Там, где кончается путь - Red Lotus Alchemist

спряталось под землю. А ты вот попал под выброс и выжил, — шрамованный усмехнулся. — Как и я в свое время. Ладно, дальше рассказывай.

— Дальше… После этого выброса, или как его там, я снова потерял сознание, не знаю, сколько провалялся… Потом, когда очнулся, решил осмотреться и нарвался сперва на вымогателей, а потом на каких-то тварей. Остальное ты, думаю, знаешь. Кстати, а где я?

— Я же говорил, в нашем лагере. С памятью проблемы?

— Я имею в виду страну.

— Украина, — Теперь в голосе незнакомца проскользнули нотки удивления.

— Украина?! Что за… Не может быть! — Алекс едва не вскочил на ноги от удивления. — Кстати, что это были за твари? Я искренне полагал, что только в Нью-Йорке водится вся эта нечисть…

— Ты, парень, в Зоне, — шрамованный ухмыльнулся. — Тут еще и не такое увидишь…

— Что за Зона?

— Вот так-так! Неужто ты про Чернобыль не слышал никогда?

— Что-то слышал… Что когда-то там атомная станция рванула или что-то вроде того…

— Правильно, — собеседник кивнул. — А потом, спустя двадцать лет, там опять рвануло. Вот после этого второго взрыва и образовалась обширная аномальная зона, в которой все помутировало. И ты, дружок, сейчас в этой самой Зоне и находишься.

— Понятно, — кивнул Алекс и тихо добавил, — что ничего не понятно.

— И все ж таки, — шрамованный внимательно посмотрел на Мерсера, — как тебя сюда занесло?

— Если бы знал, то сказал, — устало ответил тот.

— Угу… То есть получается, что ты — сверхмутант, каким-то непонятным образом попал из Америки в ЧЗО**, ничего ни о чём не знаешь, но умеешь превращать руки в клинки и еще леший знает во что. Мда… Биография у тебя не очень правдоподобная.

— Что есть, то есть, — Алекс пожал плечами.

Шрамованный тяжело вздохнул:

— Ну ладно, допустим, я поверил во всю эту ахинею. А что ты, интересно мне, собираешься делать дальше?

— Откуда я знаю, буду действовать по ситуации.

— Ой, беда мне с тобой, — собеседник театрально вздохнул и бросил Алексу рулон бинта. — Надеюсь, царапину-то свою сам перевязать сможешь?

— Кстати, как тебя зовут? — решил полюбопытствовать Мерсер. Незнакомец поднялся с места.

— Шрамом кличут. У нас тут, понимаешь, своя система имен. А паспортные данные — они для Большой Земли, — и шрамованный вышел за дверь.

— Украина… Чернобыль… Зона с мутантами… Выброс… Должно быть, я брежу, — Алекс рассуждал вслух, пока обрабатывал рану. — Как я вообще мог попасть из Нью-Йорка в Чернобыль?! Даже ядерный взрыв не мог меня так далеко откинуть, и по воде я сюда не доплыл бы. Ещё и половина моих сил пропала. Из-за этого чёртова выброса, что ли? Проклятье! — Алекс прикрыл ладонью глаза и зажмурился от резкой боли, пронзившей виски.

«Пожалуй, пока оставлю-ка я это на потом, а сейчас… — Алекс вспомнил вопрос незнакомца, назвавшегося Шрамом, — а сейчас, и вправду, нужно всё-таки подумать, что я буду делать дальше?»

Закончив перевязку раны, Мерсер откинулся на кровать.

«Взглянем на факты: убивать они меня, вроде бы, пока не собираются, более того — лечат и даже не заперли. Вокруг здесь полно мутантов и прочей дряни, а у меня пропали силы, так что противостоять им будет не так просто. Пожалуй, лучше мне пока остаться здесь, тем более, что у меня пока не очень много информации про эту «Зону»… Да и про то, что со мной случилось.»

Пролежав так минут с двадцать, Алекс всё же встал. Рана в плече ещё болела, а теперь в придачу и нога разнылась. Куда же делась регенерация? Алекс привык к ней и расставаться совсем не хотел.

За окном все еще слышались перебор струн и говор.

«Если я уж решил пока остаться здесь, то, может, лучше попробовать наладить контакт с ними, показать себя с лучшей стороны, а то ещё подумают, что я просто очередная злобная тварь, и пустят в расход», — подумал про себя Алекс, направляясь к выходу.

На улице оказалось довольно-таки свежо. Алекс порадовался, что не забыл накинуть куртку перед тем, как выйти из того домика — все же на улице зябко было… Тоже непривычное ощущение.

Точно. Непривычное.

Только сейчас Алекс, наконец, понял, что не так с его сознанием, почему оно казалось ему таким чистым. Просто чужие воспоминания больше не мешались с собственными — они воспринимались просто как знания. Чужие личности ушли в глубины сознания. Все, кроме одной. Самой первой. Собственной.

«Опять шутки этой Зоны? Ладно, потом разберусь…»

— … Эх, накоплю я на свой домик, — говорил кто-то. — Чтоб у речки, да лес рядом. И ни тебе радиации, ни тварей, — говоривший тяжело вздохнул. — Ни сволочей разных.

— Да ладно, — парировал собеседник. — Может, недолго осталось. Нам, брат, сейчас словно пруха пошла. Это если прикинуть… Ага, точно, три-четыре таких похода как вчера… и все. Можем завязывать с Зоной нахрен.

Первый боец что-то ответил, но Мерсер не вслушивался в его слова. По-прежнему сильно хотелось есть. Алекс мысленно выругался — он помнил провальную попытку поглотить вымогателя. Хотя, возможно, что-нибудь да изменилось?

На плечо сел ворон. Алекс, недолго думая, схватил птицу и собрался было свернуть ей шею и поглотить.

— Эй, мутаген! — окликнул его веселый голос. — Чего птицу мучаешь?

Алекс резко обернулся, разжав руки, и помятый ворон, сердито каркая, вырвался на свободу, оставив в руках Алекса несколько перьев, и сел на плечо новому действующему лицу — светловолосому парню лет двадцати пяти, одетому в серый комбинезон со вставками из гофрированной ткани на плечах, локтях и коленях. Тот самый парень, предупредивший Мерсера во время схватки с теми тварями.

— Жрать, знаешь ли, хочется, — недружелюбно буркнул Алекс. Парень ехидно улыбнулся:

— Есть, как все люди, не пробовал? Говорят, помогает.

— Тебе, может, и помогает.

«А может, он и прав? После этого чертова выброса мое тело и правда сильно изменилось…»

— Хотя, кто его знает… — несколько неуверенно продолжил Алекс после затянувшейся паузы. — Только я сомневаюсь, что здесь есть столовая.

— Ну, — светловолосый хмыкнул, — столовой нет, но бар есть. Пошли, покажу. Кстати, как тебя зовут?

— Как будто еще не знаешь! — Мерсер покачал головой, уверенный в том, что его история уже известна каждому обитателю лагеря. — Алекс.

— Воробей, — они обменялись рукопожатиями.

Пока новый знакомый вел его к бару, Алекс осматривался по сторонам. Лагерь напоминал улицу какой-то заброшенной деревни — два дома, несколько длинных сараев. Все это пребывало в, мягко говоря, аварийном состоянии, хотя обитатели лагеря и старались поддерживать порядок — щели и дыры в стенах построек были заколочены, над крышами и улицей растянута камуфляжная сетка. Посреди улицы горел большой костер, вокруг которого