Алексей Гравицкий - В зоне тумана

- О, Угрюмый! - излишне радостно приветствовал он. - Живой. Тебе плеснуть чего?

Я покачал головой.

- А я выпью, - сообщил он, вытаскивая банку энергетика. - А то в сон клонит.

Толстые пальцы бармена суетливо откупорили банку. Из жестянки, впрочем, он пить не стал, а достал чашечку и вылил в нее содержимое. Я никогда не задумывался о том, имеет ли энергетик какой-то цвет, и если имеет, то какой. Пузырчатая жидкость оказалась ядовито-желтой.

Бармен отхлебнул из чашечки.

- А я уж думал - тебе хана, - добродушно поделился он. - Они тебя когда приволокли, ты на полудохлого дебила похож был. Рот раззявлен. Рожа… цвета такого… знаешь…

Он пощелкал пальцами, огляделся, словно в поисках подходящего цвета.

- Как простыня нестиранная, - нашелся наконец. - А ты ничего так. Бодрячком.

- Не жалуюсь, - кивнул я. - У тебя из стволов свободное что есть?

Бармен мгновенно посерьезнел.

- Пара «калашей». Новенькие. Как со склада, в солидоле. Еще МР-5 есть. Но с ним хуже. Его до ума доводить надо. Другому бы так втюхал, тебя по-свойски предупреждаю, как родного.

Ага. Как родного, держи карман шире. Просто знает, куркуль толстый, что в оружии я не профан и обманывать меня себе дороже. А МР-5 этот он непременно впарит какому-нибудь чайнику вроде моего Хлюпика. Скорее всего это будет первым оружием, которое тот возьмет в руки. И скорее всего оно же станет и последним.

- Но ты же пистолеты предпочитаешь, - ворковал барыга. - Вот пистолетов сейчас нет.

- Мне пукалка нужна погромче. Собак гонять. Бармен замолк. На меня поглядел странно. Во взгляде читалось: «Ты так шутишь или после общения с контролером мозги не варят?» Но вслух ничего такого сказать не рискнул. Это правильно, а то я ведь и обидеться могу.

- Сейчас, - кивнул он и ушел в заднюю комнату. Ждать пришлось недолго. Через пару минут он вернулся с обрезом двуствольного охотничьего ружья. Ствол с легким стуком грохнулся на стойку. Рядом шлепнулась пачка с патронами.

- Держи, - кивнул бармен.

Я подхватил оружие, повертел в руках.

- Собак пугать - самое оно, - авторитетно заявил барыга.

Он смотрел, как я протянул руку. Пальцы сами вскрыли коробку с патронами, подцепили пару. Один за другим я загнал два патрона в обрез. Вскинул заряженный ствол. Щелкнуло.

- Убери, - поморщился бармен. - Что ты как маленький? Не за кордоном. Здесь болтик не так подкинешь, уже рискуешь в дуршлаг превратиться.

- Сколько? - небрежно поинтересовался я.

- Для тебя по стандарту, - повел массивными плечами бармен.

Я фыркнул.

- А что? Хочешь опять за счет заведения? - взвился бармен. - Угрюмый, не наглей. А то «капли» твои верну и счет выставлю. По стандарту берешь?

Я кивнул и побрел наверх.

- Эй, - окликнул бармен. - Бабки гони. А то тебя в зоне пришибут, не приведи господь, а я что, в убытке?

В убытке! Но каков нахал этот барыга. Когда это он был в убытке? Если только прибыль меньше ста процентов - это убыток.

- Я пока еще не ушел, - улыбнулся я и поковылял к себе.

На этот раз церемониться с Хлюпиком не стал. Хватит спать. Растолкал его без всякого сожаления. Он подскочил, долго таращил на меня ошалелые, по пять копеек, глазки, прежде чем начал хоть что-то соображать.

Есть я ему не дал, да и сам завтракать не торопился. Потом перекусим.

- Вставай, - распорядился я. - Пошли.

- Куда? - подскочил он.

Отвечать я не стал. Обойдется. Если хочет от меня помощи, пусть отвыкает от детсадовской игры в почемучки. Похватав необходимое, я молча направился к двери. Хлюпик сообразил, что надо поторапливаться. Рюкзак, на котором он дрых, в одно мгновение оказался у него за плечом.

Я подождал в коридоре. Дверь закрывать начал заранее, так что створка чуть не защемила ему ногу. Ничего, пусть учится шевелиться. Ключ ковырнул замок. Хоть по своей прежней жизни и знал, что замки от честных людей, а все равно запирал, когда уходил куда-то. Привычка.

Внизу остановился возле лестницы, окинул зал взглядом. Повернулся к Хлюпику.

- Что? - живо заинтересовался он.

- Деньги есть?

Хлюпик дернулся, как будто я свистнул ему в ухо. Он явно ожидал чего угодно, но только не подобного вопроса. Руки его автоматически забегали по карманам.

- Да, - пробормотал он. - Конечно.

- Хорошо. - Я благосклонно кивнул. - Мужика за стойкой видишь? Иди, заплати ему, сколько попросит. Скажи, что это от меня. И догоняй. Я наверху.

И, развернувшись, я пошел на выход, оставив Хлюпика в крайнем замешательстве.

4

День еще не разошелся. Наверху потихоньку рассеивались густые предрассветные сумерки. Говорят, сумерки - время силы. Я в этой серости бессилен, благо практически слеп. Не в прямом смысле, конечно, но в темноте вижу много крат лучше, чем в сумерки. Зато дождь закончился. И то хорошо. Хоть сырости от этого не меньше, но по крайней мере не так тоскливо.

Хлюпик показался в дверях под вывеской «Сто рентген», остановился. Рюкзак соскользнул с его плеча. Застежки поддались практически мгновенно. На свет божий показалась куртка. Выходит, я был прав. Ай да Угрюмый, ай да сукин сын.

Я подождал в стороне, пока он оденется и застегнет рюкзак. Когда Хлюпик зашагал в мою сторону, я развернулся и обычным шагом пошел закутками к выходу с долговской базы. Шаги за спиной участились. Хлюпик перешел на бег, и вскоре я услышал за плечом его дыхание.

- Никогда не бегай, - сказал я, не оборачиваясь. - Что бы ни происходило. Если ты побежал, ты труп. Уследить за ловушками в зоне на бегу невозможно. А смерть в аномалии может быть очень страшной. Потому лучше остановиться и схлестнуться с любой опасностью нос к носу, чем повернуться к ней спиной и побежать.

Я повернул раз, другой. Хлюпик не отставал. Слушал молча. Не то не проснулся еще, не то поумнел резко.

- Ты меня услышал?

- Да, - кивнул он.

Дорога стала шире, и Хлюпик, вырвавшись на секунду на полшага вперед, топал теперь рядом со мной. Впереди показался блокпост.

- Оружие с собой? - спросил я. И тут же пожалел об этом.

- Да, конечно, - подтвердил Хлюпик и достал мой БП.

С ума сошел!

- Убери сейчас же! - рыкнул я на него.

Он поспешно завозился, пряча оружие. Лихо выхваченный пистолет не желал упрятываться обратно за пояс. Интересно, в каком кино он набрался этой пошлятины, или ему на самом деле удобно так носить пистолет?

- Заряжен?

- Да, - коротко подтвердил он.

- Никогда не доставай пистолет, если не будешь стрелять, - менторским тоном продолжил я нравоучение.

- Достал - стреляй? - похвастался знанием расхожей фразочки Хлюпик.

- Можно и так сказать. Если ты просто праздно шатаешься с пушкой, то тебя запросто можно принять за бандита. А все, кто не свой, здесь чужие. И любой чужой с оружием в руке - это мишень. Понятно?

Хлюпик поразил меня лаконичностью и кивнул, не издав ни единого звука.

- Для других мишень - ты. Для тебя мишень - все остальные. Запомнил? Вот никогда об этом не забывай. И соразмеряй силы. Ты можешь выступить против всей группировки «Долг»?

Хлюпик завис на время, словно пытаясь понять, о ком речь. Но не знать этого он не мог. Чай, не первый день на долговской базе, а тут почти круглые сутки агитка изо всех матюгальников по кругу ездит. Вроде: «Вступайте в «Долг», братцы, и будет вам счастье».

- Нет, - проблеял он, сообразив наконец, что я имел в виду.

- Тогда засунь ствол поглубже и не нарывайся.

На посту дежурили малознакомые люди. Я молча кивнул, проходя мимо. Они даже не отреагировали. Вообще смотрели больше не на меня, а на Хлюпика. Оно и понятно - человек незнакомый, но весьма колоритный для местных реалий. Особенно в моей куртке, которая ему велика на два размера, если не больше.

От выхода я повернул направо. Хлюпик еще минуты две сопровождал меня в тишине, борясь с желанием заговорить. Наконец не выдержал.

- А мы куда?

Я остановился. Он стоял передо мной присмиревший, но не смирившийся. Он ждал от меня ответа и готов был спорить, а если надо, то и к черту меня послать. Решительный взгляд из тех, что ломают руки и рубят дрова, сверлил меня, все увеличивая обороты.

Чего это он? Ах да! Мы же опять повернули к кордону. И я ничего ему не объяснил.

- Очень любезно, что ты спросил, - ответил я. - А теперь слушай сюда. У меня никогда не было напарников, поэтому заниматься воспитанием я не умею и не буду. Все, что говорю, будешь запоминать с первого раза. Не запомнил - сам виноват. Дважды повторять не буду. Если что - по морде. И не говори, что не предупреждал. Это ясно?

Он кивнул.

- Хорошо. Дальше. С этого момента и на все наше дальнейшее общение запомни, как отче наш: пока мы в зоне, ты делаешь только то, что говорю я. Делаешь сразу, без вопросов, даже если тебе это покажется глупостью. - Я всверлился в него взглядом. - Если я сказал лежать, значит, ты ложишься. И плевать, что там лужа или насрал кто-то. Понял?