Последний Паладин. Том 14 - Роман Саваровский

— Ну так что. Еще уверен, что тебе нужен мой труп? — поинтересовался я и показал пальцем в сторону земли, — еще не поздно упасть на колени и попросить о пощаде.

Сказал я это с саркастичной улыбкой, но при этом искренне. Ведь даже ту парочку, чьи окровавленные перстни я принес, я не убил. Пока что.

Некоторые мою искренность заметили, и я обратил внимание как двое из четырех Рыцарей колеблются, но Густав не входил в их число. Его источающие ярость глаза вспыхнули, после чего он с диким ревом вонзился клыком в собственное плечо, и выдрал его с корнем, швырнув после этого руку в сторону второго, кто тоже даже близко не собирался сдаваться.

— Значит, ваш ответ нет, — покачал я головой, глядя как каннибал с аппетитом жрет оторванную руку союзника как голодная собака, глотает ее вместе с костью, после чего его вены взбухают оранжевым сиянием, а сам он вскидывает голову к небу и начинает протяжно орать.

Пронзительный вопль ударил по мозгам словно тысяча колоколов. Все вокруг завибрировало от истошного звука, а из ушей пошла кровь, что лишило меня возможности слышать хоть что-нибудь еще.

В такт с этой атакой окончательно передумали сдаваться и двое других.

Безликий мужик, который хлопнул в ладоши, и от него волной рябью пошло все пространство. Пошло рябью и изменилось. Кровь стала травой. Трава цветами. Оскверненные громадные деревья обернулись березками и дубами, вернув себе «земную» форму. Густые чужеродные тучи сменились белыми облаками. Небосвод осветило солнышко и стойкое ощущение безмятежности и спокойствия окутало сознание.

Красивый способ лишить меня зрения. И он сработал.

Одновременно с этим, жар вокруг усилился многократно. Он настолько глубоко впитался в кожу, что все ощущения пропали напрочь, осталось лишь всепоглощающее жжение, словно тебя заживо сжигают изнутри.

В итоге за одну секунду я лишился и слуха, и зрения, и осязания. Красиво работают. Слаженно и эффективно. Явно не первый раз вместе убивают. И умеют это делать.

— Хорошо, — впечатленно произнес я, безмятежно рассматривая цветочную полянку с ручейками перед собой, — но… недостаточно.

Последние слова я произнес одновременно с активацией ауры Паладина.

Даже легкий выброс напрочь сбил все иллюзии, оглушения и слепоту, и я увидел впереди натужное лицо однорукого Густава. Своей единственной целой рукой, он крепко держался за гигантский столб оранжевой энергии, внутри которого виднелось воткнутое в землю копье.

Сам же одаренный выглядел так себе. Его и так уродливое лицо перекосило еще больше, вены на лбу и всех видимых участках тела вздулись и местами полопались. Густав корчился от боли, мышцы рвались, кровища хлестала у него из всех щелей, а взгляд яростных глаз был устремлен куда-то выше моей головы.

Заметив это, я поднял голову и увидел над собой гигантский оранжевый трезубец. Он загораживал собой весь горизонт, словно гигантское солнце, а количество стихийной энергии в нем исчислялось десятками миллионов частиц.

Пусти он такую прорву энергии по своему телу, его бы просто разорвало изнутри, но лидер Рыцарей лишь управлял им. Но, и чтобы просто суметь призвать подобное надо очень сильно постараться.

Потенциал у мужика, что надо. Жаль с башкой беда, но в этом времени это распространенная проблема.

В общем и целом, задумка слаженной четверки Рыцарей понятна. Они не стали со мной играть и попытались решить все одним ударом. Вложились на все деньги и сейчас наблюдали как трезубец медленно опускается на мою голову, прожигая мою защиту сантиметр за сантиметром.

Жаль их разочаровывать, но умирать я сегодня не собираюсь.

— Поглоти, — прошептал я одними губами, не в силах поднять руку под таким давлением.

Но этого и не требовалось. Тьма ответила на мой зов и проявилась над моей головой сначала маленьким облачком, а потом и целой воронкой, которая с аппетитом сожрала весь этот гигантский энергетический трезубец без остатка.

Густав в тот же миг потерял сознание и упал, а его треснутое копье осыпалось в прах рядом с ним.

В меня же уже летел зубами вперед каннибал. Воспользовался шумихой и целил в мою слепую зону. Но немного промахнулся. В последний момент я подкорректировал его траекторию движения и острые окровавленные зубы вонзились в бок его же союзника.

Впрочем, каннибал по виду даже не особо расстроился, и без раздумий оторвал кусок плоти и проглотил, оттолкнув случайную жертву в сторону.

Безликий Рыцарь не сразу понял, что произошло, а когда понял, было уже слишком поздно. С округленными от удивления глазами он схватился за торчащие ребра и упал на землю.

Этот тоже больше не боец.

В строю из четырех Рыцарей остался только ненасытный каннибал и все это время держащийся позади всех огневик. Сам он двигался мало, в отличии от губ, которые странно и быстро подергивались. Я думал это он от страха дрожит, но нет, это оказалось заклинание.

— ИЗГОНЯЮ! — во все горло заверещал он, и под моими ногам вдруг вспыхнула огненная звезда, по центру которой я стоял.

Огонь мгновенно пронесся по всем лучам и выстрелил вверх, запечатывая меня внутри и атакуя такой порцией концентрированного огня, которую не способен пережить ни один смертный.

Даже мне бы пришлось несладко, попади огонь в меня, но скорость активации подобных заклинаний всегда хромает, поэтому я легко успел перенаправить огонь в мир Тьмы. Не весь, а лишь тот, который целил именно в меня. Аурой Защиты, которую выжгло к хренам, я этот огонь опознал, а далее на чистых рефлексах отправил его погреть Скальда, чтоб не мерз бедолага.

Тем не менее, каждая лишняя секунда в таком огне вызывала дискомфорт, поэтому я поспешил выйти из огненной звезды, отряхивая пепел и искры с остатков одежды.

— Не может… не может быть… никто не может выйти из огненной звезды… ни один человек… ты… ты не человек… ты чудовище… — лепетал и пятился патлатый огневик.

Силенок сопротивляться у него уже не было, поэтому я легко нагнал его и схватил за горло, после чего внимательно заглянул в плескающиеся от ужаса глаза.

Нет, показалось. Никакой проклятой энергии, а форма звезды просто совпадение. Впрочем, это и по силе атаки были понятно. Да, она мощная, для местных. Но звезданутые бьют сильнее.

— Ошибаешься, я просто человек. А я бы на твоем месте убрал форму звезды из своей техники, иначе в следующий раз накликаешь на себя настоящее чудовище. И поверь, приятель, тебе не хочется это делать, — спокойно