Огнев. Академия - Алексей Губарев

И да, если бы не ты, я, скорее всего, сейчас лежал бы в регенерационной капсуле.

— Ну уж нет, Огнев, одними оправданиями и неловкой благодарностью ты от меня не отделаешься сегодня. — прошептала мне на ухо девушка, после чего потащила за руку: — Идём, покажу тебе твои покои.

И показала. Раза четыре, не меньше.

* * *

Отдых в особняке закончился утром следующего дня, вместе с приездом отца Марии. К счастью, княжна к тому времени покинула мои покои, а сам я, по уже сложившейся в академии привычке, вышел на пробежку. Для подобного занятия на личной территории Воскобойниковых имелась отличная спортплощадка, скрытая в глубине сада. Вот там меня и застал глава рода.

— Молодой человек! Уделите мне несколько минут своего времени. Это важно. — раздалось за моей спиной, когда я, уже усевшись в позу лотоса, погрузился в астрал. Моя физическая оболочка постепенно менялась под воздействием праны, из-за чего мне периодически приходилось наводить порядок и с астральным телом.

Поднявшись, я повернулся на голос, и встретился взглядом с высоким, широкоплечим мужчиной в военной форме, знаки различия которой говорили, что передо мной стоит генерал. Кто он такой, догадался сразу — всё же Мария рассказывала, что отец у неё — командующий первой космической десантной армией, то есть настоящий боевой офицер.

— Ваше высокопревосходительство, разрешите доложить! — моё тело приняло стойку смирно. — Курсант Огнев, первый курс императорской академии. В настоящий момент числюсь в краткосрочном отпуске по семейным обстоятельствам. Здесь нахожусь по…

— Вольно! — улыбнулся князь. — Курсант Огнев, с этой минуты обращайся ко мне Евгений Сергеевич. Мне на службе эти чины поперёк горла. Пошли, разговор у меня к тебе имеется.

— Хорошо, Евгений Сергеевич. — ответил я, и двинулся за генералом. Что меня удивило — Воскобойников был один, без сопровождения.

Оказавшись в особняке, сразу же направились в крыло, где располагались хозяева, и это чуть насторожило меня. Значит предстоит очень серьёзный разговор. А когда мы вошли в кабинет, и генерал закрыл двери на ключ, жестом указав на одно из четырёх кресел, стоящих вокруг журнального столика, стало ясно — отец Марии что-то задумал. Ну посмотрим, что хочет предложить мне этот смертный.

Князь тем временем прошёл к стене, достал из большого бара два бокала и бутылку, заполненную янтарной жидкостью, после чего вернулся. Разлил напиток по чуть-чуть, буквально на два пальца, один бокал пододвинул ко мне, с другим уселся напротив. Я принял предложение выпить.

— Пусть наши рода процветают. — произнёс Воскобойников, отсалютовав бокалом. Я ответил ему тем же, и одним глотком выпил. От горла к пищеводу тут же прокатилось пламя. Хорошее пойло, я даже вспомнил, как однажды меня угощала подземная раса полудемонов. Там выпивка была раз в сто ядрёнее, ну так и у меня тело обычного смертного.

— Хорошо держишься. — произнёс генерал, которому не удалось так же легко перенести последствия алкоголя. — Знаешь, что ты сейчас выпил?

— Даже не буду пытаться угадать. — честно признался я.

— Это вегостский самогон, производится в государстве Ишим, на одной единственной планете. Не более пятидесяти бутылок в год. Стоимость одной — примерно как одна планета аграрного типа, вроде такой, как твоя Искра. К чему это я, понимаешь?

— Догадываюсь. — кивнул я.

— Отлично. Смотри, какая у нас ситуация. Мария — не избалованная девочка, но она привыкла жить в комфорте, и будем честны, ты даже близко не сможешь предложить ей приемлемые условия. Да что говорить, у вашего рода даже нет собственности в столичном мире. Поэтому я задам тебе вопрос. Чего ты хочешь?

— Евгений Сергеевич, вы намекаете, что я дружу с вашей дочерью в корыстных целях? — мне пришлось изобразить на лице едва сдерживаемый гнев, хотя вся ситуация на самом деле вызывала у меня лишь улыбку. Как же я давно не развлекался во все эти игры смертных. Не дай Бездна, ещё войду во вкус.

— Я спрашиваю, как ты собираешься создать моей дочери приемлемые её статусу условия? — пошёл на попятную генерал. Оно и понятно — оскорблять меня у него формально нет никаких прав, а вести себя откровенно грубо — настоящие дворяне не позволяют себе столь недостойного поведения.

— Хм. — я покрутил в руках бокал. Так, а ведь этот предмет выточен из цельного куска горного хрусталя. А что, если применить к нему «создание души». Мысль тут же перешла в действие, и вскоре к меня в руках был истинный артефакт, с вместимостью семидесяти частиц духа. Я тут же наполнил бокал энергией предтеч, поставил его на стол, и подтолкнул к хозяину кабинета: — Евгений Сергеевич, посмотрите, что случилось с этим хрустальным кубком.

Воскобойников нахмурился, но всё же принял игру, и взял бокал в руки. А через секунду его взгляд изменился, сначала на удивлённый, а после в глазах князя заплясали искорки веселья. Поставив артефакт на стол, он откинулся в кресло, и произнёс, улыбнувшись:

— Удивил. Пожалуй, ни у кого в империи нет кубка, способного держать в себе частицы духа. Так вот почему мне не удалось по своим каналам ничего разузнать о тебе. Что ж, один вопрос отпадает.

— Теперь моя очередь спрашивать? — поинтересовался я, тоже улыбнувшись.

— Справедливо. Что ты хочешь узнать? Только в пределах разумного.

— Зачем отдали дочь в академию? Она же у вас одна, если я правильно информирован.

— Кто ж меня спрашивал. — проворчал генерал, и вновь взял бутылку, чтобы наполнить бокалы. — Сама пошла, не спросив разрешения. Мне, конечно, сообщили, но я не успел перехватить. Одна надежда — не пройдёт отбор, и не согласится на последнее испытание. Держи.

— Благодарю. — ответил я, принимая бокал. В этот раз генерал налил половину. Мы выпили. Помолчали. Воскобойников молча поднялся, прошёл к столу, взял с него большой коммуникатор, что-то проделал с экраном, и вернулся. Протянул мне:

— Вот. Посмотри. Благодаря этому видео я с тобой завёл разговор, а не приказал покинуть особняк сразу, как увидел.

Я запустил видеофайл, и с интересом стал наблюдать за космическим сражением. Лишь через десяток секунд понял, что мне показывают тот бой, на орбите планеты. Когда произошёл пробой Альфа. Подняв глаза на генерала, спросил:

— Евгений Сергеевич, в данном случае я поступил так, как и любой другой на моём месте.

— По статистике, лишь десять процентов последовали бы твоему примеру. Остальные не готовы сражаться