрение о нелегальности его действий — с техникой такое просто не пройдет.

Ничего особенного здесь нет. Все это — стандартные продовольственные пайки боевых офицеров — им положены некоторые привилегии. Иногда это здорово раздражает, но стоит вспомнить, что мы и так уравнены настолько, насколько это возможно в обществе с разделением обязанностей, сразу отпускает. Ответственность куда прожорливее других тягот. Если мне кусок сахара перед боем поперек горла встает, высшему составу и мед в горло не лезет. Офицеры знают, когда погибнут и сколько бойцов в бою положат, а мы нет. Недаром наш высший состав вконец отощал за последний год…

А есть вообще хочется ужасно… Стикк сегодня так разошелся, что до столовой я так и не дошел…

«Спутник» ушел — замер у врат склада и ждет нас… Пока мы дошли до секции с синими полосами, Айнер нагрузил меня до предела… Когда он затормозил, я сделал шаг вперед и развернулся, как он велел… Стараюсь уловить каждое его движение… Он загрузил карту…

— Бросай!

Айнер просто ударил мысленным приказом — мои руки разжались, и контейнеры рассыпалась с таким грохотом, что он чуть не выронил карту. Это запрещенный прием передачи!..

— Что стоишь?! Собирай!

Айнер закрыл ментальную линию и перешел на обычную речь. Он достал последний контейнер — теперь помогает мне собрать остальной груз. Не знаю, что он сделал, но мне уже спокойней — больше ничего не осталось, как уйти прочь…

Синюю карту за особые заслуги выдают на месяц, но существует ограничение на получение такой привилегии — понедельный лимит. Теперь он окончен, карту сейчас заблокируют. На загрузочной панели уже появилась пометка — блок установлен.

— Кончай, уходим.

— Лейтенант, здесь что-то не правильно…

— Правильно — охота на сахар прошла успешно.

— Охота?

— На сахар.

Черт… Что он сделал? У нас все четко рассчитано — все продовольствие… Если кто-то возьмет то, что ему не положено, — это скажется на всех… и на нем самом. Какой в этом смысл? Объект нас видел — слепых зон здесь нет. Он нас идентифицировал, он знает… Расстрел… Как я мог?! Мое первое нарушение — и сразу после перевода! Жду сигнала тревоги, но тихо — пустынный склад залит ровным белым светом, значит угрозы безопасности нет.

— Лейтенант, это должны обнаружить.

— Ерунда. Центральной регистрации не было.

— Объект проведет регистрацию при разборе.

Лейтенант остановился и обернулся ко мне… Нарываюсь я…

— Боец, разбор проходит, по крайней мере, при подозрении, что было нарушение. Ты думал, что на преступление идешь… И пошел…

Мне сказать нечего — Айнер этим очень доволен.