Семён Кушнир - Абсолют (СИ)

— Слушай, вот ты всегда в этой синей кепке козырьком назад, и в наушниках. Что у тебя в них играет-то?

— Песня одной старой рок-группы.

— Дашь послушать?

— Как-нибудь дам. Извини, для меня эти наушники — часть меня.

— Ооо, тогда не буду отрывать от тебя кусочек. — Надя улыбнулась, и добавила: — Кстати, а так лежать и правда здорово. Буду приходить сюда иногда.

— Я часто сюда прихожу. Я очень люблю слушать шёпот леса.

— А Ева и Огри говорят, что шёпота леса не бывает. Что это ветер шумит. А деревья шептать не могут.

— Но они же живые, как и мы? Почему же тогда не могут?

— Вот и мне так кажется. — Надя чему-то про себя улыбнулась, и встала. — Мне пора, у меня скоро дополнительная пара. Отдыхашек тебе!

— Спасибо.

Адам снова закрыл глаза. Он представлял, как летит на облаке, а ветер раздувает его волосы серебристой волной.

«Интересно, почему никто не придумал облака, на которых можно летать? Наверное, потому что сейчас всех интересуют только войны… И ауры с киборгами. Но и это не моё дело».

== Глава 3 ==

Пол года в «Абсолюте» пролетели незаметно.

Адам, как всегда за ужином, сидел за крайним столиком один, размышляя об очередном внезапном приступе амнезии.

Произошёл он буквально пару дней назад, судя по диалогу с остальными студентами. Причину так и не выяснили.

Адам вздохнул, встал из-за столика и пошёл в сторону крыла здания, где находилась его комната. Он шел по коридору, не смотря по сторонам, и в какой-то момент обратил внимание на приглушенные голоса, раздающиеся слева от него. Адам поднял глаза, и увидел на потолке люк. «Понятно. Вентиляция. Но чужие разговоры — не моё дело.»

Он хотел, было, пройти дальше, но что-то заставило его прислушаться к диалогу.

— Джойс, ты хоть понимаешь, что он не «четвёрка»? «Четвёрки» не могут сразу столько всего! Я достал документы на этого «лишнего» студента. Скажи мне правду, что он, в конце концов, такое?

— Саддыков, отвяжись. Я ничего про них не знаю. В «L-01» мне сказано было вырастить и доставить сюда семь детей и устроить их на обучение, чтобы вы могли их исследовать. Хватит капать мне на нервы.

— В «L-01» тебе выдали пять, а не семь детей!

— Я уже сказал, что мне выдано было семь детей. Две копии документов оказались утеряны.

— Мистер Арм… Через неделю будет проведена медкомиссия. И если с этим Адамом что-то не так!.. Вы пойдёте под суд. Хотя не думаю, что ты до него доживёшь. А после этого на нём опробуют Архиватор Памяти. И я не уверен, что для него это пройдет бесследно.

Адам ошарашено уставился в стену. «Что-то не так? Простите, а я-то в чём виноват, если ничего не помню? Что за Архиватор?»

В несколько оглушенном состоянии Адам дошёл до своего номера и плюхнулся на кровать. В бок впилось что-то острое. Адам поднял этот предмет, и попытался рассмотреть поближе… На его ладони лежала миниатюрная камера слежения.

Что такое человек? Это всегда зависит от самого человека.

Для кого-то человек — это аура, для кого-то — воспоминания. Для кого-то — лицо, для кого-то — поступки. Для кого-то — деньги, а для кого-то — чувства. Восприятие слова «человек» всегда зависит от того, кто произносит это слово.

Для Джойса Арма «человек» — это аура. Аура, которую надо изучить, и которая, в случае неудачного эксперимента, просто найдет новый сосуд. Для Адама «человек» — это то, что человек выбирает. Тот выбор, что делает каждый. Для Алексея Саддыкова, (недавнего собеседника Арма, фразы которого были нечаянно услышаны Адамом) «человек» — это то, что нужно лично ему. Если кто-то лично ему не нужен — он не человек. Исходя из своих представлений, каждый человек сам строит свои отношения с другими людьми. И очень часто именно люди типа Алексея Саддыкова управляют ходом вещей… Что весьма и весьма плачевно сказывается на человечестве в целом.

Ян как раз заканчивал очередную партию в шахматы с Федей, отличником и знаменитостью факультета, носившего гордое и длинное название — «Факультет Разработки и Защиты программного обеспечения», когда раздался стук в дверь.

На пороге стоял бледный как смерть Адам Эхад, что-то сжимая в руке.

— Что случилось? — Ян отвлёкся на Адама, и переставил ферзя не на то поле, которое хотел, подставив фигуру под удар коня. Федя, который никогда ещё не выигрывал у Яна в шахматы, решил воспользоваться моментом, забрал ферзя и громко заорал:

— ШАХ!

Адам отдал маленькую камеру Яну и подошёл к шахматному столику.

— У неё есть карта памяти?

В голосе Яна чувствовалось напряжение. Адам ответил в тон:

— Это я и хотел узнать.

Федя гордо выпятил грудь и заявил:

— Внештатная подработка — двести баксов.

Адам глянул на Федю, выгнув бровь. После чего спросил:

— Ян, ты какими играешь?

— Чёрными.

— Ясно.

Адам подумал секунду, а потом демонстративно снял с доски обе ладьи, оставив, против почти полного набора фигур, лишь пять пешек, слона, короля и двух коней. Федя удивлённо выгнул бровь.

— Предлагаю сделку. Доигрываем эту партию в шахматы, я играю чёрными. Если я выигрываю — ты проводишь полное обследование камеры и достаешь мне оттуда данные. Если выигрываешь ты — с меня пятьсот долларов СГАРа.

— СКОКА?!! — Одновременно заорали Ян и Федя, вытаращив глаза в сторону Адама.

— Пятьсот долларов. Играем?

— Псих. — Заявил Федя, глядя на доску. У белых было явное преимущество: Мало того, что Ферзь перекрывал одну из стратегически важных диагоналей, так Адам ещё и усложнил себе задачу, убрав с доски почти все свои сильные фигуры.

— Точно, псих. — Пробормотал Ян, глядя на доску. — Он собрался матовать его пешками?

— Пешка Е2-Е4.

— Я всё ещё не понимаю, как ты смог выиграть. Да ещё и в девять ходов… Это просто невозможно.

— Нет ничего невозможного. Надави на жадность, заставь врага поверить в своё превосходство — и ты сможешь победить.

— Ладно, с партией разобрались. Откуда ты взял эту камеру?

— Нашёл в своём номере на кровати. Видимо, упала с потолка.

— Может быть, стоит рассказать Арму?

Адам поморщился и мотнул головой:

— Подозреваю, что это дело рук его, или его знакомых.

— Не понял? — Ян уставился на Адама круглыми глазами.

— А вот послушай. — Сказал Адам, и пересказал подслушанный диалог Арма с неизвестным. Ян облокотился о стену и покачал головой:

— Ну и ну. Про что они говорили — то?

— Это я и надеюсь узнать через то, что находится на камере слежения.

— Тогда ты допустил чудовищную ошибку.

— А?…

— Федя явно лишний. Во-первых, для нас он будет помехой, если узнает что-то лишнее. Во-вторых, если он не будет держать язык за зубами, они мало того, что заберут данные, так ещё и, возможно, уберут его самого как ненужного свидетеля. Не думал об этом?

— А, чёрт. — Адам взъерошил свои серебристые волосы и закусил губу. — И правда, что делать-то с ним?

— Ну, можно, к примеру, сказать, что на камере снят фильм. Но так как ты использовал камеру слежения, достать данные с неё ты не смог самостоятельно. Как идейка?

— Рассчитано на идиота.

— А он, по-твоему, кто?

Адам хихикнул и кивнул:

— Принято, как вариант. Пошли на пару, а то опоздаем.

— Угу…

Идея Яна с фильмом сработала на «ура». Федя даже попытался узнать, как Адам добился таких реалистичных спецэффектов, но последний сослался на головную боль и ушёл вместе с Яном смотреть «фильм» в лес, во избежание. Как говорится, где одна камера, там и вторая может быть…

На камере оказалась не только запись из комнаты Адама. Судя по всему, запись велась через несколько камер, установленных по всему первому корпусу, а так же в кабинете охраны. Судя по часам в нижнем правом углу на записи, начало «фильма» — час ночи. Первым человеком на записи оказался тот, кого и Адам, и Ян отлично знали.

Джойс Арм находился в комнате дежурного в тот момент, когда в одной из комнат синий сигнал — сигнал подростка, сменился на зеленый — сигнал взрослого человека. Однако камеры не фиксировали ничего. Более того, на всем третьем этаже первого корпуса (корпуса, где проживали первокурсники), камеры отказали. Арм взял фонарь, свистнул охраннику, и они пошли к лифту.

Лифт ехать отказался. Звука на записи не было, но Ян прочёл по губам Арма: «Системы связи не работают. Выйдем через окно». Длинный чёрный коридор освещался только мигающей аварийной красной лампой.

На следующем моменте записи было видно, как Арм, а следом и охранник, влезают в окно второго этажа первого корпуса. В здании царила тьма, на потолке мигала красная аварийная лампа.

«Кто-то вывел из строя почти всю электронику. Сколько я помню, аварийная электростанция находится аж в трёхстах километрах отсюда, поэтому лампа работает…» — сказал охранник, — «Но кто, черт возьми, смог это сделать за десять секунд, не оставляя ни единого следа, не попадая в камеры, которые тут на каждом шагу?»