Евгений Шалашов - Цитадели

Девчонки и мальчишки принялись озираться по сторонам. Высматривали петушка…

— Кхе-кхе, — раздалось за спинами ребят.

Они резко обернулись, хватаясь за оружие.

— Отставить! Это свой, — скомандовал я.

Девчонки и мальчишки послушно убрали оружие, но с недоверием смотрели на пришельца — низкорослого старичка, покрытого рыжей шерстью.

— Хоббит! Настоящий! — в сладком восторге взвизгнула Викуся.

— Витька, окстись, какие на фиг тут хоббиты? — сурово парировала Настя. — Леший…

— Домовой я, — просто ответил старичок, внимательно осматривая команду.

— Тогда уж, крепостной, — рассудительно высказался Андрей, пришедший в себя раньше девчонок. — Только, крепостной — звучит как-то плохо, будто «крепостной крестьянин». Лучше цитадельный.

— Нешто, — махнул рукой старичок. — Крепость — это тоже дом. Эх, долгонько мне вас ждать пришлось. Теперь вместе будем. Вы тут пока хозяйство в порядок приводите, а я ваши вещи покараулю. А ежели что — так заранее обо всем и упрежу. Не беспокойтесь. А потом — если вопросы какие будут, то не стесняйтесь, говорите. Только мне с вами всего один раз в день разговаривать можно. Ну до скорого!

С этими словами домовой исчез.

— А он настоящий? — раздался робкий голос.

Спрашивала Елена, хотя подобный вопрос следовало ожидать от Виктории. Ну значит, и ее, невозмутимую, припекло. Ну что с девчонок взять, если ночью бывший участковый, завидев старичка, так перепугался, что пообещал бросить пить?! Похоже, домовой и притащил откуда-то бутылку, чтобы успокоить паникера…

— Самый настоящий, — успокоил я девчонок. — Будем рядом с ним жить. Ничего, скоро привыкнете.

Я говорил самым естественным голосом, хотя если честно, то и сам до сих пор не привык ко всему происходящему и всем этим разностям. В Цитадели я домовых не видел. Или они просто не попадались на глаза. Но вопли-то слышать приходилось.

— Лучше бы мусор выгребать помог, — вздохнул Гном, берясь за лопату. — А на будущее — имейте в виду, что нужно ему мисочку отдельную завести и молоко туда не забывайте наливать. Вот насчет работы по дому — это все сказки… Лентяи они все.

— Все — это кто? — поинтересовался Антошка, загружая очередные носилки. Чувствовалось, что прекрасно разбираясь в гномах, кобольтах и прочих персонажах западноевропейской демонологии, парень смутно представлял «родных» мифологических героев.

— Домовой же не один. Будут у него помощники. Как только двор заведете — дворовый заявится. Ну и все прочие бездельники. Баннушка, тот, что в бане живет, он даже воду себе ленится наливать. Будет сидеть и орать, что твой кот, который себе на что-то важное, не при девушках будь сказано, наступил, а сойти — лень. Все самим приходится.

— А правда, что если мыться в бане после полуночи, баннушка может кожу содрать? — замирая от ужаса, спросила Витуся.

— Правда, — страшным голосом отозвался Гном.

— Ой, а если помыться надо? Вот, как после такой работы — придешь в баню, а с тебя возьмут — и кожу сдерут… Бр-рр. Я же совсем некрасивая стану…

Ржали уже не только мы. Откуда-то из пустоты донесся и старческий хохоток… Прелесть, не девочка!

К ночи этаж был зачищен. Смотрели, сами удивлялись. Когда принимались за работу, не надеялись справиться и за месяц.

Ребята ушли мыться к озеру, а мы с Гномом немного задержались. Походили, пытаясь понять — добрались ли мы до пола или это уже подвал. Если пол — замечательно! А коли подвал, работать и работать…

— Есть идеи? — спросил я друга. — Или, опять скажешь — командиру видней?

— Нужно здесь все помыть — тогда и посмотрим. Или — «цитадельного» нашего озадачим. Ему как раз можно будет говорить.

Мы огляделись еще разок, но ничего нового не обнаружили. Потом пошли догонять народ. Когда подошли, обнаружили, что пропал Андрей-старший…

— Он же весь день тут пролежал, — недоумевал Вася. — Только за водкой и выполз.

— А вещи его смотрели? — спросил я ребят.

Посмотрели. Исчезла запасная палатка, часть продуктов, топор и все личные вещи Андрея-старшего. Около кострища лежала бумажка, придавленная пустой бутылкой.

«Ребята, не поминайте лихом. Ухожу возделывать поле. Буду вашим первым фригольдером. При случае — подкиньте мне каких-нибудь семян. Андрей».

— А кто такие фригольдеры? — спросила Вика.

— А где мы ему семена возьмем? — в унисон отозвалась Елена.

— Так в средние века называли свободных крестьян. Вроде американских фермеров, — объяснил Андрей-младший. — А семена из Цитадели пришлют. Так, Олег Васильевич?

— Так, — рассеянно кивнул я, раздумывая, какую же подлянку кинул нам бывший участковый. Я же рассчитывал на его руки! Значит, из восьми человек двоих уже нет. А прошла только неделя!

— И что он будет делать? Как один в лесу жить будет? — вопросительно пожал плечами Антошка.

— Будет деревья рубить, пеньки корчевать, — объяснил я.

— Это как мы на даче, — скривилась Елена. — Как вспомню — так вздрогну. Родители участок на болоте взяли, хотели картошку и лук выращивать. Сто потов сошло, пока что-то выросло. Муж со мной из-за этой долбаной дачи развелся.

Ужин готовили сообща. От работы и свежего воздуха есть хотелось зверски. Я стал прикидывать — на сколько дней нам хватит еды? Если учесть, что Андрей утащил примерно треть запасов, то ненадолго. Утешало, что должен подойти обоз из Цитадели, но Ярослав точную дату не назвал. Скоро — понятие растяжимое. Видимо, придется ловить рыбу и питаться ухой. Мы-то с Гномом продержимся, а народ?

После ужина, прошедшего в полной тишине, мы вымыли посуду и легли спать. Я собирался выставить караульного, но Гном показал на шевеление в траве, где бродил домовой.

Утром проснулся оттого, что меня кто-то дергал. Осторожно вылез из спальника и пробрался к выходу из палатки.

Как я и думал, разбудил домовой-цитадельный.

— Ну чего узнать-то хотел? — нетерпеливо спросил он. — Давай, спрашивай быстрее.

— Как с подвалом дела?

— А что с подвалом? — не понял дед. — Хороший подвал, глубокий. Полтыщи лет стоял и еще тыщу прослужит.

— Да я не про то, — помотал я головой. — Он как — пустой или забит чем? Ну мусором, золой…

— Не знаю, не лазил, — задумался старик, озадаченно почесывая мех на подбородке. — Когда народ — те, кто жив остался, — в главную Цитадель ушел, крепость сожгли, то и я вместе со всеми ушел. Чего мне тут одному делать? Щас, посмотрю.

— Э, дедушка, постой, — удержал я его. — А ответишь ты мне когда?

— Точно ведь, — хлопнул себя кулаком по лбу дед. — Сегодня-то я уже говорить не смогу. Давай так сделаем. В полу люк есть. Я там какую-нибудь меточку оставлю. Люк откроете, так все сами и увидите.

Цитадельный (все-таки приклеилось!) не подвел. В дальнем углу мы обнаружили процарапанный контур, из которого торчал увесистый ключ. Ай да дедушка!

— Ну что, архаровцы? — весело завопила Вика, хватаясь за ключ. — Подымем!

— Давай-давай, — поощрительно улыбнулся девчонке Гном.

Вика попыталась провернуть ключ. Куда там! Только объединенными усилиями и при интенсивной поливке подсолнечным маслом (а где я вам машинное найду?) замок тихонько заскрежетал, говоря, что собачка таки отошла в сторону. Андрей вставил в зазор жало своего клевца, нажал и слегка приподнял крышку. Антон просунул в расширявшуюся щель лезвие топора, а мы с Гномом окончательно отжали крышку.

В полу обрисовался провал, в котором виднелась солидная металлическая лестница. Ступени слегка затронуты рыжиной ржавчины, но выглядели основательными.

— Ну кто первый? — нетерпеливо заерзал Антон. — Можно мне? У меня и фонарик с собой.

— Подожди немножко, — остановил его Андрей. — Пусть воздух выйдет.

— Какой воздух? — удивился Антон.

— Вот, заметно, что человек никогда не имел дел с кессонами, — назидательно изрекла Елена. — Там воздух старый, застоявшийся. Мой знакомый, царство ему небесное, так вот однажды в кессон залез. А его жена спасать полезла.

— И что? — заинтересовался Антон.

— Через месяц обоих достали…

Я присел на корточки. Ребята молодцы, что подстраховываются. Да я и сам, когда отправляюсь в овощехранилище брата, откидываю крышку кессона и жду несколько минут. Но что-то мне подсказывало, что застоявшегося воздуха в этом подвале быть не должно. Принюхался. Как ни странно, не было ни запаха плесени, ни разложения. Напротив, тянуло свежестью.

— Антон, дай фонарик, — попросил я.

— Лучше это, — протянул запасливый Гном длинную свечку. — Если горит — безопасно! Настоящие диггеры только со свечками ходят.

— Ах ты, дитё подземелий, — обозвал я его, но отказываться не стал. Хорошо, что он мне мышку не предложил. Тоже, говорят, эталон…