Мера один (СИ) - Изотов Александр

Он сказал:

— Трутень хорошо себя показал на аренах, — Фолки усмехнулся, — И Альфа захотел проверить своего сына.

— Фолки, я не разрешала рассказывать, — нахмурилась Волчица.

— Извините, госпожа, но не пошли бы вы к нулям? — ехидно ответил помощник.

Хакон засмеялся, оглушив весь подвал, а Хильда огрызнулась:

— Сейчас тут второй зверь на стуле сидеть будет!

— Где ж мы его достанем-то? — удивленно произнес Фолки, будто не понял угрозы.

— Мастер Хакон, вы видите, что творится? — возмутилась Волчица, — До чего докатились Серые Волки…

— Вижу, Дикая, — утирая слезы от смеха, ответил глава, — Фолки, рассказывай дальше.

— Мастер!

— Спика, — продолжил Фолки, игнорируя злую Хильду, — Кто-то подговорил Альфу, и старый хрыч…

— Побольше уважения, зверь, — строго сказал Хакон, но в его глазах все равно сидели веселые искорки.

— Кто-то подговорил великого мастера Рагнара, — поправился Фолки, — И старый хрыч захотел увидеть сына в деле. Взяли троих самых сильных прималов, и они должны были сражаться с парнем на арене.

— Ясно, господин зверь, — кивнул я.

— Это не должен был быть бой до смерти, — процедила Хильда, — Зачем Альфа опустил палец? И почему убили только моего?

Уж не знаю, какая ступень у сына Альфы, но тренера наверняка самые дорогие и сильные. Что я понял насчет Нулевого мира — истинная сила определяется мерой, но от навыков она зависит не меньше.

И все равно меня свербил какой-то жучок сомнения. Это не все, что я должен знать.

— Мы думаем, что клан Полуночная Тень подговорил Альфу, — сказал вдруг Хакон, — Спика… Или как там тебя? Марк, то, что ты сейчас здесь слышишь, секрет клана. Ясно? Отвечай.

— Ясно, господин зверь.

— Драная Глотка тоже могли, — наконец вставила слово Хильда, — У них свой резон не дать нам сказать «слово» на Совете.

— Глотка — напыщенные идиоты, — скривился Хакон, — У них мозгов хватает кричать только о чистоте их крови. А вот Грэй… Этот Волк хитер.

— Если честно, я думаю, это через Ульвара, — сказала Хильда, — Он же близок к свите Альфы.

Пока звери разговаривали, я вдруг понял, что Хакон не сводит с меня взгляда. При этом меня все время одолевала мысль, что я забыл о чем-то важном.

— Спика, ты хотел бы…

Но договорить главе не дали. В подвале прозвучал сиплый голос Безликого.

— Глупцы… Вы ничтожество…

— Опа! — Хакон удивленно повернулся, — Заговорил.

— Моя жизнь не принадлежит ни мне, ни вам, — просипел убийца, — Вы убьете меня, но я воскресну. А вот вы сдохнете навсегда!

Звери, нахмурившись, слушали эту речь, а я сразу вспомнил ангела в Проклятых Горах. Он тоже тогда хвалился: «властелин не даст умереть…» И Хали ему ответила, что «ни один предатель не будет воскрешен».

Значит, в Нулевом мире есть рабочая техника воскрешения. Правда, я до этого думал, она работает только там, наверху.

Получается, даже до Вольфграда дошли отголоски той войны, что творится в Медосе, среднем мире ангелов. Эх, мне бы больше информации об этом мире, чтобы я вообще представлял, что происходит. Пока это все обрывки паззлов…

— Спика, — вдруг сказал Хакон, — Я чувствую, что ты что-то знаешь.

Я округлил глаза в ответ, и вдруг сообразил, что сверчок сомнений, который меня все это время грыз, исчез. У меня появилась лютая уверенность, что я должен все рассказать. Вот прямо все, что знаю.

Сжав челюсти, я попытался взять под контроль свои эмоции и мысли. Кажется, меня все это время просто сканировали. Как же силен этот Хакон. С ним надо держать себя в узде — четко знать, какая мысль своя, а какую внушили. Но вот как это понять?

— Отвечай, — небрежно бросил Хакон, — Можешь сказать только то, что считаешь нужным, я тебе доверяю.

А мою душу уже просто выворачивало! «Я тебе доверяю.» Да после таких слов разве я могу что-то скрыть от этого великого мастера? Величайшего! Он же столько для меня сделал. Он же глава клана. И он за Белых!

Последняя мысль вдруг напомнила про Василия Иваныча и Петьку, эти смешные анекдоты про Белых и Красных. Эта капля юмора вдруг разбавила наваждение, и стало чуть полегче.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хакон удивленно повел бровью, не сводя с меня взгляда.

— Хильда, все-таки ты откопала отличного примала, — варвар засмеялся, — Он сопротивляется мне.

Меня бесил вечный оптимизм этого зверя, но надо было уже что-то отвечать.

— Меня привели сюда от Скорпионов, — сказал я, четко подбирая слова, — Мастер Грэй и его воины собирали нас по деревням крестьян.

— Это мы все знаем, — покачал головой Хакон, — Они действовали по указу Альфы и приора. Скорпионы преступили закон.

— Мастер Грэй убил бывшего старейшину Скорпионов, — сказал я, — Он был связан вот такой веревкой, — я кивнул на Безликого.

— А вот это интересно, — усмехнулся варвар, — Так вот куда делся тот древний старик.

Я промолчал, пытаясь вспомнить все детали.

— Расскажи свою версию, — вдруг сказал Фолки, — Слуги всегда что-то знают про хозяев.

Предложение казалось заманчивым, но все же я чуял, что мне нельзя раскрывать все детали. Я пытался построить свою речь так, будто только наблюдал со стороны.

— У нас говорили, что Белые Волки приняли новую веру, — сказал наконец я, — Скорпионы получили право покарать их.

— Это право потом Кабаны же и оспорили, — хмыкнула Хильда, — Да, довольно глупо все получилось, и я удивляюсь, как скорпы попались на такую удочку. Совет принял поспешное решение, а скорпы поспешили его выполнить.

— Одни говорят, что ереси не было, — задумчиво сказал Хакон, — Другие — что была, но это сами же Скорпионы и подстроили. Чтобы выслужиться перед приором.

— Был один просветленный, его видели у хозяев, — вдруг сказал я, — Скорпионы поймали его в деревне Белых.

Три пары глаз удивленно уставились на меня, не считая мутного взгляда Безликого. Тот опять плавал в своем омуте безумия.

— Вообще тот Совет был неполным, — сказал Хакон, — Помнишь, там от Серых Волков были только полуночники, другие кланы не приглашали.

— Мало того, что Совет сейчас представляет не пойми что, так его и проводят, как вздумается, — зло бросила Хильда.

— Даже если был просветленный, — с сомнением сказал Хакон, — Белые не идиоты, принимать их веру. Все знают, какое наказание за эту ересь.

— Была какая-то печать… — сказал я, и поспешно добавил, — Господин зверь.

В подвале повисла тишина.

— Не может такого быть, — покачал головой Хакон, — Я понял, про что ты. Чтобы старейшина Белых поверил в подлинность, там должно было стоять «слово» Кабанов.

— «Слово» легко проверить… — сказала Хильда, — Любой оракул может сказать, было оно или нет.

— Вот и проверим сегодня — сказал глава, все так же внимательно глядя на меня, — Не простой ты крестьянин, Марк-Спика…

Глава 18. Новые грани стихии

— Спика, твою мать! Просыпайся!

От крика Хильды я чуть не растерял все свои ступени первушника. Распахнув глаза, я подорвался вскочить, кровать не выдержала и снова рухнула на сломанную ножку — моя ночная починка не сильно помогла.

— Первота сраная, — Волчица стояла перед открытой дверью в своей любимой позе, уперев руки в боки, — Быстро встал, идем к наставнику!

— Какому… наставнику? — спросил я осипшим голосом, еле поднявшись.

Хильда сэкономила на лекаре, и забинтованное плечо еще болело, не успев зажить. Да и мышцы намекали, что ночная борьба с убийцей для меня прошла на пределе.

— К нулячьей бабушке вопросы! Через минуту у ворот!

Волчица вышла, и я остался один, ошарашенно глядя на дверь заспанными глазами. Дерьмо нулячье этот ваш нулевой мир, даже здесь хрен выспишься! По моим ощущениям было часов пять утра только.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *

— Мастер Скойл его зовут, — сказала Хильда, когда мы шли по утреннему Вольфграду, двигаясь к подножию холма.

Стены домов были чуть влажными от росы, а в середине улицы даже висела белая взвесь тумана. Солнце взошло где-то там, за горами, и освещало пока только розовые облака над городом, отгоняя ночной мрак.