Последний Шаман 2 - Никита Бондин

Мудрость — 2 8 (+1)

Способности: Внимательность 3 ур

Любознательность 2 ур,

Систематизирование 2 ур

Гипно-регрессия 2 ур

* * *

Статус магических характеристик: Неофит++ +

Эфирное тело: 44 ур

Восприятие энергий — 22 (+ 4 )

Манипуляции энергиями — 22 (+ 4 )

Способности: Травничество 2ур

Пиромагия 3 ур

Усиление 2 ур

Восстановление 1ур

Астральное тело: 2 6 ур.

Видение тонкого плана — 1 3

Манипуляции на тонком плане — 1 3 (+1)

Способности: Экзорцизм 1ур

* * *

Свободный опыт — 28

Всё же здорово, когда прогресс свой вот так вот посмотреть возможно. И «Заклинателя» вкачал, наверняка, посредством создания из собственной эфирки путеводной ниточки. И новую способность «Восстановление» освоил, коей сейчас вовсю пользовался, пропуская через себя потоки природной энергии. И даже манипуляции на тонком плане в астральном теле прокачал, хотя и без понятия, когда и где.

Возможно в тот момент, когда преследовал Лауру и всеми из возможных способов выглядывал и высматривал. Не знаю, в общем, но тоже радость…

А вот когда я в самый низ таблицы посмотрел, то обомлел так обомлел.

Свершилось чудо.

Услышались молитвы.

Целых 28 очков набралось и тут сомнений быть не может, что дарованы они за то, что подружился с девушками. Даже ворона будить не стал, чтобы графой с квестами проверить снизошедшую на меня благодать вселенскую.

Но радость радостью, но предстоит решить, куда их распределить.

Быть может, всё же в Эфирное тело, раз от него такой профит? Или лучше физику поправить, чтоб мебель ненароком не ломал? А может лучше в слабенький Астрал? Или в ментал, как и планировал?

Ох выбор то какой тяжёлый! Ведь всё и сразу хочется и теперь отмеренные мне свободные очки казались очень скромными.

И в муках выбора я сделал то единственное, на что хватило сил, а именно — уснул.

Глава 2

«Со сладкими утренними разборками»

В разнообразиях мук выбора всегда берите первый сорт.

В эту ночь меня настигли сны.

Уже и забыл, когда последний раз их видел. Всё как-то нырял в суете жизни последних дней то в омут воспоминаний, то в чернильную пустоту, длящуюся краткий миг между засыпанием и пробуждением. Да и до этого все сны мои сводились либо к делам насущным, либо к образам бессмысленным. Всё, но не этот.

Мне снилось, что я стою перед обрывом на глубине которого течёт река. И воды её тёмные как ночь безлунная, в которой даже звёзды плотно затянуты облаками. Русло её в точности повторяло изгиб обрыва и посмотрев вперёд, я увидел противоположный склон и выжженную солнцем и ветрами пустошь, уходящую за горизонт. Влекомый ветром, серовато бурый песок слетал с того обрыва и в медленном падении стремился вниз.

До ужаса знакомым казался мне ландшафт и я глазами поискал дорожку спуска к чёрной реке, но лёгкий звук за спиной привлёк моё внимание.

То играла флейта. Легко и сухо, звонко и игриво, перетекая нотами, что та река по камушкам, да валунам сбегая. Я обернулся и узрел могучий ясень уходящий в небо. Он находился на холме, вонзившись мощными корнями в землю и среди их переплетений я разглядел знакомый силуэт.

Там на холме старик играл на флейте и шляпа его качалась в такт мелодии. Настолько странной и не подчиняющейся строгому ритму, она цепляла слух своей неидеальностью, но вместе с этим хотелось и дальше её слушать.

Направившись к нему, я вскоре осознал, что толком не могу идти. Ни холм, ни дерево не приближались, лишь песенка переливалась громче и становилась чётче. Я шёл и каждый шаг как будто происходил в воде, или в болоте вязком, когда трава и мох цепляют за ботинки, а грязь накапливается и тянет вниз.

И стоило взглянуть под ноги, как я увидел тысячи побегов, стремящихся оплести меня и спрятать под собой. Борьба не помогала. Всё сильнее я увязал в них и с каждым вдохом грудь сдавливало всё сильнее и сильнее. И всё это под клятую мелодию, которая в несуразности своей звучала словно жизнь моя.

Когда дышать стало практически невозможно, я из последних сил вытянул шею к живительному воздуху и в этот момент кинутая с холма флейточка тюкнула меня прямиком в лоб.

И я проснулся.

Сперва не понял, кто я, где я, зачем тут нахожусь, а после узнал люстру в гостиной дома Елизаветы и вспомнил всё. Из окон хмурый рассвет только-только простирал свои лучи и выходило, что как и предыдущим утром я пробудился раньше всех. Попробовал подняться, но с удивлением заметил, что сделать это не так-то просто.

Дабы выяснить, в чём дёло, голову приподнял и носом воткнулся в мягкое и шерстяное.

— Варюшка, едрить тебя в тудыть, — прошептал ей тихо, но та и до мявка не снизошла, продолжая мирно спать. — Ты что тяжёлая такая?

Вопрос остался без ответа. В попытке её снять, я прямо за ней обнаружил двух мирно спящих воронов.

— Да ёж вам в пёж… я вам что, лежанка? — бурчал в их адрес шёпотом, беря и кошку под бочка, и воронов, и осторожно к изголовью кресла их перекладывая.

Те не сопротивлялись и только сонно ворчали, тут