Адмирал Империи – 49 - Дмитрий Николаевич Коровников

Жила потер седую щетину на подбородке: — Есть одна возможность… Можно попробовать активировать носовую батарею напрямую, в обход систем управления. Но это риск — орудия не откалиброваны, точность минимальная.

— Все равно лучше, чем ничего, — решительно сказал я. — Действуйте, капитан.

Жила кивнул и отдал приказ офицерам орудийной части. На мостике забегали люди, передавая команды по внутренней связи…

* * *

Транспорт корпорации, неуклюже маневрируя, продолжал движение к верфи. Два оставшихся вельбота не прекращали преследование, ведя периодический огонь по его двигателям.

На мостике Заварзин стоял за спиной навигатора, наблюдая за его действиями. Алена заняла позицию у двери, готовая отразить любую атаку.

— Еще один попал, — доложил навигатор, когда судно вздрогнуло от очередного попадания. — Они бьют по двигателям, стараются обездвижить.

— Сколько еще до верфи? — спросил Дед, вглядываясь в показания навигационной системы.

— При нынешней скорости — минут пять, — ответил штурман. — Но если двигатели откажут…

— Не откажут, — отрезал Заварзин. — Просто держи курс.

Корабль снова вздрогнул от попадания, и на одной из панелей замигал красный индикатор.

— Правый двигатель поврежден, — доложил пилот. — Тяга падает. Мы теряем скорость.

Заварзин выругался и повернулся к Алене: — Иди в машинное отделение. Узнай, можно ли что-то сделать.

Казачка кивнула и быстро вышла с мостика.

Дед вернулся к панели связи: — Господин контр-адмирал, меня слышно?

— Слышу, Степан Лукич, — мгновенно отозвался я. — Что у вас?

— Двигатели повреждены, скорость падает, — отрывисто доложил Заварзин. — Вельботы не отстают. Они явно решили не дать нам уйти, даже если придется уничтожить транспорт.

— Мы выдвигаемся к вам, — ответил я. — «Афина» уже в пути. Просто держитесь еще немного.

— Сделаем все возможное, — ответил Дед и отключился.

В этот момент вернулась Алена, ее лицо было встревожено: — Дядя Степан, там плохо. Один двигатель полностью вышел из строя, второй работает вполсилы. И… там еще полицейские. Двое. Мы их не заметили.

— Где? — Заварзин мгновенно напрягся.

— В боковом коридоре, ведущем к нижним отсекам, — ответила казачка. — Я их видела мельком. Они пытались пробраться к грузовому отсеку, где ученые.

— Черт! — Дед бросил взгляд на навигатора. — Держи курс, что бы ни случилось! — И повернулся к Алене: — Идем. Нельзя допустить, чтобы они добрались до груза.

Они выскочили с мостика и быстро двинулись по коридорам транспорта. Едва они свернули за угол, как раздалась очередь выстрелов — полицейские заметили их и открыли огонь.

Заварзин и Алена нырнули за выступы переборок, отстреливаясь. Перестрелка была короткой, но яростной. Один из полицейских упал, сраженный метким выстрелом Алены. Второй, более опытный, держался в укрытии, не давая казакам приблизиться.

— Обойди его слева, — шепнул Дед. — Я отвлеку.

Алена кивнула и скрылась в боковом коридоре. Заварзин высунулся из-за укрытия и открыл огонь, заставляя полицейского прижаться к полу. Тот ответил короткой очередью, и одна из пуль оцарапала Деду плечо, но ратник удержал большую часть удара.

Внезапно Алена появилась сбоку от полицейского и выстрелила почти в упор. Тот дернулся, но успел нажать на спуск. Прогремел выстрел, и казачка отлетела назад, получив пулю в живот. Она была мертва еще до того, как ее тело коснулось палубы.

— Алена! — в ярости закричал Заварзин, выскакивая из укрытия и всаживая в грудь полицейского плазменный штык своей винтовки.

Когда тот рухнул, Дед бросился к Алене, но для нее уже было слишком поздно. Бронебойная, разрывная пуля спецназовской винтовки прошила тело казачки насквозь, оставив на переборке кровавые брызги.

Заварзин опустился на колени рядом с девушкой. Его верная спутница, прошедшая с ним огонь и воду, лежала с остекленевшими глазами, устремленными в пустоту. Вся эта чертова операция превратилась в бойню. Все его люди, все до одного, погибли.

Корабль снова вздрогнул от попадания, и по внутренней связи раздался панический голос штурмана: — Левый двигатель отказал! Мы почти остановились!

Заварзин поднял голову, словно очнувшись от транса. Сейчас не время для скорби. Еще есть задача, которую нужно выполнить.

— Я иду, — коротко бросил он и, в последний раз взглянув на Алену, направился к мостику.

Путь казался бесконечным. Каждый шаг давался с трудом, словно гравитация внезапно увеличилась вдвое. В висках стучала кровь, перед глазами мелькали лица погибших товарищей — Висловатый с его извечной усмешкой, молчаливый Гуня, шутник Хлопуша и Алена с ее прямым, открытым взглядом.

Все. Все погибли.

Когда Заварзин добрался до мостика, транспорт уже почти замер в пространстве. Вельботы, поняв, что их добыча обездвижена, не спешили добивать его. Вместо этого один из них начал маневрировать для повторной стыковки.

— Господин контр-адмирал, — хрипло произнес Дед в коммуникатор, — я один остался. Все мои люди погибли. Транспорт обездвижен, двигатели уничтожены. Вельботы готовятся к новому абордажу.

— Держись, Степан Лукич, — ответил я, и в моем голосе слышалось напряжение. — «Афина»'