Я Гордый 6 - Тимур Машуков

он к сидящим рядом девушкам. — А мы все по старинке убиваем, никакой романтики. Ну, колись, родная, как ты докатилась до жизни такой?

— Я… не знаю. Как-то оно само собой получилось. Достал он меня. И Лю хотел забрать, — натурально пустила я слезу.

— Нет, я не осуждаю, ты не подумай, -примирительно сказал он. — Просто не слишком ли жестоко?

— Милый, а давай ты в это лезть не будешь? И если что, мы ее целиком и полностью поддерживаем, — встала Ольга и выглянула в иллюминатор, под которым и висел их пленник. Из-за ветра его воплей слышно не было, хотя, возможно, он молчал, банально потеряв сознание от болтания на веревке.

— И не собирался. Просто для того, чтобы его незаметно на дирижабль протащить, пришлось целую операцию разрабатывать, вот и интересуюсь. А так-то да — Янь в своем праве, и все такое. Ну и Лю — уже мой сын, так что всякий, кто покусится на него, тем самым покушается на меня. А это чревато, знаете ли.

— Ты прав, Первый. Я разберусь. Но это же не главная наша проблема, -посмотрела я на притихшую девушку, которую мы вытащили из здания Корпорации.

— Кстати, да. Лилит, хватит трястись, как монашка перед обрядом дефлорации. Как ты, опытнейший профессионал, умудрилась так вляпаться⁈ Из-за тебя у меня сорвался отдых, поэтому пой, а то присоединишься к другу Янь. Я добрый, но в меру. А сегодня очень злой. Вон, видишь, даже кофе не пью, а это плохой признак.

— Да что рассказывать? Еще в Новгороде я наткнулась на следы наших малефиков. Пара человек осталась следить за дворцом, когда ты пропал. Ну, я их по-тихому и устранила. Но прежде они рассказали мне о Давыдове, что якобы сбежал к ханьцам, но доказательств тому не было. Тебя тоже, а сама туда лезть я не решилась.

Потом мы полетели на Камчатку, где нашлось подтверждение этой информации. Ну, я и рванула к ханьцам, воспользовавшись старыми тропами контрабандистов, что давно шастают туда-сюда, минуя официальные кордоны.

Уже в империи я напала на его след, но выяснилось, что он живет под защитой Корпорации. И вольно себе так живет, совершенно не скрываясь. Однажды я даже с ним столкнулась лицом к лицу, но он меня не узнал.

Ждать, пока ты приедешь, было долго, вот я и решила действовать через официальные власти, зная, что с ханьцами у вас прекрасные отношения. Но я не учла одного — что в этом городе все подчиняются отнюдь не императору.

Меня схватили, потащили к их главной. Я не сопротивлялась, будучи уверенной, что смогу сбежать. Но просчиталась. Они уже знали, кто я такая, и ждали тебя. И конечно же, отдавать меня тебе не собирались. Наши малефики были поставлены в известность о том, что я жива, и за мной должны были приехать. Но ты успел раньше.

— Я понятия не имел, что ты у них, -сказал он. — Пока мне об этом не сообщила та идиотка. О чем ты думала, когда в одиночку лезла туда⁈ А вдруг бы у них все получилось?

— Ну, тогда бы я умерла, на этот раз по-настоящему… — равнодушно пожала она плечами.

— Умерла, говоришь… не подумала, говоришь… Один семь, хватай ее!

Мое тело действовало на автомате. Едва приказ прозвучал, как мой эфир сковал Лилит. А Первый, как всегда, что-то сделал с ее одеждой, отчего она не могла двигаться. После этого он встал, вытащил ремень из штанов и пошел к нам.

— Ты не посмеешь! Ты этого не сделаешь!!! — судорожно задергалась та.

— Посмею и сделаю. За неправильные поступки надо отвечать. В твоем случае поротой задницей. Так что расслабься и не дергайся, а то больней будет. За проявленную глупость и скудоумие ты награждаешься двадцатью ударами ремня по заднице. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. И будет приведен в исполнение немедленно. Лизонька, уведи отсюда Лю. Рано ему еще смотреть на чужие женские попки. А мы начнем. Все считаем громко и подбадриваем наказуемую. Ей это понадобится.

— И-и-и-и, раз! — дружно выдохнули мы, когда ремень опустился на белую задницу, и вопль боли разорвал тишину комнаты…

Глава 14

Глава 14

«Эх, а хорошо все-таки быть принцем», — подумал я, сладко потягиваясь и по-хозяйски кладя руку на прижатую ко мне попку Ольги. Та чуть вздрогнула, но, видимо, это во сне сработал рефлекс. Ночью я ее изрядно погонял.

Уже четыре дня мы находимся в нашей резиденции в Крыму — море, пляж, девушки. И никаких интриг, дуэлей и прочих радостей жизни во дворце.

Нет, по факту мы сейчас тоже живем во дворце, потому как я задолбался постоянно смотреть в оба и хочу банально расслабиться. Ну, и вообще, по-моему отказываться от всяческих благ, делающих жизнь легче и приятнее, глупо. Превозмогания закончились, не успев толком начаться.

Хотя, начиналось-то все круто. После великой победы добра над злом посредством камешка в лоб я скинул Давыдова на высокое дерево, а сам пошел обратно, косплея Терминатора из второй части. По мне стреляли, в меня швыряли магию, а я шел с каменным лицом, иногда ловя зубами пули и эротично выплевывая их на землю.

Вход в здание оказался заблокированным кучей народа, кричащего в мою сторону оскорбления типа «сдохни, умри» и «член мартышки». Последнее мне показалось особенно обидным, потому как у меня никак не меньше, чем у слона, а тут какая-то мелкая обезьяна… Ну, я и обиделся. Нет, доказывать им, что у меня больше посредством снимания штанов не стал — не люблю, когда завидуют, но обиду затаил.

А когда маг обижается, остальные должны бежать. Но это ж ханьцы. Глазенки узкие, вот и не смогли вовремя разглядеть опасность. Нет, я против их глаз ничего не имею. У той же Янь они вообще прекрасные — так бы и смотрел, не отрываясь. Но она моя, а эти чужие. Нет, не так — цузие. Хорошо звучит, прям оскорбительно так.

Ну, в общем, я жахнул так, что стены содрогнулись, а путь оказался свободен. Насвистывая веселую и местами неприличную мелодию, я пошел прямо, потом сообразил, что куда надо идти, я уже не помню, посмотрел на браслет, потом сверился с картой эвакуации, висящей на стене, потупил пару минут в поисках пяти различий — и решительно развернувшись, потопал в нужном направлении. Минут через пять я сообразил,