Аномальщик 4 - Андрей Розальев

землистым лицом закаленного труженика, поморщился. Он стоял в конце строя, засунув руки в карманы драпового пальто, и откровенно скучал.

— Валентина Юрьевна, — обратился к нашей начальнице генерал, когда она закончила представление, — а давайте вы нам небольшую обзорную экскурсию проведите, а потом уже вернёмся сюда и продолжим знакомство? Товарищи пока подготовятся, для экскурсии необязательно ведь всем вместе идти.

— Сама хотела предложить, — легко согласилась Валентина. — Так… Пётр Викторович, Алексей Вячеславович с нами, остальных попрошу пока текущие дела обсудить.

Непривычно-официальное обращение резануло ухо, сразу настраивая на серьёзный лад.

— Прошу следовать за мной, — живо откликнулся Островский, энергично потирая руки.

Мы двинулись в направлении крепости по уложенным в качестве тротуара плитам. Мы-то на стройке уже обжились, и к грязи привыкли, а вот наши гости ступали осторожно, стараясь не угодить начищенными ботинками в вязкую после прошедшего ночью дождичка глину. Надеюсь, у них с собой есть во что переодеться.

Роль экскурсовода охотно взял на себя Островский. Он за эти почти два месяца изучил объект вдоль и поперёк, и мог рассказать про что угодно, от фундамента до кровли, от канализации до топливопроводов. Так что в моём присутствии не было особой необходимости. Да и Валентина легко справилась бы одна.

— Ворота бронированные, — рассказывал тем временем Пётр Викторович, — в закрытом положении фиксируются запорным механизмом, причём герметично, на случай наводнения. А на стенах по углам расположены пулемётные гнёзда, причём там есть ограничители, чтобы при повороте не попасть в соседнее гнездо. Но стены простреливаются по всей площади!

— Рассчитано на наземные атаки? — заинтересовался генерал.

— Да хоть наземные, хоть воздушные, хоть драконы пусть прилетают — будет чем встретить! — с гордостью в голосе ответил Островский.

Сам я особого энтузиазма не испытывал. За свою жизнь мне довелось многое повидать, в том числе и таких вот начальников всевозможных инспекций. Знающие люди еще с былых времён предупреждали: самое бессмысленное и мучительное занятие — пытаться угодить людям, которые всё равно найдут, к чему придраться.

— Вам не кажется, что здесь темновато? — неожиданно спросил Ковалёв, когда мы зашли в одну из угловых башен и начали подниматься по спиральной лестнице к пулемётному гнезду.

— Да это мы просто с улицы зашли, — заметил кто-то из комиссии, даже не мы с Островским.

— Верно, — кивнул генерал. — Также как тот, кто в случае тревоги побежит к своему посту. Я понимаю, что здесь всё по требованиям, но может, можно сделать регулировку освещённости?

— Запишу в рекомендации, — ответил тот же мужчина, и сделал себе пометку в планшете.

Мы с Островским только переглянулись. Мне-то с продвинутым ночным зрением и отсутствие света помехой не станет, но у нас не все так. Так что идея, в принципе, здравая.

Тем временем мы выбрались на крышу башни. Места здесь всем не хватило, и половина членов комиссии, потоптавшись на лестнице, отправилась вниз.

А товарищ генерал-лейтенант тем временем прилип к стойке с установленным на неё пулемётом. Так и этак покрутил, понаводил, вверх, вниз. Стойку эту специально под нас разработали, как мне Капитанов рассказал. По сути, усиленный карданный подвес, позволяет вместе с пулемётом крутиться на 360°, а ствол можно и почти вертикально вверх задрать, и вниз до самой кромки крыши опустить. Только что прямо под себя стрелять нельзя. Но зато соседние башни друг друга прекрасно прикрывают.

— И сколько у вас пулемётчиков? — поинтересовался Ковалёв на этот раз у меня.

— Сто двадцать человек, — я пожал плечами.

На прямые вопросы начальства надо прямо и отвечать.

— То есть как? — не сразу понял генерал.

— Курс молодого бойца прошли все до единого, независимо от пола и возраста, — пояснил я. — Так что при необходимости к пулемёту может встать буквально любой. Кроме разве что Чарли, и то он просто не дотянется.

— Одобря-я-яю! — протянул генерал. — Очень основательный подход!

Затягивать обзорную экскурсию не стали. Заглянули на склад, сейчас пустой, зашли в жилой блок, в который бывшую гостиницу переделали. Под конец заглянули в научно-исследовательский модуль, который раньше был кино-концертным залом, в котором мы летучих мышей отстреливали. Сейчас о мышах ничто не напоминало, конечно.

Там, где была сцена, разместился Информационный центр. Сюда будет стекать вся информация. По сути, одно большое офисное пространство, рассчитанное на тридцать человек. Да, у научных сотрудников ещё свои специализированные лаборатории, и работать можно будет и там тоже, когда потребуется уединение. А вот для коллективного решения сложных задач такое общее пространство подходит лучше.

Остальное пространство огромного зала заняли лаборатории, мастерские и свой вычислительный центр. Плюс обсерватория на крыше.

Генерал увиденным, кажется, остался доволен, и мы с Островским немного выдохнули. А Валентина, кажется, и не напрягалась. Когда дошли до информационного центра — соловьём заливалась. Сразу видно, где её сфера интересов.

Вскоре после небольшого перерыва все собрались в зале совещаний. На этот раз посередине установили большой стол, так, чтобы за ним уместились все, а это больше тридцати человек, как-никак. Столы выставили прямоугольником, в обширным пустым пространством посередине, и накрыли скатертью. Рядом с каждым местом предусмотрительно стоял стакан с водой и стопка бумаг с ручкой.

Тут собрались все наши — Геннадий Петрович в компании пары прорабов, Николай Егорович с транспортного цеха, наш электрик Роман Николаевич, Евгений Сергеевич, отвечающий за компьютерные системы, в компании знакомой мне Юли, даже медик Андрей Евгеньевич прибыл, ворча о том, что «комиссия-комиссией, а работать-то кто будет?»

Напротив них вдоль длинной стороны стола уселись члены комиссии. Причём, судя по некоторой суете при рассаживании — расселись напротив своих коллег или оппонентов, это смотря как посмотреть.

Третью сторону заняла проектная группа, в состав которой вошла теперь и Катя, мечтавшая построить спорткомплекс в родном селе.

Ну и в «президиуме», так сказать, оказались Ковалёв, Валентина и мы с Островским. Майя на этот раз сидела поодаль от меня.

Ковалёв, пока все рассаживались, разбирался с кофе-машиной. Добившись от неё кружки ароматного кофе, он тоже занял своё место, и принялся представлять членов комиссии.

— Полковник Сергеев Сергей Карлович, наш ведущий специалист военно-строительного комплекса, — начал он, кивнув невысокому крепышу с жиденькими седыми усиками, поднявшемуся со своего места. — Полковник Малинин Анатолий Петрович, главный по инженерным системам на опасных объектах.

Малинин был полной противоположностью Сергееву — высокий, сухощавый, с пергаментным лицом и холодными, изучающими глазами.

— Майор Краснов Владимир Викторович отвечает