Магия льда для продвинутых - Нинель Мягкова

был бы сильнее меня. В нынешнем теле, разумеется. Но это как минимум семерка, а то и все восемь.

– А какой у вас официальный уровень? – не сдержалась я.

Хозяин Льда смерил меня подозрительным взглядом, но неохотно ответил:

– Пятый.

Видно, на моем лице что-то эдакое промелькнуло, потому что водник насторожился.

– А что?

– Да нет, ничего. Вы, может, какой-то договор магический подписывали? Или обет дали? Ну клятву там или еще что?

– Нет, ничего такого. Разве что… неважно. Обычный контракт о служении. Ничего особенного. Так все-таки, в чем дело? Откуда такие вопросы?

Ну да, не скажет же он что находится на службе его высочества. Наверняка там мелким шрифтом десяток страниц обязательств. Но обычно секретарем становятся уже в сознательном возрасте. А резерв развивается в подростковом. Ну не мог господин Эйсгем пропустить момент, когда у него оттяпали почти половину мощности, и не заметить этого. А значит, либо его «подрезали» еще ребёнком, либо это наследственное. Вроде проклятия.

– А у вашего отца или матери были проблемы с резервом? – продолжала допытываться я.

Раз уж начала, не останавливаться же на середине!

– Какого рода проблемы?

– Ну, дар не выше пятерки, например. Хотя по всем признакам и наследственности должен быть выше…

– Мой уровень должен быть выше? – застыл статуей Хозяин льда.

Говорю же, умный мужик. На лету ловит.

– Есть некие признаки, – уклончиво пробормотала я и поднялась.

Мы тренировались прямо на полу, подстелив плащи,чтобы не отморозить себе все важное. В следующий раз предложу в сугробе позаниматься. Совместим теорию с практикой.

– Какие признаки? – не отставал собеседник.

– Мне нужно провести несколько тестов. Тогда скажу наверняка, – я предвкушающе заулыбалась.

Маг заподозрил неладное.

– Скажи сейчас. И да, мой отец никогда не поднимался выше пятого уровня. Хотя по слухам один далекий предок…

Тут господин Эйсгем осекся. Скорее всего, чуть не сболтнул что-то из семейных хроник. Что-то важное и секретное.

Как интересно.

Пожалуй, не зря я задержусь на недельку в столице.

Не целыми же днями секретарь дома! Должен и на работу ходить.

Тогда-то я и обыщу его особняк.

У него просто обязаны сохраниться записи и свидетельства былых времен. Если повезет, то и что-нибудь о создании куполов или о всемирной катастрофе, вызвавшей похолодание.

Аристократы – они как сороки, тащат в гнездо все ценное. В том числе информацию.

Глава 17

Разумеется, рассказывать я ничего не стала. Сослалась на то, что лишняя информация может исказить результаты тестов.

Стандартная отмазка, даже удивительно, что подействовала.

Хозяин льда отстал и соизволил проводить меня обратно к особняку секретаря. То есть своему собственному.

– А где ты была? – будто бы невзначай поинтересовался он по дороге. – Госпожа Гисса говорит, что ты не возвращалась в комнату два дня.

Ну да, мы с ней договаривались, что она прикроет меня от властей и господина Эйсгема. А не от подпольного водника, которого кухарка явно уважает и побаивается куда больше.

– Занята была, – пожала плечами.

Действительно, по уши. Окажись рядом целитель-менталист, и то не почуял бы лжи.

– Одна, в незнакомом городе? А где ночевала? – не отставал маг.

Я остановилась, развернулась к нему лицом и многозначительно уперла руки в бока.

При виде этой позы у валькирии в моем родном мире народ бледнел от страха и разбегался кто куда. Знали, что деву довели до ручки и хорошего можно не ждать.

Здешние жители еще не пуганые, так что Хозяин льда и шагу назад не сделал. Только бровь вопросительно выгнул.

– Послушайте, я же не спрашиваю, где ваше гнездо порока… ну в смысле убежище контрабандистов. И не допытываюсь, где вы спите и с кем. Вот и вы не лезьте в мою личную жизнь!

– Какая у тебя еще личная жизнь? – оторопел от моего напора водник.

– Обычная! И не то, что вы подумали, извращенец, —высказавшись, я развернулась и первой двинулась дальше по заснеженной дорожке.

На улицах уже появились редкие прохожие. Метель улеглась, небо посветлело и сквозь тяжелые свинцовые облака прорывалось нежное зарево рассвета.

В какой-то момент шаги за моей спиной стихли.

Господин Эйсгем отстал, не желая маячить рядом с собственным домом в подозрительном виде. Я прикрыла глаза, вызывая на схеме города маячок, который успела подвесить на плащ мага. Так и есть – обходит по параллельной улице. Небось, еще и присматривает, чтобы я с пути не сбилась.

Калитка для слуг была приоткрыта, и следилок на ней больше не было. Успели поснимать за ненадобностью. Кто их установил – стражи порядка или преступники, я так и не поняла. Скорее всего, Хозяин льда постарался, на случай если меня за вьюгой не заметит.

Я прошмыгнула внутрь и тут же оказалась в радушных объятиях госпожи Гиссы.

– Добралась все-таки! С тобой все в порядке? – и шипящим шепотом: – Встретилась с ним?

– Угу, – буркнула я без малейшего энтузиазма. После чего безошибочно выдернула из кармана фартука ложечку и потрясла перед носом кухарки: – Я вам это для чего дала? На самый-самый крайний случай. Если за мной для допроса придут или в розыск объявят, или обвинят в чем. Я вам не девочка по вызову, по всякой мелочи прибегать!

– П-по мелочи? – ошарашенно повторила женщина.

На ее памяти главу преступной группировки так, видимо,никто не называл.

– Ваш этот… знакомый мог бы и подождать, пока я вернусь. Я же обещала! Не развалился бы, – хмуро буркнула, засовывая ложечку обратно. – Имейте в виду. Еще раз меня так дернете – я перестану реагировать. Хоть пожар, хоть потоп.

Конечно, не перестану. Случаи бывают разные, лучше перебдеть, чем недосмотреть и по лености огрести проблем. Но госпоже Гиссе об этом знать не стоит. Пусть относится с уважением и ко мне тоже, не только к Хозяину Льда.

– Хорошо. Я поняла, – голос кухарки дрогнул.

Похоже, я ее неслабо напугала. Бедняга не ожидала, что мелкая пигалица может оказаться бандиткой похлеще контрабандистов. И что в глазах шестнадцатилетней милой девы может сиять арктический холод убийцы. Но лучше пусть сразу поймет, с кем имеет дело, и дважды подумает, если встанет вопрос предательства.

Минуту назад госпожа Гисса не задумываясь скормила бы меня преступникам. Сейчас же она засомневалась, кто выйдет из такой схватки победителем.

И не приду ли я потом за ней.

Еще как приду, разумеется. Не живьем, так духом. Мы, валькирии, врагов за спиной не оставляем.

Комната, отведенная мне в особняке, осталась прежней. Безликой и пустой. Ни личных вещей, ни безделушек.

В оазисе дожидался меня мешок с барахлом. Одежда на первое время, заколочки, ленты, прочие милые