Мелкий бес - Алекс Меглин

Заминкой воспользовался моровой. Он перехватил древко оружия зазевавшегося копейщика и дернул на себя. Охотник вылетел из круга. Его сразу же накрыла лавина упырей… они уже не жрали живых, а просто разрывали на части.

Брешь в обороне сразу закрыли. Женщина, почти старуха, вытащила выпуклый кулачный щит, быстро и ловко отводя удары упырей и моровых. Она орудовала коротким копьем, разя глаза и шеи. Обстрел продолжался, однако оживленные продолжали сражаться, утыканные десятком стрел, будто ежи.

— Сука драная, — захрипел Абель.

За его спиной стояла девочка, уже растворявшаяся в тенях. С узкого длинного клинка стекала кровь. Я мельком увидел ее лицо. Точно не человек! Зубы острые и мелкие, губ почти нет. Звериные ушки свешивается, падая на лоб.

Колдун зашатался. Из распоротого горла брызгала кровь. В ярости зарычав, Абель взялся за край раны и оттянул кожу, отстающую, будто сбрасываемая змеей шкура. Колдун сорвал крупный лоскут, обнажая свое настоящее лицо. Белая, почти прозрачная кожа будто светилась изнутри. Провал на месте носа с шипением выдувал воздух. Язык мотался, как бешеный, разбрасывая червей.

— Яр, отец земной, не подведи в час ночной, — зашептал воин возле меня.

Абель упал на колени. Его спина с хрустом переломилась, а после вспучилась огромным горбом. Суставы на конечностях с жуткими щелчками удлинялись, будто были сложены вдвое или втрое. Абель встал, с раздражением отбрасывая последние лоскуты человеческой кожи. Трехметровый моровой с хрустом повел головой, осматривая округу узкими зелеными глазами.

— Он почти стал Вестником мора, — прошептала целительница. — Лиска, ко мне, быстро.

Девчонка почти успела. Они появилась возле женщины в маске, но лицо малышки было покрыто огромными язвами, истекающими зеленым гноем. Лиска напряглись и извергла струю бурой рвоты. Девочка замычала. В ее глотке застрял кусок кишки, свесившись из рта. Она мазнула пальцами по плащу целительницы, оставляя след из разлагающейся плоти.

— Драть меня в рот, — только и смог сказать я.

От девчонки осталась оплывающая почерневшая масса, вытекающая из доспехов. Она сгнила буквально за десяток секунд. Насколько же опасен Абель!? Колдун оперся на посох, выглядевший в его руке, как тростинка. Его взгляд не выражал ничего хорошего.

— Стой! — закричала целительница.

Ведьмачка врубилась в строй охотников. Ее меч вспорол глотку воина, а левая рука швырнула в падающее тело черный порошок. Грета щелкнула пальцами, выдавая искру. Гудящее белое пламя почти мгновенно пожрало тело до костей. Ведьмачка стала настолько быстрой, что я замечал лишь белые факелы, вспыхивающие за ее спиной. Понятно, она вычищает всех, на кого попала рвота девочки.

Но шансов у нас нет. Все выжившие отступили к амбару. Человек десять, не считаю семи лучников. Шесть лучников… Рыжеволосая метким выстрелом сняла одного, пустив стрелу бедолаге прямо в рот. Уверенным шагом выдвинулся Велун. Он мимоходом размазал упыря, вовремя не убравшегося с пути воина. Острие клевца пробило голову твари, а следующим движением великан отправил его в полет.

Он здесь самый сильный. Я чувствовал в нем дремлющую мощь, сознательно сдерживаемую гигантом. Все остальные испытали схожие ощущения. Грета с шипением опустила меч.

— Не балуй, ведьмачка, — Велун пригрозил Грете. — Зашибу.

Все просто сдались, стоило Велуну немного напрячься. Я ощутил, как удушающая волна страха прокатилась по всей деревне. На мгновение показалось, будто великан взмахивает клевцом, одним ударом разрубая оставшихся охотников.

Через полчаса слуги колдуна изловили всех деревенских, построив их в ряд. Почти четыре десятка людей стояли в нескольких шеренгах, разделенные по полу и возрасту. Абель придирчиво ходил, отбирая их по только ему ведомым признакам.

— Не пущу! — заверещал женщина, выбежав из строя и вцепившись в ребенка.

— Не рыпайся! — заревел Велун.

Его клевец свистнул, вонзаясь в спину женщины. Удар пробил в несчастной дыру, а затем инерция впечатала останки в землю, разбрызгивая кровь и плоть. Велун хмыкнул.

Я попытался незаметно свинтить, но костяная стрела предупреждающе вонзилась прямо перед носом. Вот же рыжая сучка! Сзади раздалось позвякивание. Я только дернулся, как челюсти волка сжались на голове, погружая меня в зловонную слюнявую пасть. Я даже не думал рыпаться. Волк нетерпеливо сжимал клыки, едва сдерживаясь, чтобы не перекусить меня. Едва он меня выпустили, как сверху опустился сапог Еленги, прижимая меня к земле.

— Он! Точно он! — Абель остановился перед кузнецом. Его бледная морда придирчиво обнюхала мужчину.

— Не трогай его! — вдруг закричала Хельга. Ее красные волосы взметнулись, как живые.

В руке девочки возник серебряный кинжал. Размытая серая полоса мелькнула перед мордой колдуна, оставляя росчерк. Абель отпрянул. Из его пасти вырвалось зеленое облако. Трава возле колдуна мгновенно иссохла и распалась пылью.

Велун одним шагом оказался возле девочки. Рука в латной рукавице сомкнулась на худом тельце. Алые волосы упали, скрывая лицо девчонки. Хельга обмякла в стальной хватке.

— Какая прыткая! — прогудел великан. — Мне нравится!

Девочка подняла голову. Ее глаза покрывала серебристая пленка. Висевшая, как плеть рука взметнулась, всадив кинжал в щель между перчаткой и нарукавников. Велун весело захохотал. Опустив клевец, он щелкнул по лбу Хельги, продолжавшей полосовать его запястье. Чуда не случилось. От удара девчонка вновь обмякла.

— Это кровь волотов! — закричал Велун. — В сраной деревне! Я заберу ее себе, колдун!

— Бери и пошли, — прошипел Абель. От его хорошего настроения не осталось м следа.

Колдун с тревогой посмотрел на запад. Наскоро отобрав еще несколько деревенских, опираясь на их толщину, Абель собрался уходить. Еленги крепко держала меня. Посмотрим, как она справится с трехкратный неудачей. Колдун ушел вперед, поэтому защита не должна действовать.

Я немного увеличил хвост. Бамс! Кисточка ударила ровнехонько в глаз наездницы. Заверещал, она выпустила меня. Оказавшись на свободе, я бросился бежать. Метнувшийся за мной волк угодил лапой в глубокую рытвину и покатился кубарем. Но следом мигом бросилась лавина упырей.

— Сука! — я замедлился, почувствовав, что воздух будто загустел.

На крыше сарая стоял Филипп. Он молчал, но его руки плавно двигались, будто играя с воздухом. Я едва успел прыгнуть, чувствую, позади сгустилась мана.

За спиной раздались отвратительные хлопки, будто мясо прокручивали в мясорубке. А затем блеяние. Ох, что этот кретин снова натворил!? Я ожидал, что заклинание превратит упырей в пепел, а оно… превратило их в овец. Настолько уродливых и безобразных овец, что больно глазам.

Облезлые искорженные туши бестолково слонялись и блеяли. С них сыпалась шерсть и плоть. Волк, не успевший удрать, частично изменился — грозная хищная пасть превратилась в покрытый завитушками овечий нос.

Бесовские проказы: 100 из 100.

Я злорадно усмехнулся. Еленги завыла. Она стянула со спины лук. Ох, черт. Я попытался уклониться, но стрела