Зима близко. Том 1 - Андрей Валерьевич Степанов

было понимать, что происходит, как меняется расклад сил. Ведь люди из Ничков и Бережка не знают, что происходит севернее.

— Не очень-то, — пожал плечами лысый. — Да, ситуация меняется в худшую сторону. И очень многие говорят о том, что есть возможность спастись, что можно не сражаться, что земли хватит всем и можно жить мирно. Воевать не хочет никто. У меня на прошлой войне погиб отец. На пред... предпредпоследней — дед. А его прадед — за год до него. Уже в возрасте был, но все равно погиб. Счастливых семей здесь нет, — закончил он, а остальные покачали головами.

— Намекаете на то, что, если угроза станет более реальной, то мне нужно ждать всех полянских? — с беспокойством спросил я. Лысый пожал плечами:

— Вероятно. Мои знакомые думали сбежать, но тогда речь шла о только-только взятом форте. Только-только. Все Поляны на ушах — я думал, что разбегутся все. Но нет, остались.

— И никто ничего? Не заставлял? — уточнил я.

— Забавно, что пара стражников убежала на дальние фермы чуть ли не в первых рядах! — воскликнул лысый.

— Так, ладно, с Полянами я понял. Можно ждать еще людей. И готовиться к ним...

Если это так, думал я, поглядывая на кивающих, то квартальную застройку придется продолжить, а по хорошему надо все-таки поставить какую-нибудь крепость у моста. Несколько башен. Или натуральный форт. Но перед этим надо посмотреть, как будет вести себя Нируда зимой и весной.

— А что насчет Мелов? Или как они там правильно называются?

— МелЫ, — ответила коренастая женщина.

— Что это такое?

— Шахтерский поселок. А еще рядом есть прекрасное озеро.

— А населения?

— Около трехсот.

— Черт... — я покачал головой. — А там ситуация такая же, как в Полянах? Я помню, называли еще и другие поселения. Артуя, Коливан... кажется.

Женщина всем видом показывала, что понимает, о чем я говорю, но никакой конкретики мне обозначить не смогла.

— Я никогда там не бывала.

— А вы? — спросил я остальных.

— Слышал, что это не самые маленькие поселения, — ответил лысый. — Минимум по сотне жителей. Причем все они стоят полукругом. Коливан с севера, Мелы в центре, Артуя южнее. Этакий полумесяц. Сейчас перед ним стоит армия Пакшена, что-то около пары тысяч штыков.

В моей голове попыталась сложиться определенная математика. Бережок — около десяти жителей. Нички — около семидесяти. Меньше сотни, в любом случае. До новых жителей у меня в голове были только Поляны — к пяти сотням жителей. Теперь Артуя, Коливан — по сотне или больше, Мелы — сотни три. Итого около тысячи жителей. Пакшен — неизвестно. Но армия около двух тысяч человек. Пострадавшая после боев.

Смотреть на это правилам Отшельника — тогда Пакшен и деревни составляют около двадцати тысяч человек. Никак не тысяча или сотни, как говорил тот же Отшельник. А на порядок больше. Откуда же он тогда пришел?

Или даже если многие пошли воевать, и соотношение воинов к жителям не один к десяти. А три к десяти. Или даже четыре к десяти. То все равно жителей здесь несколько тысяч.

Ни пять, ни шесть, ни тем более двадцать тысяч Рассвет сейчас вместить не в состоянии. И непонятно пока, какие волны беженцев ждать. Кто придет. Кто пришел сейчас.

Я загрузился этим настолько, что не заметил, как к работе вернулись другие. Извинившись, я присоединился к ним.

Самую важную тему я так и не раскрыл — брошенных ферм и пустых деревень, где можно также забрать все ресурсы без оглядки. Похоже, что все-таки придется открывать карту и смотреть самому.

Глава 20. Экспедиционный корпус

На въезде в Рассвет я столкнулся с Кролом. Он и Орек бурно обсуждали прошедший день, но, завидев меня, нашли время переговорить.

— Мы сделали пять! Пять бревен! — кричал Крол, куда более довольный, чем Орек. У того вид был радостный, но все же что-то его явно печалило. Едва заметное. — А если все будет отлажено, то завтра сделаем еще больше.

— Так думали про четыре? — уточнил я, попросив притормозить телегу с зерном. — Разве не потолок?

— Нет-нет, мы решили, что можно немного ослабить нажим, но зато пустить ослика быстрее.

— Я надеюсь, он пережил ваш рабочий день и старания? — спросил я с беспокойством.

— Разумеется!

— А Орек почему печальный?

— В расчетах ошибся, — сиял довольной улыбкой Крол. — Мы просто ускорили вращение. И вон тот дом уже завтра с полом будет!

— Так... здорово, — порадовался я. Мне нравилось, что меня радуют приятными новостями, как только я возвращаюсь к себе в деревню. — Но подумайте еще и над тем, где вторую такую же линию поставить.

— А... где полотно возьмем? — спросил озадаченный Крол.

— Из чего ты сможешь ее выковать? — уточнил я у Орека.

— У меня еще нет наковальни...

— Тогда займись исключительно ей, — попросил я.

— Хорошо, — понуро ответил кузнец.

— Слушай, ну, ошибся ты в расчетах. С кем не бывает. Все работает. У нас нет соревнований. Нет каких-то наказаний за это и...

Кузнец расцвел на глазах. Крол даже расхохотался:

— Ну я же говорил, что все хорошо будет! А ты переживал. Вот что значит, когда в Полянах долго рассиживаешься!

— Вообще-то за брак нас всех наказывали, — произнес Орек.

— Металл же переплавить можно заново.

— Угу, только дров сколько сгорит...

— Так у нас их вон, целый лес, — махнул я рукой в сторону чернеющей полосы.

— Тогда... что ж, я мог бы сделать полотно из хорошего полуторного меча, например. Его сейчас проще достать. Или из металлической полосы, которая по размерам подходит. У нее и толщина правильная будет, и длина. Найдешь — неси. Сделаю. Но понадобится еще животное...

— У нас с живностью вроде бы нет проблем, — улыбнулся я и, пока телега не тронулась дальше, поблагодарил Крола и Орека. У нас нет денег, но оценить каждого — нужно. Иначе как работу вести?

— Бавлер! Бавлер!! — Перт закричал мне, едва завидев. — Есть разговор.

Ему повезло, что я успел немного уложить мысли в голове, а колосья — в телеги. Причем мы успели суммарно сделать аж три ходки. Планирование — не самая наша сильная черта, однако мы