Агентство "Последний путь" 2 - Сергей Викторович Вишневский

Тут жизнь доверять придется хрен пойми кому. Да и тяжело одной будет. Тут комнату на четверых снять можно, если что, а так одна. Опять же... а если грабанут? Да хер с ним. Если прирежут?

— О-о-о-о... — протянула лучница. — Ты обо мне беспокоишься? Не хочешь, чтобы я уходила? Или ты не хочешь со мной спать?

Тут она снова подвигала тазом, отчего Верша дернул щекой.

— Да нет. Хочешь, — расплылась в улыбке она. — Получается, я для тебя не безразлична.

— Да, не безразлична, — буркнул Верша. — И вообще, слазь с меня!

Девушка слезла и улеглась рядом, снова обняв Вершу и закинув на него ногу.

— И Гара не безразлична. И Шара тоже.

— А если бы мы не были в команде, ты бы нас трахнул? — ехидно поинтересовалась девушка, прижимаясь грудью к боку берсеркера.

— Что за ёбнутый вопрос? — буркнул Верша.

— Только честно. Они все равно спят, а мне интересно.

— Блять, конечно, трахнул! Всех вместе! А потом по очереди.... — берсерк вздохнул, распространяя перегар по небольшой комнате и добавил: — А потом, наверное, ещё раз всех вместе.

— О-о-о-о, — протянула Мара. — А тебя бы на всех хватило?

— Ты, блять во мне сомневаешься? — пьяно возмутился Верша. — Да я часами могу! Я, блять, в пьяном угаре полборделя в столице до слёз довёл!

— Громко на них кричал?

— Нет, блять. Между ног натирал!

Мара хохотнула, а Верша улыбнулся.

— Слушай, тут слух идёт, что война большая будет, — сказал он. С его лица медленно начала сползать улыбка. — Тёмные со светлыми скоро сойдутся лоб в лоб...

— Только не говори, что испугался, — хмыкнула Мара.

— Че? Нет. Я не про это... Этот упырь нас по-любому в это дерьмо потащит. А война... война — это дело хреновое. В любом случае. Даже если мы все выживем, то...

— То потом будем жить долго и счастливо, — закончила Мара.

— Мы системные. Долго и счастливо не очень получится, — не согласился берсерк.

— Знаешь... я тут думала... — прошептала Мара. — Почему все системные должны жить со смыслом «Набрать больше уровней»? Почему нельзя просто... жить?

Верша глубоко вздохнул, а девушка тем временем продолжила:

— Почему мы не можем... просто взять и остановиться. Делать то, что хотим, а не то, что от нас ждет система? Почему мечник не может взять в руки молот и ковать... подковы? Молоты, плуги, косы... Почему это всё... так?

Верша молчал несколько секунд, после чего со вздохом произнёс:

— Есть такие... У меня есть парочка друзей, что... В общем, они остановились. Помнишь, я как-то в начальном городе говорил, что владелец той таверны мой друг?

— Старый дворик или как-то так?

— Да. Мы были с ним в одном отряде. Отряд... отряд почти весь погиб. Долгая история, но я продолжил свой путь, а он нет. Остановился. Свое дело, жена, дети... И живёт как обычный человек. И плевать он хотел на систему.

— А ты?

— А я берсерк, — тихо ответил Верша.

В этот момент Шара, что лежала рядом, сонно что-то пробормотала, повернулась к нему и, обняв, так же закинула на него ногу.

— Блять, яйца придавила, — проворчал берсерк, поправляя ее ногу за бедро. Руку после этого он не убрал, оставив на ноге девушки.

— Так нечестно, — проворчала Мара, вытащила его руку из-под его головы и закинула себе на спину, словно он её обнимает.

Верша глубоко вдохнул и выдохнул перегаром, сморгнул сонную пелену с глаз и уставился на потолок.

— Слушай, а ты так не хочешь? Мы ведь можем просто... где-нибудь осесть. Вместе.

— Ага. Откроем свою таверну. Бэк будет растить овощи, я говно за живностью кидать. Ты будешь мясо таскать из леса. Гара вон, готовить, а Шара чистить на кухне.

— Я тоже умею готовить.

— Блять, у нее хотя бы не подгорает, — хмыкнул Верша. — А спать будем в одной комнате, чтобы я мог посреди ночи вас всех по очереди драть. Ебельный караул, твою мать...

Верша тихо рассмеялся и прикрыл глаза.

— А потом вы еще ругаться начнете, кого я больше люблю, и козни друг другу строить. А мне будет похер. Я буду кидать говно за коровами и курицами днем и трахать трех красоток ночью... Ахуенный план!

— Верша, а ты... ты кого-нибудь из нас любишь?

Повисла небольшая пауза. Когда она затянулась, Мара схватила воина за его достоинство и ощутимо сжала.

— Верша-а-а-а...

— Да откуда я знаю! Отпусти, твою ж налево!

— В смысле?

— Не любил я никогда. Не бегал с цветами, подарков не дарил и под окнами не ждал. Были бабы? Были. Привязанность была? Была. Но так, чтобы любить, как там менестрели всякие поют — ни разу... Пусти, дура, не доводи до греха.

— Только в этот раз, — с улыбкой отозвалась девушка. — А вообще... Нет, у меня тоже были мужчины. Был даже один постоянный... Хороший был парень. Охотник. Учил меня с луком обращаться.

Девушка вздохнула.

— Бросил?

— Нет. Его бросили. Камень на шею, руки ноги связали и в реку бросили.

— Отец?

— Угу, — кивнула девушка. — Потеряв девственность, я позорю свою семью перед родом моего будущего жениха. У богатых людей предрассудков и правил не меньше, чем у дворян.

— Любила его?

— Нет. Это была не любовь, а... отдушина от постоянных запретов и правил. Да, ещё секс был классный. Потом были и другие, но... Но это всё было похоже.

Верша хмыкнул не открывая глаз.

— А с тобой как-то всё неправильно, — задумчиво произнесла лучница. — Ты, вроде как, и не запрещаешь ничего, а вроде как, мы и не спим. Вроде, грубый, а не врёшь... В основном все врут, чтобы в постель затащить, а ты нет. И я тут подумала... я... без тебя я уходить из отряда не хочу. Ну, так, чтобы ты остался, а я ушла. Понимаешь? Мне как бы... трахнуться с тобой и видеться раз в полгода или просто остаться рядом... я предпочитаю второе. Слышишь?

— М-м-м? Угу...

— И я тут сейчас подумала, что тоже никогда не любила. Не любила, а вот тут... мне трудно сформулировать, но... Слушай, я походу в тебя влюбилась, — девушка