Агентство "Последний путь" 2 - Сергей Викторович Вишневский

— А чего потом? Потом шлялся по предгорьям маленько, а там и сын систему поймал... Тут-то я и понял, что с нулем за плечами там делать нехер. Вот и вернулся в начальный город. Думал, там немного пошабашим, он хотя бы десятку возьмет, а там и двинем потихоньку. Так по сути и вышло... если вкратце, — кашлянул Верша и, заметив, как усмехнулся старый знакомый, добавил: — Ладно, не без приключений, но так и вышло. Вот и до тебя добрались.

Мелку поднял рюмку и, стукнув ей о рюмку Верши, опрокинул в себя.

— Черт подери, но... Как эти три к тебе приклеились? Я, признаться, клялся из чистой уверенности, что тебя никто на дух переносить не сможет.

— Да, по сути так и было, — вздохнул берсерк. — Я когда в локации на тридцатый ушел — никого найти не мог. Либо недоумки, которые в первой же вылазке дохли, либо серьезные ребята, которым я нахер не нужен. Берсерк все же не шибко-то командный класс.

— Это да, — кивнул друг и, подхватив с тарелки квашеную капусту, закинул ее в рот.

— Эти три так-то тоже редкостные дуры, но... адекватные дуры. Без замашек в стиле «Я сама знаю, как лучше». Надавить, мозг вправить и можно работать. Хоть я их и берегу. Вечно херню гонят...

— Хех, а как ты с ними... ну, это... — подмигнул Мелку. — По очереди или всех троих разом?

— Никак, — буркнул Верша. — В команде никакой, нахрен, ебли. Они сейчас себе навыдумывают, а потом, не дай бог, или я подохну, или их еще грохнут.

Друг взял бутылку, тяжело вздохнул и налил прозрачный алкоголь с легким пряным ароматом по рюмкам.

— Я думал, ты отпустил Сильвию.

— При чём тут она, — нахмурился Верша. — Что было, то прошло. Просто этой херни в команде быть не должно... Чтобы не вышло, как с ней.

— Не отпустил.

— Отпустил, — буркнул Верша. — Я же говорю: что было, то прошло.

— Как скажешь... как скажешь, — кивнул друг и поднял рюмку.

Выпив её содержимое, он пояснил:

— Ты не пойми меня неправильно, но... то, что она там сказала... как её? Гара?

— Ну...

— То, что она там сказала — это не... не шутка?

— Нет. Сложная жизнь была у нее. С местью на душе жила. А потом... Ну, в общем, закончили мы ее месть. А когда она уже успела в меня влюбиться, я хрен знает. Баба так-то ладная. В меру во всем. Убийца по классу.

— А те две?

— По-моему им просто трахаться надо чаще. А то, вроде, мы все время в пути да на задании. Мужика рядом другого нет, вот они и липнут.

— Ну, даже если так, то... Скажи мне, если вдруг так случится, что в бою... Ну, выбор будет. Либо они, либо... Да пусть та же Гара. Ты... Ты её оставишь и отведёшь отряд?

Верша хмуро взглянул на Мару и ледяным тоном ответил:

— Оставлю.

Старый друг наклонился вперед, заглянул в глаза Верши и покачал голову.

— Ты мне врать можешь сколько угодно. Вот прям сколько хочешь, но по глазам вижу: не оставишь ты ее. И тех двух не оставишь, а уж сына тем более.

Верша молча взял бутылку и налил еще.

— Что молчишь? Сам ведь понимаешь, — вздохнул друг. — Если уж так вышло, то я смысла твоего воздержания не вижу. Глупость. И они спокойнее, и ты мягче.

— Вот уж чего не ожидал, так это то, что ты за мой хрен беспокоиться будешь.

— Я не за хрен. Я за тебя беспокоюсь. Ты без бабы хлипким становишься. Мягким.

Верша взглянул на Мелкуса и, вздохнув, буркнул:

— Мне тебе в рожу треснуть, чтобы переубедить?

— А смысл? Тут буча большая надвигается, — вздохнул друг. — Про темную фракцию уже слышал?

— Слышал, — вздохнул Верша.

— Тёмные цитадель уже отгрохали. Неприступная крепость, говорят. Туда все разумные твари из тёмных потянулись. Там и гоблины, и тролли. Говорят, что орки тоже присягнули. Тут слух ходит, что гномы, вроде как, там подвизались, но пока неофициально. С церковью проблем не хотят, но свои лавки и кузницы ставят.

— Вот как... Думаешь, война будет?

— Будет, к гадалке не ходи. Тем более, сейчас главный в церкви из инквизиторов.

— Чего?

— Да вот, как началась движуха с тёмными, старого сморчка траванул кто-то. А инквизиция лютовать начала. Только не как обычно. Люд почём зря не жгут. В церквях чистка началась. Много священников на костёр отправили.

— Давай говорить откровенно: среди них уж очень много швали редкостной. Каждый второй священник на грешный список хер ложил.

— Так оно, только думаю я, это они готовились. К войне капитальной готовились.

— Одного не учли. Каждому тёмному за светлого характеристик отваливают. И неслабо. Так что война в первую очередь тёмным в услугу.

— А ты откуда знаешь? — нахмурился Мелкус.

— Есть один знакомый... тёмный... Редкостный ублюдок, но информацией владеет, — соврал Верша.

— Слу-у-у-ушай... А... — тут торговец огляделся, словно их кто-то станет подслушивать и полушепотом произнёс: — Есть вариант с ним связаться?

— А тебе зачем? — с подозрением спросил берсерк.

— Ну, не дурак же ты. Тёмные пока в упадке. Ни лавок, ни инфраструктуры. Товары там им надо? Надо. Снаряжение какое-никакое? А еще ведь надо и бытовой утвари какой. Бочки там, ложки-поварешки.

— Ну... — хмуро буркнул берсерк.

— Ты пойми, Верша, кто сейчас успеет запрыгнуть в лодку, тот и будет капитаном корабля. Ты посмотри вокруг. Все поляны давно поделены. Настоящие торгаши держат за яйца любую локацию и ведут торговлю между собой. То, что я тут зарабатываю — это копейки по сравнению с их доходами.

— И ты решил стать таким же дельцом у тёмных, — хмыкнул Верша.

— Естественно. Война пройдет, а мы останемся.

— А ты не думал, что светлые смогут нагнуть тёмных?

— Нет. Если темным за светлых будут насыпать характеристик, то не пройдет и полгода, как там появятся такие монстры, что нашей инквизиции и не снилось. Они подгребут под себя локации, светлые договорятся с тёмными и будут спокойно торговать. Да, где-то там периодически будут воевать, будут строить козни и подсылать убийц, но... чем это отличается