Плут - Иван Солин

Но что-то я задумался, а надо бы ответить уже трущебной гопоте:

— Нам нужен способный держать язык за зубами маг, не ниже Рыцаря, и который желает заработать за день работы, — уставший уже шляться по этой клоаке, ловя на себе подозрительные взгляды никак не желающих идти на сотрудничество местных обитателей, решил я взять быка за рога и принялся отыгрывать эдакого крутого парня. Может, хоть с душегубом каким сведут, раз торчка найти не вышло. — Есть такой, или ты и дальше будешь отнимать моё время?

— О как! Значит оторвал от важных дел? Ну надо же! Хе-хе, может ещё послонятесь тут с часок, как раз и стемнеет, и тогда целыми вы уже не выберетесь из этого района? — гаденько похихикал небритый мужик со шрамом через всё лицо и в невнятного цвета замызганном сюртуке да с измятым драным цилиндром на башке. — Так что, может всё же уделите крупицу вашего драгоценного времени? Или так и будете бестолково шататься?

— Я слушаю тебя, крыса, которая думает, что хитрее и зубастее прочих. А теперь скажи тому мусору, которые мнят себя опасными головорезами, чтобы выбрались из подворотни и из-за той изгороди, ну и тот коротышка, что засел на крыше, может не прятаться, а то не хотелось бы проводить санитарный день в вашем клоповнике путем выжигания всего и вся! — возблагодарив наличие Видения, решил я не остаться в долгу и тоже блеснуть красноречием, да ещё и нагнав жути. И пусть это всё выглядело чересчур опереточно, что ли, но понты — наше всё, а люди падки на такой трындёж и часто дают заднюю, ещё даже не проиграв.

— Господин, одно ваше слово, и их головы будут у ваших ног, — подхватила мою игру, ах какая умничка, Миро, ибо столько льда и непоколебимости в её голосе я ещё никогда не слышал.

— Ладно-ладно, — как я и думал, сдал-таки шрамированный, примирительно выставив руки перед собой, ну и чего-то там просигнализировав жестом своим сообщникам, что окружили нас. — Вы ж неверно поняли, господин хороший. Есть у меня одна девка. Рыцарь она, кажись. Сирота. Могу продать за тысячу Серебряков(оскалившись).

— Я верно тебя услышал, чудило? — слегка охренел я от услышанного, четко помня, что работорговля в Королевстве, да и в Империи — вне закона. Нет, вроде бы где-то в Колониях и Халифате можно купить невольников. Но, чтоб тут? — Ты только что предложил мне, благородному синьору, чья родословная длинней, чем твой язык раз в тыщу, нарушить закон, совершив сделку, за которую смерть на костре? Но, так и быть, я готов взять сиротку на попечение, отблагодарив тебя за наводку, скажем... сотней Серебряных.

Миро, конечно, вздрогнула от моих слов, но сумела сохранить молчание.

— Деньги вперёд! — даже на миг не задумавшись, алчно прохрипел этот идиот, всё прояснив.

Понятно, им цена не важна и нас будут резать невзирая ни на что. Им плевать: сколько у нас на кармане. Они даже за монету удавятся и готовы пустить кровь, а сейчас им главное усыпить бдительность и заманить в удобное место.

— Сиротку-то покажи, чудак. А то, может, и нет никого у тебя, — решил я не спешить с выпиливанием здешней гопоты.

Не думаю, что у них есть нормальная магозащита, поэтому будет достаточно огнешаров. Хотя они, сто пудово, постараются заманить нас в тесноту, чтобы не дать возможности швыряться магией, и там в несколько ножей попытаются прирезать. Жильные-то клинки у них по-любому должны иметься, ибо бандит без оружия — это даже не смешно, а все окружившие нас: Одарённые. Тот, со шрамом — даже Сержант, к слову с приличным резервом.

— Просю, ваше превосходительство! — по шутовски заломил передо мной шапку и указал дорогу этот странный тип, то ли и впрямь способный чем-то удивить, то ли напрочь лишенный чувства самосохранения.

Ну право дело, хорошо одетый мутный юнец, пусть и на деревянной ноге, да в сопровождении хищной девицы с открыто носимым той мечом — у него, лишь Сержанта с кучкой сброда из подворотни, не вызывают острого желания держаться подальше. Чудеса, да и только!

Спустя несколько минут мы оказались у каких-то жалких халуп, а шрамированный прохрипел куда-то в их направлении:

— Хвост, где новенькая?

— О, Шрам, ты чего эт... — осёкся тощий сопливый юнец... на деревянной ноге, когда выглянул из своего обиталища и узрел нас с Миро. — У неё ещё жар(многозначительный взгляд), всё равно вести?

— А то! Давай её сюда, — последовал ответ.

А я, обратив внимание на прошмыгнувшего мимо, на этот раз однорукого мальчонку, ну и на внимательный, до невозможности серьёзный взгляд Милиз, которая словно ожидала от меня прозрения, что ли, всё никак не мог ухватиться за мысль, которая вертелась в голове. Словно я такое уже где-то... хм(озадаченно), то ли видел, то ли читал. И теперь вот никак не могу...

Сука! Убью тварей! У них же здесь попрошайки-беспризорники живут, а то, что приведённая хромая тощая девчонка лет шестнадцати и невнятной масти, из-за покрывающей её грязи, была с пропитанной кровью грязнючей повязкой на левом глазу — доходчиво иллюстрирует: какими методами тут добиваются более жалостливого вида просящих подаяние.

Похоже, раскалённой ложкой сработали... суки.

Отвлечённо подумал я, пока мои руки сплетали огнешар, который, спустя несколько рекордных для меня секунд, отправил в грудь бросившегося на меня с жуткого вида тесаком шрамированного, теперь я отчётливо понимаю, что попросту конченного отморозка.

Параллельно я телекинезом сбрасил с крыши того самого карлика-акробата, как оказалось с сетью, и которого заметил ещё в месте встречи с хриплым, очевидно крышующим всю эту мерзость и знатно так запылавшим сейчас от моего точного попадания. Всё, Сержант Шрам — всё. Караем дальше.

Миро, тем временем, докалывала ещё одного утырка, который с изрядно покоцанным клинком из трости, без самой трости, попытался всунуть ей его меж рёбер, с криком выскочив из-за резко откинутого дощатого щита, прикрывавшего какой-то проход между жалкого вида здешними строениями.

Ещё девять, снова рекордных для данных чар секунд верчения руками, и я сметаю могучим воздушным кулаком с воинственными воплями бегущих на меня двух оборванцев с жильными мечами наголо́, судя по клеймам, некогда принадлежавшими полицейским. Моя же смертоносная спутница, откинув выбившийся из строгой причёски шоколадный локон, довершила дело двумя ловкими уколами, когда, поражая меня своей ловкостью и скоростью, что никак не сочетались с её изобильным формами, оказалась у