Аномальщик 4 - Андрей Розальев

за вопросы безопасности, — продолжал Ковалёв. — В его зоне ответственности — пожарная охрана, сигнализация, спецсвязь и оружие.

Поднялся товарищ, сидевший напротив Майи. Он и впрямь больше напоминал служащего с оперативного дежурства, нежели высокопоставленного чиновника. Уж больно аскетичным и немногословным выглядел, будто сидел перед нами только для проформы, а все важные вопросы уже обсудил наедине в курилке за дымком сигареты.

— Далее, полковник Карпов Леонид Алексеевич и полковник Зверев Дмитрий Федорович, ваши коллеги-аномальщики, из Главка. У них будет к вам много вопросов, так что готовьтесь.

Это оказались те два «плаща», что приехали в одной машине с генералом.

— Василий Кузьмич Громов, наш специалист по железобетонным конструкциям, — генерал представил следующего члена комиссии, того немолодого уже хмурого мужчину, который приехал в драповом пальто.

И так, одного за другим, всех. К счастью, заслуги не перечислял, так что управился довольно быстро.

— В общем, уважаемые коллеги, — закончив представлять приехавших, Ковалёв поднялся из-за стола, чтобы толкнуть речь, — задача комиссии проверить готовность объекта к старту экспедиции. Все замечания делятся на три категории. Первая, самая важная, это недочёты критического уровня, без решения которых экспедиция просто не состоится. Вторая — серьёзные проблемы, которые требуют устранения к моменту отправки, но при крайней необходимости их можно будет решить уже на той стороне. И, наконец, третья категория — просто рекомендации, которые руководство примет к сведению, если посчитает нужным, при этом необязательно решая незамедлительно, как например уже указанное освещение. Однако хочу предупредить: мы здесь не для галочки. И мы будем максимально придирчивы, ибо на кону стоят жизни сограждан и исход всей операции! У нас нет цели уличить вас в чём-то, тем более, что строительством объекта руководят люди, которые сами отправятся в экспедицию. Как говорится, для себя делали! Наша цель — взглянуть на всё свежим взглядом, чтобы убедиться, что для безопасности членов экспедиции сделано всё возможное и немного невозможного.

В зале повисло тяжелое молчание. И действительно — все мы понимали, какая ответственность лежит на плечах инспекторов. Одно дело — прийти на обычную стройку, там если что не так — всегда можно сдвинуть сроки сдачи объекта. И совсем другое — когда дедлайн выставила сама природа, перенести нельзя, но и отправлять людей, если что-то не так — тоже. А значит, следующие пять дней будут просто адовыми.

После напряженного совещания члены комиссии разошлись по своим участкам работы.

С самого утра и до обеда их можно было встретить по всему объекту в самых неожиданных местах. В рабочих комбинезонах, с разнообразным оборудованием, от банальной рулетки до теодолита. Проверяли одновременно всё, и в то же время последовательно. На первом утреннем совещании мы согласовали с комиссией последовательность проверок — пришло время завозить материалы и прочие запасы. И теперь комиссии предстояло проверить в первую очередь площадки открытого хранения, склад и ёмкости под воду и ГСМ.

В следующий раз мы собрались после обеда. К тому времени у комиссии появились первые замечания, и они хотели сразу же нас озадачить, чтобы мы не теряли время и приступили к устранению.

Вместо привычного зала совещаний, на этот раз мы расположились прямо в информационном центре. Здесь как раз хватало места, чтобы не мешать ничьей работе.

Первым слово взял Малинин, обращаясь к нашему главному инженеру Геннадию Петровичу:

— Геннадий, мы с коллегами проверили систему вентиляции в жилом блоке. Есть серьёзная проблема, и она, к сожалению, первой категории.

— Что именно? — нахмурился Геннадий Петрович.

— Противопожарные клапаны на воздуховодах, — пояснил Малинин. — Мы отключили электричество на объекте, и после этого провели тест давлением. Где-то в системе есть серьёзная утечка, а значит, как минимум на одном клапане не сработала возвратная пружина. В случае пожара из-за короткого замыкания это может привести к задымлению или даже распространению огня через систему вентиляции.

— Да, я понимаю, это действительно серьёзно, — согласно кивнул Геннадий Петрович и повернулся ко мне. — Алексей, пусть Чарли меня найдёт. Запустим его в вентиляцию, он нам неисправный клапан за пять минут найдёт.

— Оригинально! — хмыкнул Малинин и сделал пометку в своём блокноте.

Следующим поднялся Краснов, ответственный за безопасность.

— У меня замечание опять же по пожарной сигнализации, — объявил он. — В дальних концах коридоров и в подсобках сирену едва слышно. Если люди спать будут, или вода в душе шуметь — могут и вовсе не услышать.

Тут поднялся наш проектировщик, Кирилл, парень чуть постарше Майи, который работал в составе проектной группы с самого начала, и теперь отправится вместе с нами в экспедицию. Это для него мы искали дублёра, когда нашлась Катя.

— По проекту везде должно быть слышно одинаково хорошо, — уверено ответил Кирилл. — Сверим расчёты с фактическим положением дел. Если ошибка в проекте — внесём коррективы, усилим мощность динамиков. Если косяк монтажников — переделают. В любом случае за пару дней управимся, да, Роман Николаевич?

— Да управимся, конечно, — подтвердил тот.

— Вот и ладно, — кивнул Краснов и тоже сделал себе пометку.

Тут заговорил один из аномальщиков, Карпов.

— Кстати, вопрос, скорее всего, проектировщикам. Мы тут с коллегой знатно по объекту побегали с рациями. И обнаружили целую кучу «мёртвых зон». Самые проблемные места — башни пулемётных гнёзд, внутри связь почти не ловит. Но хуже всего то, что связь не работает за стеной. Нужны дополнительные ретрансляторы, я считаю.

Кирилл только тяжело вздохнул.

— Дааа, беда… — протянул он, почесав затылок. — Эти стены толщиной в два метра, и внутри тонны арматуры. Тут наша недоработка, конечно. Что, впрочем, неудивительно — проект-то на белую нитку свёрстан. Ретрансляторы найдём, схему их расположения составим. Но это займёт больше времени, чем два дня.

Карпов покачал головой, переглянулся с генералом и записал что-то в свой планшет.

А я сидел и думал, как же это мы сами не догадались связь проверить как следует? Мы же с этими рациями по полигону сколько бегали — вот что стоило по объекту побегать? Но, к счастью, это всё поправимо. Неисправимых косяков комиссия пока не нашла.

Валентина и Ковалёв сидели во главе импровизированного стола и внимательно слушали все эти переговоры. Иногда Валентина что-то негромко комментировала генералу, тот кивал или качал головой. Но в целом в разговор не встревали, давая специалистам самим разобраться.

Островский тоже сидел рядом с ними, мрачнея с каждым выявленным недочётом всё больше и больше. Да и как тут не мрачнеть?