Чернокнижник из детдома - Сергей Александрович Богдашов

ближнем левом углу кто-то пискнул, в середине бились на подушках, а справа переодевались, но я туда даже не повернулся, целомудренно уставясь, куда надо.

Хм… Совсем целомудренно не вышло. Две старлетки точно решили меня смутить, иначе ничем другим не объяснить их наряд в ночнушках посреди дня.

К счастью, никакого эротического подтекста я в этом зрелище не увидел. На пляже, и то больше показывают, а тут и посмотреть не на что. Две доски в рубище ниже колен.

Вот уж не знаю, что у них взбрендило, в показе себя в ночнушках, но тайные девичьи мысли — для меня потёмки.

Там порой такие зигзаги выкрутасы выписывают, что умом не понять. Угу, вот так сложно всё, что даже слова запинаются.

— Вы одевайтесь, а я ещё раз зайду, через пару минут, — обломал я надежды начинающих стриптизёрш, — Кстати, я тут тебе халатик прикупил, — бросил я Томе на кровать пакет с одеждой.

И там не только халат. Там ещё двадцать минут моего пунцового лица, когда я покупал для своих девчонок нижнее бельё.

— Ну, рассказывай, — повторил я свой заход через пару минут, с удовольствием отметив, что с размером халата угадал.

Томка, на всём фоне их блеклой комнаты, выглядела ярко. Как тропическая бабочка, залетевшая в солдатскую казарму, лет десять не видевшую ремонта.

— Меня Ирина попросила, чтобы я её с тобой познакомила. Говорит, она согласна, — добросовестно изложила мне Томка, застенчиво трогая отвороты новенького тёплого халата.

— Не понял. На что согласна? — повернулся я к её соседке.

— На всё, что скажешь! — бессовестно заявила она, и залихватски мне подмигнула.

— Упс-с… — вынужденно произнёс я вполне запрещённые звуки.

Обычно, после них в моём мире взрывались лаборатории, менялись династии правителей, а то и острова пропадали.

— И нас забирай! — не утерпев, дуэтом вписались в общий хаос две расхристанные блонды-близняшки, базирующиеся у окна, прекратив свою подушечную битву.

Э-э-э… Не понял…

Глава 13

Армейские рации

Зима неумолимо вступала в свои права.

Снега выпало совсем немного, но ночные заморозки порой уходили в приличный минус. На следующей неделе так вообще под минус тридцати синоптики обещают.

Со слов парней я знал, что самые свирепые морозы придут к нам в январе и феврале. Там и сорокоградусные морозы — вполне обычное дело.

Вот так быстро закончился сезон нашего ландшафтного бизнеса, даже толком не начавшись. Всего-то три заказа успели отработать, заработав в общей сложности двенадцать с половиной тысяч рублей. Маловато, но с учётом имеющегося запаса я парней сумел приодеть. Пусть пуховики и шапки у них не из дорогих бутиков, а с китайского рынка, но вещи вполне добротные. По виду и качеству куда лучше их обычной одежды, выдаваемой в детдоме. По крайней мере теперь они ничем не отличаются от доброй половины обычных школьников, из семей, и никто пренебрежительно не тычет пальцем в их сторону.

Признаться, мы всерьёз задумались о заработках.

Тем неожиданней для всех стала тема армейских раций, ради которой один почти что знакомый мужик вызвал меня в кабинет директора.

— Соколов, я что к тебе приехал…

— Александр, — поправил я мужика, и наткнувшись на непонимающий взгляд, пояснил, — Соколов — это чересчур официально. Если хотите попросить о чём-то, то лучше по имени ко мне обращайтесь. Не буду чувствовать себя солдатом — новобранцем. Это там, знаете, по фамилии принято — боец Соколов, упал и сто раз отжался.

— Хм, уел. И действительно — попросить. Вы там, в своём радиоклассе в транзисторах и лампах хоть немного разбираетесь?

— Они разные бывают, как и устройства на них. Лучше прямо скажите, о чём речь?

— Армейские рации. Старые. С консервации.

— И что с ними не так?

— Так не работают, — сокрушённо развёл мужик руками.

— Как мне к вам лучше обращаться?

— Всеволод Степанович, — наконец-то представился мужчина.

— Всеволод Степанович, десяток раций сможете привезти? Желательно, не самых убитых.

— А что, одной не хватит?

— Из двух или трёх раций одну почти наверняка можно будет попробовать собрать. Чисто отремонтировать — нет, не выйдет. У нас и деталей нужных нет, и наверняка то, что мы из старых приёмников или телевизоров выпаяем, для армейских изделий не пойдёт. Ни по размерам, ни по параметрам. А можно вопрос?

— Ну, задавай.

— А что, у вас своих мастеров нет?

— Знаешь Соко… Александр, как-то перевелись те мастера, что умели с транзисторами и лампами работать. В крупных городах ещё остались, а у нас нет. Была пара пенсионеров, с дипломами, но кто-то хитрей и быстрей нас оказался. Сманили их. Ещё год назад. То ли в Хабаровск, то ли во Владивосток. Короче, когда я начальнику связи рассказал, что парни из детдома сами осциллограф отремонтировали, он мне не поверил. Говорит, у них не та техника теперь. Она или сама ошибку выдаёт, или тестер специальный её показывает, а дальше они сразу всё целым блоком меняют. Посмеялся даже, вспомнив, как его радисты обычный паяльник, что помощней, минут пятнадцать искали. Привыкли к своим, миниатюрным, а тут им провод потолще попался.

— Много обещать не буду. Но что-то можно будет попробовать восстановить. Первый раз — бесплатно. Мне самому интересно.

— Бесплатно для каждой партии? — осторожно поинтересовался собеседник.

— В смысле?

— Так на хранении несколько разных типов радиостанций находятся.

— Не-не, речь про какую-то одну серию шла. Вы уж там выберите, что вам нужней всего, а мы попробуем сколько-то экземпляров восстановить из того десятка, что вы привезёте, — открестился я от массового ремонта армейского старья.

Скажете, самонадеянно? Маг — чернокнижник, и ремонт радиоаппаратуры…

Ну, на самом деле не всё так плохо. Это Всеволод не смог ремонтников найти, оттого, что не знал, где их искать, а вот на «блошином рынке», где старики старьём торгуют, порой такие дискуссии разворачиваются, что куда бежать. Там оппоненты, чуть ли не за грудки друг друга хватают, споря о достоинствах и недостатках тех или иных транзисторов и радиоламп, а то и на вовсе загадочные темы гетеродинов и частотной модуляции. Сам пару раз был свидетелем. Вот этих-то «горячих парней» я и привлеку на первое время, в качестве консультантов. Сдаётся мне, им даже платить почти не придётся, дай только покопаться в той армейской технике, что в их времена считалась секретной.