Исцеляющая тьмой. Вторая жизнь - Нинель Мягкова

что мы сегодня учинили. И на том спасибо.

— Разумеется, почту за честь, — присела я в уверенном реверансе и последовала за секретарем.

Отдельная ложа, удобное плетеное кресло по правую руку от короля, отличный вид — мачеха бы обзавидовалась. Но меня ситуация совершенно не радовала. От воли его величества сейчас зависело, случится ли громкий скандал или дело тихо замнут.

— Что это было? — устало поинтересовался король, насмотревшись на фейерверки и дождавшись небольшой паузы. Подумав, уточнил: — У забора. По сокровищнице вопросы тоже есть, но они подождут.

— У забора уже тоже подождут, — осторожно заметила я.

— И все-таки. Что вы там почуяли?

— Откуда вы знаете, что я что-то почуяла?

Его величество покосился в мою сторону осуждающе — видимо, давненько никто не осмеливался отвечать ему вопросом на вопрос.

— Там давно творилась всякая ерунда, — нехотя пояснил он. — То мыши подохнут целым выводком, то пролетающая мимо птица сойдет с ума и начнет бросаться на всех проходящих… опять же, всякие происшествия с благочестивыми йорунами.

Тут он осуждающе покачал головой.

Если честно, я почти не помнила личности Айрунна Тунгрема. До начала прорывов я мало бывала во дворце, а к моменту как меня допустили к верхушке, нынешний правитель давно почил. Но вроде бы и Аксель, и Альрик об отце отзывались с теплотой и уважением, и я решила рискнуть.

— Вам докладывали о происшествии на Сомираве? Весной во время испытания чуть не погибла группа подростков. На них напали жуткие твари, от которых удалось отбиться только чудом и подоспевшей помощью.

— Что-то слышал, — нахмурился его величество. — Но как это связано с аномалией у забора?

— Напрямую. Как и с тем жертвенником, что хранится в вашей сокровищнице, — бухнула я откровенно. — На острове тоже был похожий.

Король призадумался. Видимо, сопоставлял даты.

Мне тоже было интересно, но я с вопросами не лезла, чтобы с мысли не сбивать.

Если зачаток прорыва появился после того, как привезли плиту, то зависимость уже откровенно прослеживается. Это не просто мои догадки и подозрения.

Только что дальше делать?

Уничтожить алтарь невозможно, по крайней мере обычными средствами не вышло, по словам принцев. Значит, нужно искать другие способы.

И понять бы, что изменилось? Ведь раньше никаких алтарей и камней поблизости от прорывов не было. Команды зачистки тщательно обыскивали все окрестности. Мы не могли ошибиться!

С другой стороны, алтарь мог рассыпаться. Того, что располагался на Равиньяне, я так и не нашла больше, хотя мы с Тьмоком облазили все подходящие поляны и перелески. Он словно растворился. Или же впрямь это сделал, выполнив задачу?

Мог ли булыжник служить своего рода ориентиром для тех, кто открывает портал?

Если так, то сейчас дворец в немалой опасности.

Здесь мощные щиты и куча магов, охрана сокровищницы выше всяких похвал, но если где-то там, в подвале, зародится еще один такой гнойник — мало не покажется никому.

— Я слышал о вас, — сменил тему король. — И от сыновей, и от разведки. Вы умная, обстоятельная, удивительно проницательная и мудрая для вашего юного возраста. Надеюсь, вы не питаете лишних иллюзий?

Увлекшись логическими выкладками, я не сразу поняла, на что мне жирно намекают. А осознав, поперхнулась и мучительно закашлялась.

— Помилуйте, ваше величество! Мне четырнадцать, и я некромант! Какие иллюзии я могу питать?

— Вы удивитесь, узнав, насколько юные йоруны пытаются строить глазки наследнику. И какие оригинальные поводы для этого используют.

Я не знала, смеяться мне или орать дурниной.

Все мои доводы и намеки разом свелись к поиску завидной партии.

— Поверьте, я не из их числа, — стараясь истерично не расхохотаться, заверила короля. — Хотите, бумагу о намерениях подпишу? Что ни словом, ни делом, ни взглядом не претендую ни на старшего, ни на младшего?

— А на кого тогда? — настороженно нахмурился его величество.

— Ни на кого! — вскинула руки в защитном жесте.

Не до того мне — мир спасать нужно!

Глава 15

Его величество размышлял, даже не притворяясь, что смотрит на световое представление. А маги иллюзий расстарались вовсю: на фоне темного неба вспыхивали и гасли целые картины, выполненные из разноцветных искр.

Я невольно залюбовалась, отвлекшись от беседы.

После прорывов стало не до балов и не до празднований в принципе. Все, чему я научилась по этикету и прочему, было освоено сразу после замужества, в первые лет пять.

Когда в любой момент тебя могут сорвать на очередное закрытие и зачистку, веселье становится более острым, ярким и не нуждается в таком количестве фантиков. Все эти наряды, роскошные драгоценности на йоррах, деликатесы… Песни у костра и дикие пляски, что мы устраивали с группой, приносили куда больше удовольствия.

Но сейчас я позволила себе просто насладиться моментом.

Что будет завтра — неизвестно. Когда страну снова захлестнет лавина тварей, можно только гадать. Насколько сильно изменился ход истории?

Что за нити я порвала или еще порву?

Кто знает…

Остается лишь делать то, что кажется правильным. Изо всех сил стараться развернуть неповоротливую махину событий в лучшую сторону.

И жить, пока есть возможность.

— Пожалуй, мне бы хотелось с вами еще побеседовать. В более тихой обстановке, — выдал наконец король. — Скажем, через неделю? Вам пришлют приглашение на аудиенцию.

— Как прикажете, ваше величество.

Вероятно, поднимет всех информаторов на уши, соберет данные по происшествию на Равиньяне, чтобы допрашивать меня более предметно. Не помню, есть ли среди советников и министров некроманты?

К сожалению, за десять лет состав кабинета сменился почти полностью. Ветераны выбыли в первой волне, оставив наследников справляться с бардаком как сумеют.

Альрик стабилизировал ситуацию, но вряд ли хрупкий баланс продержится долго.

Нужно готовиться, создавать команды по борьбе с прорывами, изучать эти алтари, в конце концов…

Для этого мне нужно убедить его величество, что все серьезно. И без помощи настоящих, опытных некромантов, знающих о тьме чуть больше, чем как правильно упокоить гуля, мне это вряд ли удастся, несмотря на дружбу с принцами.

Еще не ясно, на пользу мне благоволение обоих высочеств или во вред. Воспринимает ли меня их отец как очередную игрушку, забавную обезьянку с островов, или же как разумную, образованную йоруну?

Время покажет.

Фейерверки вспыхивали все реже, народ постепенно потянулся обратно в зал — проголодались на свежем воздухе.

— Ваше величество, — за нашими спинами возник лакей,— ее величество