Ева - Сона Абгарян

– твое оружие. Теперь у тебя появились новые возможности. Умойся, мы должны вместе выпить вина и подумать о жизни. Это наш последний урок.

Сердце Подполковника готово выскочить из груди от ликования и гордости. Ева поворачивает к нему свое окровавленное лицо и подмигивает.

Она умывается, стоя у зеркала. Веки горят от боли. Только вытерев лицо, она замечает, что над веками у нее появились татуировки в виде изумрудных глаз. «Теперь у меня четыре глаза», – улыбается она самой себе. Из губ течет кровь. Да, для улыбок еще рановато. С каждой минутой отрезанные волосы отрастают, раны затягиваются.

У куста шиповника горит костер. Дождь положил голову на живот Метке и заснул. Подполковник сидит на земле, скрестив ноги, и что-то рассказывает Пастуху. Тот разливает по стаканам темно-красное вино и смеется.

Ева подходит и садится у огня.

– Выпей, – протягивает ей стакан Арутюн. – Это не простое вино. Оно приготовлено из красного шиповника. Вино из шиповника пьют раз в жизни. Второй раз смертелен для разума.

Ева подносит вино к губам. Оно пахнет невыносимо. Пастух и Подполковник внимательно смотрят на Еву. Издали слышится плач гиен. Его эхо доносится до гор, низко висящих облаков и исчезает в темноте, откуда к ним внезапно начинает двигаться черная длинная тень. Еву удивляет, что Подполковник и Пастух не замечают этого.

– Здесь кто-то есть, – оборачивается к ним Ева.

Но ее никто не слышит. Ей тревожно, она смотрит на огонь. Все снова становится обычным. Они сидят втроем, рядом спят собаки. Еще глоток. Огонь танцует, и его желтые язычки оставляют в воздухе фиолетовые следы. Ева смотрит на куст шиповника. Его листья на мгновение приближаются, и она видит их эпидермис и цилиндрические клетки. Ее зрачки расширяются. Она отмахивается от листьев. К костру присаживается черный силуэт. Поднимает голову. Это Человек-зонт. Ева радостно протягивает к нему руки:

– Ты пришел!

Ее ужасает звук собственных слов: из ее горла вырываются голоса сразу нескольких существ. Потом изо рта выползают красные линии, они превращаются в красные ягоды шиповника и зависают в воздухе. Ева прикрывает рот руками. Потом гладит свои косы, шею и, поняв, что делает это при всех, смущается и отводит взгляд.

Чел улыбается, над его головой крутится большой черный зонт. Ева встает и идет по теплому песку, а потом пускается в пляс вокруг костра. Она кружится и подпрыгивает, подняв руки над головой, двигается направо, потом налево, ее волосы плывут по воздуху, словно волны. Откуда-то доносятся звуки свирели, будто ветер играет специально для Евы. Она вращается быстрее и быстрее, пока все вокруг не сливается в монохромные линии. Потом резко останавливается и смотрит на Человека-зонта. Ее лицо подрагивает, глаза выглядят странно: красные, как у гиен, они горят и мерцают. Ева приходит в ужас и ладонями закрывает лицо. Теперь она видит, как клетки крови бегут по венам.

– Эритроциты, тромбоциты и лейкоциты, – перечисляет Ева.

Эритроциты отрываются от общего потока и увеличиваются до гигантских размеров. Она дует на них, и огромные эритроциты взмывают в воздух, словно воздушные шары. Ева подносит руки к огню. От кончиков пальцев валит дым и тянется ввысь. Эритроциты, как кольца дыма, разлетаются над огнем и исчезают.

Подполковник о чем-то спрашивает, но Ева его не понимает. Она напрягает слух, и на мгновение ей кажется, что учитель лает.

– Ты тоже видишь, как горят мои руки? – спрашивает она Подполковника.

– Гав, гав, гав! – лает учитель в ответ.

Ева поворачивается к Пастуху Арутюну:

– Вы слышите, как лает Подполковник?

Пастух закрыл один глаз. Другой его глаз сверкает. Он улыбается, потом высовывает длинный язык и, словно лягушка, лижет свой закрытый глаз. Ева пятится, падает в кучу разноцветных листьев, пытается встать, опершись на руку. Но листья непрерывно двигаются, кружатся вокруг нее. Не стоит долго смотреть на что бы то ни было. Предметы и люди меняются. Человек-зонт плачет и сочувственно глядит на Еву. Она глядит на него в ответ, но стоит ей на секунду отвести взгляд, как он начинает смеяться.

«Он издевается надо мной?»

– Ты издеваешься надо мной? – громко спрашивает она и выливает содержимое стакана в огонь. Огонь полыхает взрывом и жадно окружает Еву.

Девушка едва видит Учителя, Мастера и Человека-зонта. Они все смотрят на нее сквозь язычки огня. Еве кажется, что они хотят сжечь ее, как ведьму, что она просто приманка для какой-то цели. Она кружится на месте, когда вдруг из красных лепестков огня выходит Гербер Четвертый. Вспыхнувшие на небе лучи прожекторов ослепляют Еву.

– Шоу началось, – объявляет в микрофон Пастух Арутюн и несколько минут кряду повторяет это снова и снова.

Скачущие вверх и вниз лошадки крутившейся вдали карусели останавливаются. Гербер оголяет свой мясистый живот. Его голова растет прямо из плеч, руки доходят до земли. Собаки надрывно лают, и их лай отдается эхом и превращается в музыку. Так вот для чего все затевалось. Чтобы вывести ее на поединок с врагом. Именно этот поединок решит исход войны. Ева еле стоит на ногах. От жара пламени ее одежда прилипла к телу.

– Зачем? Зачем это все? Почему именно теперь? – кричит она, и ее голос звучит, как голос Шушан. – Я должна была убить тебя на войне, вместе с твоими гиенами. Ты людоед, убийца! Я тебя прикончу, я вырву из тебя всю твою гниль!

Гербер стоит, широко расставив ноги. На его плече вытатуированы три бабочки.

– Да я тебя заживо съем, обещаю! – рычит он и тыкает пальцем в татуировку. – Клянусь дочками. Я на тебе живого места не оставлю.

Он проходит вперед и обеими руками бьет по земле, Ева еле успевает увернуться. Над землей поднимается столб пыли и закрывает небо. Окруженная огнем, Ева чувствует себя в ловушке. Подняв свои косы, она идет в сторону Гербера и видит, что ее волосы горят. Наверное, все это лишь сон. Да, иначе и быть не может. Это сон, который должен сбыться. «Проснись, Ева, проснись!» Ева атакует и наносит две глубокие продольные раны на груди Гербера.

Он взвывает от ярости, его живот раскрывается, и оттуда, раздвигая телеса, вылезает голова с большой пастью. Из-под головы на Еву устремляются несколько толстых цепей. Ева отскакивает от удара. Появившееся в животе Гербера чудовище плюется кровью. Оно вращает в разные стороны всеми шестью своими глазами и широко разевает пасть. В пасти виднеется пытающийся выскочить оттуда Артур, а за ним – Шушан.

Ева смотрит на них, и у нее буквально рекой текут слезы. Этого не может быть на самом деле.

– Ева-а-а, – слышится