Я - палач (том 3) - Никита Киров

Кто-то оглушительно заорав, успев зачем-то просунуть пальцы в щель, я хлопнул дверью ещё раз и отошёл. Взрывная волна распахнула её настежь. В ушах зазвенело, всё помещение заволокло густым вонючим дымом.

Вот теперь точно весь Мардаград знает, что я здесь.

Но надо продолжать шуметь, чтобы наши успели отойти. Я пошёл в тот коридор, куда сбежал Стас. Его тела нигде не было, хотя гвардейцы и гарнизон проходили здесь.

Может быть, он работает на Валерана Дерайга. Нет, не с ним. За поворотом я наткнулся на застреленного парня из гарнизона.

Наверняка его прихлопнул Стас, а значит, они его не знали. Разберусь потом. Но куда идти дальше, я пока не представлял. Я подобрал револьвер с пола и несколько раз выстрелил в потолок, чтобы привлечь внимание.

Лампа на потолке разбилась, засыпав пол искрами. Опять стало темно.

В коридоре раздался топот. Бежали за мной, а не за теми, кто отступил. Тем лучше.

Я укрылся за шкафом. Мимо пробежало трое, я настиг последнего и свернул ему шею. Другой обернулся, я переместился к нему и ударил по голове так, что отбил кулак. Пострадавший уткнулся в стену и медленно сполз по ней.

Последний, гвардеец с густой чёрной щетиной, кинулся наутёк.

Его я убивать не стал, пусть отступает и выведет меня отсюда. Гвардеец забежал за угол, чуть не упав на повороте, но дальше ему не повезло ещё больше.

Раздалась оглушительная очередь, и его пробило насквозь вместе с доспехом. Судя по звуку стрельбы, которое до сих пор эхом отражалось от каменных стен, там был целый пулемёт.

— Ты своего прикончил, дебил! — орали там.

— Но откуда же я знал? Ведь был приказ стрелять.

Я забежал за угол и сразу переместился. Там, рядом с очередной стальной дверью, было гнездо для пулемёта прямо в оштукатуренной стене, оттуда торчал чёрный ствол. Щель очень узкая.

С той стороны ссорились. Я призвал меч и сделал выпад. Гибкое красное лезвие разделилось и пролезло в щель. Я дёрнул на себя. Ствол пулемёта заскрипел, на нём остались видны отчётливые следы повреждений. Брызнула чья-то кровь. Кто-то с той стороны заорал от боли.

Попробуйте выстрелить теперь. В правую я призвал Карнифекс и с разбега долбанул по стальной двери. Лезвие призванной секиры прорубило сталь насквозь. Я ударил ещё два раза, чтобы получилось дыра, просунуть туда руку.

Успел открыть массивный засов до того, как начали стрелять. Дверь зазвенела, получая целую очередь, несколько пуль пролетело в дыру и с противным звуком отрикошетили от стены. Я замер. У него диск на пятьдесят патронов или на сто?

Судя по отчётливому щелчку, после которого стрельба прекратилась, диск на пятьдесят. Я влетел в дверь, рубанул автоматчика, а следом офицера, который что-то орал в телефон. Его шлем с головой откатился под стол.

Больше никого.

В голове уже шумело от усталости. Бой короткий, но слишком интенсивный. Под потолком заорала сирена, где-то топали. Но стрельбы не было. Надеюсь, парни успели смыться. Я шумел достаточно громко, чтобы привлечь внимание ко всем.

Я нагнулся над одним из трупов и снял с него тяжёлый доспех. Все ремни я застёгивать не стал, только те, что на плечах. Маскировка всё равно никого не обманет, но пару секунд может дать. А на голову надел шлем, тяжёлый, и с перьями, хоть и не с такими большими и яркими, как у гвардии Таргина Великого.

Но пора идти дальше, прямо во дворец. Сначала прорваться через охрану, потом в залы. И потом где-то там искать Валерана Дерайга. Одному будет сложнее. А если он ещё начнёт бегать…

За очередной дверью лестница, ведущая наверх. Я медленно поднялся по каменным ступенькам, прислушиваясь к звукам. В ушах слышался звук собственного сердца, но вниз пока больше никто не спускался.

Я побродил ещё, пока не выбрался и не оказался в большом зале. Здесь тоже никого не было. Где-то вдалеке слышались залпы артиллерийских орудий.

Дверь, откуда я вышел, находилась под лестницей. Но это не единственный вход в туннель. Здесь много таких ходов. Один наверняка мог идти из кабинета Валерана Дерайга. Там, наверняка, и охраняли сильнее. Но вряд ли Наблюдатель рискнёт спуститься вниз, особенно когда там была стрельба.

Я поправил доспех и поднялся на второй этаж. Там слышались звуки ссоры.

— Ты хочешь нарушить присягу?

— А вот и нет! Я помню слова, а ты? Как там говорилось? Я торжественно присягаю на верность Верховному Наблюдателю Таргину Великому и клянусь служить Небожителям Дерайга. Небожителям! Чуешь разницу? А кто такой Валеран?

— Какая разница? Не все Дерайга были Небожителями! Прошлый, который был до Валерана, тоже не был Небожителем, а вот его сестра-близнец, которая умерла, была.

— Да ты не слушаешь! Небожителем был Инжи, Громов тоже Небожитель. И они сейчас оба против нас! А кто такой Валеран, я спрашиваю ещё раз! Почему это мы должны за него умирать? Он же вообще чужак на севере!

— Потому что его назначил Наблюдателем сам Таргин Великий. А Громов — узурпатор, получается. И Таргин Великий его накажет за этот мятеж.

— Ещё чего! Если бы Таргин хотел его наказать, он бы давно это сделал, а не давал ему титул. Таргин хочет нового правителя, но чтобы тот захватил власть сам.

— А мы лишь пешки в этих играх, — грустно сказал третий голос, который молчал до этого. — Видели, что творилось на поле боя под Нерском? Я едва выбрался живым, у меня доспех чуть не расплавился. Мы всё умрём, но непонятно ради чего.

— Лично я не собираюсь подыхать. Я ухожу.

— Предатель, ты…

— Это ты предатель!

Раздались звуки борьбы. Я выглянул. Несколько гвардейцев дрались друг с другом. Ну пусть развлекаются, мне пока не до них.

Хотя их моральное состояние оставляло желать лучшего. И не только их. Они уже решили, что проиграли.

На пути попался гвардеец, сидящий у здоровенного памятника Таргину Великому. Он, гвардеец, а не памятник, был пьян как сапожник. Рядом с ним валялась бутылка, из которой пролилось немного выпивки прямо на пол. Судя по запаху, это водка.

Гвардеец посмотрел на меня и икнул.

— Вот это я упился, — сказал он. — Вижу перед собой Громова. А говорили, что ты трёх метров роста и пускаешь молнии из жопы.

— Дрыхни, — приказал я.

Гвардеец мгновенно захрапел.

Где-то во дворце раздался одиночный выстрел. В соседней комнате разбилось стекло, или кто-то уронил бутылку. Штурма ещё не было, я запретил его проводить. Брать город — это долго и очень опасно,