Франт 2 - Иван Солин

не просто более, чем кто-либо, достойные кары, они ж ещё и, откровенно, идиотки. Жестили бы потихоньку у себя в баронстве, на своих землях — никому бы и дела не было. Даже, если б и обнаружилось всё, что маловероятно. Но и в том случае Правящий Дом лишь попенял бы Черному Дому, и, возможно, по указанию негодующей главы отмеченного монаршим неудовольствием клана были бы предприняты какие-нибудь карательные меры в отношении ряда лиц так неаккуратно творящего дичь рода. Но устроить все это в столице?!! Совсем уже поехали! У них тут, видите ли, «место силы». Чесслово, идиотки. Такого Серые не спустят — всех под нож! Весь род, причем громко и показательно. Да еще и Черничам влетит на орехи. Те же Чернохолмские и не рады уже будут, что со мной связались, раз я за пару часов накопал такого, что может не просто разрешить их имущественный конфликт, хотя, скорее, территориальный, не важно, а едва ли не пошатнуть весь их Дом!

Примерно так.

И тут, наверное, стоило бы спросить: так а какого ж ты, Костя, самолично лезешь-то туда, да еще и ноешь? Нарыл компромат — так используй с умом. Зачем соваться в осиное гнездо и вскрывать невероятно зловонный нарыв, от чего так всё заляпает, что долго еще не отмыть и не выветрить смрад?

Так девочки ж там(со вздохом)! Ну, в смысле «Искорки». Ага, те самые бродячие гимнастки и одна глотательница огня. Не полным составом, но всё же. Да и другие люди(еще тяжелее вздохнув). Я и так за эти три недели в новом мире уже успел в крови погрязнуть, а тут шанс чьи-то жизни, а то и души, темная магия ж, вырвать из лап конченных тварей. Вот и сорвался спасать невинных и карать зло. Бэтмэн, етиевомать.

Вон, у меня и суперкостюм есть, и даже с плащом. Черный весь. Хотя, всё же, тёмно-серый, ведь это более универсальный и не бросающийся в глаза цвет.

Переступив очередную дурнопахнущую кучу некой органики, смрад от которой даже нейросеть не в силах была как-то приглушить, я выругался и явил-таки на себя уже полностью приведенный в норму и обслуженный после данжа комбез, сразу же активировав изолирующее поле вокруг головы, чтобы снова вдохнуть полной грудью, не теряя при этом сознания. Костюм для темных делишек, хоть и выглядел неброско и привычно для местных, но не был по моде узким, потому и позволил мне такую вот вольность. Обувку, к слову, я скинул, взобравшись на кейс, который при возврате в инвентарь самоочистится от всего того, во что я его бросил. Благо — глубина позволяла. Еще чуток подумав, я всё-таки снял и плащ. С которого хоть и стекало всё, с чем он контактировал, и ни испачкать, ни даже промочить его невозможно, а значит и запах навряд ли въестся, но всё же решил убрать и его. Отправил вслед за сапогами в свой Системный мешок, который также достал из инвентаря, куда после и вернул, уже не пустым, понятное дело. Удобно.

Если б еще и мозгов побольше было, то, уже находясь в данже, сделал бы техинструментом что-то более удобное и практичное, а не тащил бы назад такой примитив, привнесенный из своего мира в виде скрученной дульки. Инерция мышления, что поделать.

Фух, наконец-то эта вонючая клоака закончилась. Дальше хоть и сыро, но не по щиколотку же дерьмища. Так, а на этом повороте мне направо же?

Сверившись с картой, я потопал в нужном направлении. Причем реч не о Системной, а о той, которую построил промчавший уже по сети канализации и пещер Вжух, а сейчас, дожидаясь меня, висевший под сводом большого пещерного зала, образующего эдакое преддверие какой-то непонятной пещеры.

Странное там место. Вжух вроде бы сунулся в эту вот пещерку, но, после того как пропала связь, что по естественным причинам немыслимо, сразу же вернулся на «автопилоте» и запросил инструкций. Я же — решил пока не рисковать столь важным для меня и, главное, невосполнимым ресурсом, поэтому попридержал разведку до своего подхода.

В эту вот таинственную пещеру, где пропадает связь, иногда увозили бесчувственных пленников, содержали которых в загонах, сооруженных в большом зале преддверия. Назад же возвращали лишь до жути окровавленную тележку с таким же тряпьем. Всё это продемонстрировал мне Вжух, прежде чем попытался неудачно исследовать ее.

Малоприятное зрелище. Человека увезли внутрь, а вернули лишь упомянутое, при этом толкавший тележку местный «доктор Зло» явно был в восторге от своей работы. Вернувшись из пещерки, он тут же завел разговор с доставившей новый материал одной из Чернокручских, следя дроном за которой я, собственно, и вышел на эти самые катакомбы. Пока новых пленников распределяли по загонам, этот урод с маниакальным блеском в глазах и суетливыми пальцами увещевал невозмутимую собеседницу, что благодаря месту силы всё идет с опережением графика, и Темнейший Не́крос благоволит их затее. На что тетка лишь важно кивала, то и дело, правда, зажимая нос.

Из всего этого я и сделал те самые выводы о некромантских делишках этих вот конченых. Ну а когда уже обдумывал: как обернуть новую информацию себе на пользу, то увидел их. «Искорок». А дальше всё ясно. Сорвался как мальчишка и помчал творить добро и вершить справедливость, паладин недорезанный. Еще бы, то ли какие-то бандитского вида мужики в рванье, которые затравленно выглядывали из загона, то ли симпатичные юные девочки, с которыми, в придачу, ещё и провел несколько дней в пути. Вот такая вот она, справедливость. Для каждого своя.

Ладно, чего уж там. Не время сейчас рассуждать о том, что лучше быть молодым и красивым, чем старым и противным.

Так, вот я и добрался наконец. Хорошо, что нейросеть усиливает контраст и обеспечивает не сказать что ночное, но получше, чем у других, зрение. Да и Вжух, пролетая тут, построил довольно детальную трехмерную карту, и теперь даже с закрытыми глазами, лишь по элементам дополненной реальности авторства нейросети, я смог бы без проблем проследовать нужным мне путем, не рискуя элементарно споткнуться или расшибить лоб. Правда, изменения с момента пролета Вжуха стали бы для меня неожиданностью, но местные некроманты перемещаются лишь с фонарями, поэтому я их обнаружу загодя, а каких-нибудь подземных монстров дрон не засек.

Обработав Вжухом с парализатором трех мужиков в загоне и продублировав на пятерых еще пока не пришедших в себя девочках, уже не опасаясь удивленных возгласов и шума пленников, я приступил к двум надсмотрщикам. Больше никого здесь уже не было,